Чтение онлайн

— Моя сестра?

А потом он включился. Он снова толкнул меня, затем бросился вперед, полностью подставил плечо и уложил меня. Мы оба ударились о стену, прежде чем упасть на землю — блядь, моя голова — и он бормотал кучу всякой хуйни (отвратительный сукин сын воспользовался Лив), пытаясь прижать меня к земле, чтобы ударить.

— Прекрати, Джек, — проворчал я и подобрал под себя ноги, перевернувшись так, чтобы он больше не был на мне, прижимая его просто для того, чтобы его гребаные размахивающие конечности не сбили меня с ног.

— Ты, блядь, можешь расслабиться? — Я выкрикивал эти слова, пытаясь удержать его, но он был на добрых пятьдесят фунтов больше меня. Его колено уперлось мне в живот, я застонал и перевернулся на спину, предоставив ему идеальный угол, чтобы выбить из меня все дерьмо.

Он посмотрел на меня сверху вниз и занес кулак, а я просто ждал, что он ударит меня. Может быть, физическая боль облегчила бы часть вины, которая грызла меня с той ночи, когда я поцеловал ее. Я собрался с духом, но вместо того, чтобы почувствовать его костяшки пальцев на моем глазу, Джек опустил руку и, тяжело дыша, спросил:

— Какого черта, Бек?

Я покачал головой.

— Я не знаю, чувак.

— Ты действительно не собираешься сопротивляться? — Джек выглядел одновременно разочарованным и возмущенным, ожидая моего ответа, как будто он с нетерпением ждал драки. — Ты серьезно позволишь мне ударить тебя?

Я просто снова покачал головой и сказал:

— Ты должен ударить меня.

Он сглотнул и откинулся на пятки.

— Так ты и Оливия…?

Я кивнул, ненавидя себя.

Джек коснулся своих взъерошенных волос спереди.

— Черт возьми, Бек, я думаю, ты испортил мне прическу.

— Я думаю, твой парикмахер испортил тебе прическу.

Он улыбнулся на секунду, но это длилось недолго.

— Ну и что? Ты собираешься бросить ее? — Его голос звучал измученно, потому что он знал меня достаточно хорошо, чтобы понимать, что отношения — это не мое. Он был рядом во время каждой интрижки, которая у меня когда-либо была. — Я имею в виду, конечно, ты это сделаешь. Ты уже это сделал?

— Нет. — Это вызвало горький смех в моем горле, когда я вспомнил, как она велела мне уйти. — Твоя сестра опередила меня в этом.

Он выглядел немного менее сердитым.

— Ни хрена?

Я снова кивнул.

— Она бросила меня на следующее утро после этого.

— Черт, — пробормотал он себе под нос. Он провел рукой по подбородку и поднялся на ноги. Он протянул мне руку и сказал: — Так вот почему ты был мудаком всю прошлую неделю?

Я схватил его и встал.

— Разве я был?

— Ты вытащил весь кухонный кран из-за капель. — Он кашлянул от смеха и добавил: — Как полный психопат.

Я прочистил горло.

— Хотя мне нравится новый.

— Мне тоже. — Джек почесал лоб и сказал: — Так, например… что? Ты злишься, потому что это она положила конец всему вместо тебя?

Я вздохнул, посмотрел на своего лучшего друга и решил перестать врать.

— Я злюсь, потому что я вроде как, не знаю, она мне действительно очень нравится. Может быть.

Он покачал головой.

— Но… это Ливви.

— Я знаю. — Мы были командой столько, сколько я его знал, командой, согласившейся с тем фактом, что Оливия была маленькой занозой в заднице. — Я сам не могу в это поверить.

— Боже милостивый. — Он закатил глаза и покачал головой. — Ну, тогда тебе лучше взять телефон и прочитать ее чертовы сообщения. Она действительно сожалеет о чем-то и хочет, чтобы ты пошел и поговорил с ней.

Я наклонился и схватил телефон с треснувшим экраном, не сводя глаз с Джека.

— Что ты хочешь сказать? Тебя это устраивает?

— Черт. Блядь. Я не знаю. — Он скорчил гримасу, как будто что-то плохо пахло, и сказал: — Я знаю, что ты хороший парень, так что, если она тебе действительно нравится и ты не планируешь ее обманывать, я не собираюсь прекращать нашу дружбу из-за этого.

Честно говоря, я был шокирован, услышав это.

— Но мне понадобится прочистить мозги после того, что я прочитал. Например, вид вас двоих вместе, вероятно, вызовет у меня приступ рвоты. Прими это как предупреждение.

Это заставило меня рассмеяться, что заставило его тоже рассмеяться.

— Принято к сведению, — сказал я, чувствуя такое чертовски облегчение, что мне захотелось обнять Джека.

— Блевотина, блядь, повсюду. — Он вышел в гостиную, но продолжал говорить. — Кровавая баня, только это блевотина вместо крови.

— Понял.

— Экзорцистский уровень расколотого гороха.

— Это блевотина. — Я последовал за ним из офиса и сказал: — Я понял.

— Ты когда-нибудь видел эту сцену, в Кэрри, с ведром свиной крови? Это будет похоже на то, только вместо свиной крови…

— Срань господня, Джек, — сказал я, смеясь. — Может, ты уже заткнешься насчет блевотины?

Оливия

Мое сердце подскочило к горлу, когда я услышала стук. Меня никогда не пугал Колин, но по какой-то причине я очень нервничала, извиняясь.

Вероятно, потому, что он ждал целый час, а потом написал только ОК.

Я прочистила горло и открыла дверь.

И вот он здесь. Его лицо было серьезным, жестким, непроницаемым и таким красивым, что я разрывалась между страхом и волнением. Хотя его волосы были в некотором беспорядке, и у него была пара красных отметин на лице.

Я сказала:

— Привет. Заходи.

Он шел прямо на меня, заставляя меня попятиться назад. Он позволил двери захлопнуться за нами, когда он возвышался прямо надо мной и сказал:

— У меня есть хорошие новости и плохие новости.

Я открыла рот — что это были за слова? — и снова закрыла его. Я не ожидала, что он это скажет.

Или будет прямо в моем личном пространстве.

Мне удалось выдавить:

— Эм. Какие хорошие новости?

Его лицо немного смягчилось, и он ухмыльнулся мне, прежде чем сказать:

— Я решил простить тебя.

— О. Хорошо. — Его улыбка стала горячей — и грязной — и снова заставила меня нервничать, но по-другому. Я откашлялась и спросила: