Чтение онлайн

Белоснежная яхта с милым названием «Белый лотос» вызывала во мне щенячий восторг. Я никогда не плавала на яхте прежде, не видела даже их вблизи. Меня умилила бы даже рыбацкая лодка, но эта шикарная субмарина лишила меня дара речи на несколько минут.

Коган, как самый «не настоящий» романтик, заказал на борт яхты ресторанную еду и безалкогольные напитки, алкоголь он запрещал мне пить, считая, что он меня портит. Интересно, исходя из чего он сделал такие выводы? Он ни разу не видел меня пьяной.

Яхта была вся в ароматных цветах. Тут были и розы, и пионы, и прекрасные хризантемы. От их запаха кружилась голова. Было очень мило со стороны Когана украсить всё цветами.

Чтобы он не говорил про себя, но милым он умел быть. И это перечёркивало всё, что он говорил о себе утром. Боюсь, что я так сильно влюбилась в него, что, если бы он расчленял в ванне людей, я держала бы и подавала ему ножи для удобства.

– О чём призадумалась? – спрашивает Великан, стаскивая с себя поло и оставаясь в одних плавках красного цвет. На рыжем парне красный цвет выглядит особо вызывающе.

Скольжу глазами по его натренированному телу и чувствую, как заостряются соски от вожделения. У меня практически слюна начинает капать на пол. Коган пропитал меня своей испорченностью.

– Думаю, какое милое прозвище тебе придумать. Все любовники же называют как-то друг друга? – Я специально выбираю термин «любовники» к нашим отношениям, потому что ревность вгрызлась в меня и периодически напоминает, что мой мужчина женат на Алехе. Надеюсь, что она выглядит как русский Алёшка. Толстуха с небритыми ногами.

– Тогда хочу быть котиком. Милым, рыжим котиком. Муррр. – Коган не замечает моего обращения или игнорирует.

– Ты не похож на котика. – протягиваю, прикусывая нижнюю губу.

– Почему? Рыжий котяра, который может стать тигром в любую минуту. Р-р-р! – Мужчина рычит и топорщит пальцы на руке.

– Больше напоминаешь медведя. – смеюсь в голос. – Такого матёрого, когтистого и хищного.

– Зато в постели я котик. – обижается наигранно мужчина. – Ты только что задела мои кошачьи чувства, киса.

– Котик. – зову я мужчину и вижу, как он кривится от прозвища. Теперь точно буду так называть его. Особенно часто при Бесе и Алёне, буду бесить этого женатика пока не разведётся. – Чем будем заниматься на этой яхте, котик?

– Киса, сдвинь ножки поплотнее. Твоя девственная дырочка не выдержит спаривания сегодня. Лучше давай намажу тебя солнцезащитным кремом, чтобы белоснежная шкурка не поджарилась на солнце. – Уверена, что Коган просто нашёл повод полапать меня.

– Угу. – расслабленно вытягиваюсь на лежаке, принимая ласку от рук своего дикого кота. Коган тщательно смазывает меня солнечно защитным кремом, не пропуская ни сантиметра разгорячённого на солнце тела. Купальник начинает скользить от обилия жирного крема, так и приоткрывая вид на интимные места.

Розовый милый купальник мне подарила Алёна. Он был раздельным, но не вульгарным. Высокие трусики подчёркивали талию, а треугольничники подчёркивали форму груди. Коган успел его заценить и отметить, что он шикарен.

– Котик, я ведь могу привыкнуть к такому. – парадирую голос Зары, желая выглядеть раскованнее. Сестра знала толк в интонациях и управлении мужчинами. – Когда Вы меня покинете, как я буду без Вас?

– Кто сказал, что я собираюсь покинуть тебя? – серьёзность в его голосе заставила меня дрогнуть. Я не считала себя мимолётным увлечением Великана, потому что он был не тем человеком, кто так сильно бы замарачивался ради секса. Просто взял бы то, что ему нужно. В то же время я отдавала себе отчёт в том, что как бы больно это ни звучало, на семьянина Коган не был похож.

– Счастье не вечно. – философски изрекаю я после длительной паузы. Опускаю глаза и стараюсь не смотреть на Ирландца, чтобы он не заметил грусти в моих глазах.

– Киса, рано или поздно смерть разлучит нас. – в тон мне отшучивается Великан и ложится на соседний лежак. – Лучше выбери дату и время визита к гинекологу.

– Зачем? – Коган стал всё чаще брать на себя роль моего папочки и это пугало, ставило меня в неловкое положение.

– Затем, что тебе нужно подобрать контрацептивы. Ты хочешь отказаться от учёбы в пользу материнства? – насмешливо интересуется Великан, загоняя меня в тупик своим вопросом. Конечно, мне не хотелось сейчас бросать учёбу и зарываться в пелёнки, но, когда мужчина напоминает о контрацепции, он определённо даёт понять, что не хочет детей.

– Нет. – коротко отвечаю я, сползая по шезлонгу и стараюсь не слишком много думать на эту тему. – Университет прикрепил нас к больнице, запишусь на днях.

– Амели, выбери удобную дату и время, а я скину тебе адрес больницы. Хорошей больницы, а не богадельни, куда Вас прикрепил университет. – Коган надевает солнцезащитные очки и ложится на бок, чтобы было удобнее наблюдать за мной. – Ты не сможешь ходить в обычную больницу, тебя должен обследовать проверенный врач, компетенции которого я смогу доверять. Плюс, тот, кто не продаст всю информацию о тебе.

– А кому может понадобиться информация обо мне? – глупо интересуюсь. – Хонхофы не достанут меня…

– Киска, Хонхофы – маленькие букашки перед теми, кто может прийти за тобой, если ты не будешь соблюдать правила безопасности.

Даже в такую жару под палящим солнцем мне стало холодно. Я словно ощутила на себе прикосновения Фреда.

– И какие же правила безопасности?

– Слушать меня. – мужчина придвинул одним движением мой лежак к своему и перетянул меня к себе, наваливаясь и целуя шею. Он мягко прикусывал кожу, не оставляя следов. – Не переживай, Амели, никто не решится связаться с таким психом как я.

Разве это должно меня успокаивать?

– Видимо, я сумасшедшая на всю голову, если связалась с тобой. – чувствую, как под пальцами вибрирует грудь от смеха. – Может безопаснее было остаться с Фредом Хонхофом?

– Вполне может быть. – Коган забирается руками под треугольнички купальника, стискивая грудь и выкручивая соски. – Этот псих предсказуем.

Время на яхте пролетает незаметно. Я не успеваю даже насладиться тихим уединением и бесконечными шутками Когана. Он рядом. Со мной. И мне не верится, что мы вместе – как пара. Это греет сердце как печка.

Оказавшись в руках Великана, я поняла, что мои отношения с Альфом были чистым фарсом. Иллюзией и ничем больше. Если бы я не была такой наивной, то сразу бы всё поняла. Мужчина не касался почти меня, целовал поверхностно без страсти и его глаза не горели диким огнём. Какая же я наивная была!

Коган уничтожал стеснение и скованность, заставляя открываться ему и быть собой, говорить то, что я хочу и отвечать на ласки. Каждое его прикосновение меняло меня. Мужчина очень старался, чтобы не спугнуть меня своим напором, и я была очень за это ему благодарна.