Чтение онлайн

Через пятнадцать минут из дома вышла вальяжной походкой Алеха. Её никто не сопровождал. Судя по её улыбке разговор прошёл весьма удачно. Мне показалось, что она добилась желаемого.

Жена Когана сразу заметила меня. Остановилась. Посмотрела, как на беспризорницу, задумавшись о чём-то своём и затем всё же подошла. Она определённо считала, что я и в подмётки не кажусь героиновой баронессе.

– Караулишь? – меня всю передёрнуло от её слов. Захотелось вцепиться когтями в лицо мексиканки. – Не переживай, Зайка, мы поговорили и разошлись, бумаги на развод я подписала. Можешь расслабиться.

Алеха была старше. Выглядела она шикарно, моложе своих лет. Сколько ей на самом деле? Тридцать? Тридцать пять?

– Вы слишком переоцениваете себя. – к удивлению, мой голос звучит уверенно. Выдавливаю улыбку, а Алеха смеётся и садится рядом со мной, заставляя меня напрячься.

– Миленькая ты, Амелия. – выдаёт она вполне дружелюбно, вытягивает руку, чтобы дотронуться до моих коротких волос, но я дёргаю головой. Если Алеха прикоснётся ко мне, я прокушу зубами сонную артерию. – Я была удивлена, что такие как ты во вкусе Жеребчика, но думаю, по итогу так будет лучше, ты очень подходишь ему. Береги Когана, ладно?

Я ожидала чего угодно, но не напутственных слов бывшей жены. Стало почему-то мерзко.

– Спасибо за благословение, конечно, но это лишние. – немного покачиваясь, посматриваю на входную дверь в дом. Жду Когана.

– И пусть. Это важно. Коган – буйный жеребчик, но его сильно потрепало предательство близких. Он пришёл ко мне сломанный, потерянный и не знающий, что делать со своей жизнью. Мне было двадцать пять, когда ко мне прибился восемнадцатилетний парнишка с крутыми мозгами, подсевший на наркоту. Пришлось собирать его по кускам. Удалось лишь снять его с иглы и приобщить к делу, собрать все куски разбитой души так и не получилось. Я надеюсь, что ты, милая Зайка, сможешь успокоить буйство в его душе. – Алеха накрыла моё колено изящной ладонью и сжала его. – Рада была познакомиться с тобой.

– Взаимно. – мне не хватило слов, чтобы сказать в ответ Алехе что-нибудь вразумительнее. Своим беспокойством она подчёркивала связь между ними. Она как бы говорила: «Я сделала для него больше, чем ты.»

Девушка поднялась на ноги и помахала мне ручкой и поспешила к машине. Я провожала её взглядом и чувствовала себя снова беспомощным ребёнком, не готовым к жизненным трудностям. Алеха была старше и мудрее. Она умела ладно говорить и давить на собеседника, в отличие от меня.

Алеха уехала, а я так и осталась сидеть, злясь на себя, что не сказала ей ничего достойного.

– Амели. – рык Когана взбудоражил и заставил чувствовать себя полной дурой, которая сама себе напридумывала того, чего нет и сидит, грустит. Я так задумалась над вариантами ответов Алехе, что не заметила как Великан вышел из дома. – Что ты тут делаешь?

Великан не выглядел добрым. Он широкими шагами быстро пересёк расстояние от двери до качелей и поравнялся со мной. Вид у него был устрашающий.

– Стало душно в комнате, и я выбралась подышать свежим воздухом. Погода сегодня дивно хороша. – глупо пытаюсь оправдаться перед ним. Мужчина наклоняется, загораживая свет от фонарного столба и наводя жути. – Потом чуть-чуть поговорила с Алехой перед её отъездом.

– Разве я не сказал тебе оставаться в комнате? – когда он так говорил со мной, у меня все мышцы сводило от страха. Спорить с Кинг Конгом опасно для здоровья. – Ты не отдаёшь отчёта, что Алеха могла выпустить твои мозги наружу? Тебя история с Альфом ничему не научила?

Вспыхиваю от обиды. Делаю свистящий вздох.

– Что со мной может случиться на территории этого дома? – толкаю его в грудь. Не приятно, когда тебе припоминают худшее, что случалось с тобой. – Если так переживаешь за меня, нужно было взять с собой!

– Амели, моя бывшая жена руководит самым большим наркокартелем в Мексике. Если её поймает интерпол, то ей дадут пожизненное. Поверь мне, там длинный список того, за что Алеху можно посадить. Пару минут назад я отказал ей в помощи. Она могла бы захотеть надавить на меня через тебя.

– Мне показалось напротив, что вы поговорили хорошо. – Алеха действительно не выглядела расстроенной. Её улыбка была вполне искренней. – Она даже попросила беречь тебя. Рассказала о твоей скрытой ранимости.

– Амели. – Коган смягчается, кладёт ладонь на моё щёку. Жаркая ладонь опаляет и вызывает рой мурашек. – Она прекрасный манипулятор. Ей выгодно заполучить тебя к себе в подружки и потом вкладывать тебе в голову по чайной ложке нужной ей информации. До тех пор, пока ты станешь на её сторону.

– Я не доверчивая. – отвечаю без раздумий. В этом я совершенно уверена. – Прозрела после истории с Альфом, как ты успел напомнить. Ваши дела с женой, меня не касаются. И я искренне не понимаю, что может случиться со мной в доме у Алёны и Беса. Здесь столько охраны!

Тыкаю пальцем на камеру на дереве над нами. Коган закатывает глаза и вместо слов подхватывает меня и несёт в дом. Либо он погорячился, либо просто устал вытаскивать аргументы из кармана.

– Хочу есть. – капризно говорю Великану. Наши отношения напоминают качели, моя самооценка скатывается в яму, и я начинаю творить глупости. Потом Коган уверяет меня в обратном и всё становится нормальным. – Давай перекусим?

– Обязательно. – Великан сжимает мою ягодицу и не хотя останавливается на кухне, усаживает меня стул и идёт к холодильнику. – Давай посмотрим, что Гроссерия тут прячут.

Великан распахивает двери холодильника и начинает перечислять:

– Есть паста, овощной салат, торт и блинчики. Есть икра. Что хочешь?

– Сладкого. – признаюсь ему. С детства отдавала предпочтение сахару, шоколаду и прочей калорийной дряни. – Я, кстати, просила тебя чай принести.

– Он остывает в комнате. – Коган достаёт торт из холодильника и смазывает пальцем с него крем. – Открой рот!

– Так нельзя! – шепчу и оглядываюсь. Неприлично портить чужую еду.

– Мы своруем этот торт и съедим его полностью, ни кусочка не оставим. – Он напоминает маленького мальчика. Оставляет крем на моём носу, а потом припадает к нему ртом, жадно слизывая сладость.

Обхватываю широкую шею руками и Коган поднимает меня одной рукой, прижимает к себе. Второй он удерживает шоколадный торт. Я начинаю захлёбываться слюной от вожделения. Хочу и торт. И Когана.

Поражаюсь как он умудряется удерживать меня и тяжёлый торт. Мужчина заносит нас в комнату. Меня усаживает заботливо на кровать, торт ставит на подносе рядом со мной. Чайник и две чашки с чаем стоят на прикроватной тумбочке. Великан не забыл по мне. Приятно.

– Никак не могу понять, какой Коган мне нравится больше? – отрезаю кусочек торта и отправляю его в рот. – Тот, что шутит постоянно пошлые шуточки, или этот, что заваривает чай?