Мистер Невыносимость
Шрифт:
– Ничего. Поплачь, и тебе станет легче, – прошептала я ему на ухо.
И так мы стояли одни на пустынной дороге, два вселенских одиночества, канув в бесконечность. Время для нас перестало существовать, как и всё вокруг. Я знала, что это первый и последний момент, когда я вижу его слёзы, и, возможно, первый и последний, когда мы так близки мыслями, чувствами, душой и телом.
7
Лоурен отвёз меня обратно домой. Петер был в душе, а Карина мыла посуду на кухне, когда я вошла.
– Вернулась? Долго вы, – заметила она мимолётом.
– Лоурен ещё объяснил мне пару непонятных примеров, – оправдалась я.
– Понятно. Я надеюсь, мы вас не слишком огорошили своей помолвкой? – спросила она, явно нервничая, ожидая моего ответа.
– Конечно, нет, – соврала я тут же, и эта ложь прозвучала довольно правдоподобно. Карина еле слышно вздохнула с облегчением.
Я всё ещё верила, что Петер именно то, что ей нужно для счастья, и тем не менее меня грыз вопрос, почему Карина отказала Лоурену. Они прекрасно ладили и понимали друг друга с полуслова. Карина его всегда боготворила, и вполне вероятно, что она испытывает к нему гораздо больше, чем показывает. Мы просто никогда не говорили об этом.
Неужели я и правда единственная преграда у них на пути?! Вдруг ещё можно что-то изменить? Вдруг сестра совершает ошибку, о которой потом пожалеет? Стоит сейчас всё прояснить, пока ещё не поздно!
– Лина! – окликнула меня сестра. Я вздрогнула. Звуки перестали проникать в мой мир, как только я погрузилась в глубокие размышления.
– Всё хорошо? – переспросила она озабоченно. – Вы с Лоуреном, случаем, не поругались?
Я замотала головой. Нужно спросить во что бы то ни стало! Я набрала воздух в лёгкие и выпалила:
– Слушай, может, это сейчас прозвучит странно, но… что ты испытываешь к Лоурену?
Карина вытаращила на меня удивлённые глаза.
– С чего вдруг такой вопрос?
– Ну, может быть… может быть… может быть, вы могли бы…
– Никаких может быть! – прервала она уверенно мои усиленные попытки закончить фразу. – Мы всегда были хорошими друзьями. Это то, что я к нему испытываю. С чего это ты стала интересоваться такими вещами? – она бросила на меня настороженный взгляд.
Я тут же покраснела.
– Не подумай ничего такого, это всего лишь любопытство. В конце концов, Лоурен вечно крутился возле тебя, ну и сама понимаешь…
Ни с того ни с сего она вдруг заулыбалась во весь рот, как дурочка.
– Я так рада! – прощебетала Карина умилённым голосом.
– Чему? – я отшатнулась от неё, как от полоумной. Она начала нести какую-то несуразицу.
– Я дожила до момента, когда ты начала спрашивать про Лоурена. Наконец-то вы подружились! Как же я долго ждала этого! Всё же хорошая была идея с репетиторством. Хоть Лоурен поначалу наотрез отказывался, да и ты строила недовольную мину, но я была уверена, что это поможет вам наконец найти общий язык.
– Так ты это спланировала? – я была в шоке от её признания.
– Не то чтобы спланировала. Такое нельзя спланировать. Но я молча надеялась, что вы перестанете воевать. И оценки твои заметно в гору пошли, да ещё за такое короткое время. Двойная радость, так сказать.
– Это подло! – я надула губы. Не думала, что моя сестра способна придумать такой коварный план.
Она рассмеялась:
– Ну а что мне с вами ещё было делать? Вы оба упрямые как ослы и, ко всему, темпераментные, хоть каждый по-своему. Убеждать вас в чём-то себе дороже. Сами вы лучше разобрались между собой, без постороннего вмешательства. По крайней мере, на нашей с Петером свадьбе вас теперь не страшно посадить вместе.
– Ха-ха, очень смешно! – передразнила я её в ответ.
Вот все мои сомнения и разрешились, но я так и не смогла спросить самого главного: почему она не ответила на чувства Лоурена? Карина категорично заявила, что они друзья… Может, она вообще отрицает тот факт, что он её любит, или же Лоурен сказал ей о своей любви так, что она не поняла, к чему он клонит. В любом случае, видимо, я ещё не созрела для того, чтобы узнать всю правду в деталях. Сама не знаю почему, но мне было страшно.
Поднявшись к себе в комнату, я умылась и упала в кровать. На душе кошки скребли. Сон не шёл. Я потянулась к подарочному пакету, что стоял возле моей кровати, и достала оттуда книгу сказок, которую подарил мне Лоурен. Вытянув её перед собой, я стала внимательно разглядывать красивый плотный кожаный переплёт.
Что же испытывает ко мне Лоурен? Что значит этот его подарок и значит ли вообще что-то? И почему вдруг в моей жизни появилось так много вопросов без ответов, стоило только немного поменяться моему отношению к нему? Даже Карина это заметила. Нет смысла отрицать, что между нами наступила оттепель. Мы не те, что раньше. Но ведь и дружбой назвать то, что между нами происходит, нельзя. И этот поцелуй сегодня…
Я зажмурилась от нахлынувших на меня воспоминаний и прижала книгу к груди. Моё сердце билось как ненормальное, когда я закрыла глаза и представила его лицо и холодные руки, что жадно сжимали меня в объятиях. Мои губы до сих пор пылали и казались слегка припухшими. Невозможно, чтобы человек, которого я так долго ненавидела, мог вызвать у меня такую бурю эмоций.
Я ведь и правда совсем не злюсь на него из-за этого поступка. Мне хочется ещё раз ощутить его прикосновения, хочется быть завоёванной им, хочется впитывать в себя его силу. С ним рядом всегда спокойно, он заставляет меня чувствовать уверенность в своих силах, но эти мысли сводят меня с ума! Подобный бред полоумной Лины заставляет другую, рассудительную и хладнокровную Лину громко протестовать, и в итоге разум снова победил и подавил во мне одурманивающий приступ любовной лихорадки. Мимолётное сказочное видение не имеет никакой связи с реальным миром. В настоящей жизни чужие люди не становятся ни с того ни с сего лучшими друзьями и уже тем более не влюбляются.
После Дня святого Валентина я не видела Лоурена неделю, а когда мы встретились, он вёл себя как ни в чём не бывало. Мы не говорили о том, что произошло между нами на дороге. Чего и следовало ожидать. Я, наверное, была рада этому. Так проще. Мы вернулись к привычным делам, и нет между нами неловкости и обид. Но забыть вкус его поцелуя мне стоило огромных усилий.
Я не могла понять, почему такая мелочь всколыхнула меня, когда я с лёгкостью поборола унижение после его сексуального домогательства в нашу первую встречу у него дома. Но в итоге, включив свой пофигизм, я всё-таки перестала терзаться размышлениями, страдает ли он до сих пор по Карине или нет. Я за ним больше не замечала ровным счётом никаких эмоций, но, зная его великолепную способность прятать чувства глубоко внутри, могла предположить, что он ещё не до конца отошёл от своей потери. Только меня это больше не касается. Мне наплевать! Яростная борьба внутри меня против сентиментальной Лины увенчалась успехом.
В предэкзаменационной суматохе мне уже ни до чего не было дела, кроме как до учёбы. Карина с Лоуреном очень поддерживали меня всё это время, не давая сгинуть на тот свет. Я часто забывала даже поесть, занимаясь уроками. Без моих близких у меня бы точно сдали нервы и подкосилось здоровье.
Я не раз билась в истерике, потому что наступали моменты, когда мне казалось, что я зашла в тупик и не продвигаюсь ни на миллиметр дальше. Тогда только Лоурен был способен поставить меня на место. Только ему одному хватало терпения выносить весь мой бред, что я несла, сталкиваясь, как мне казалось, с непреодолимыми трудностями. И вот, наконец, свершилось! День сдачи экзаменов настал, и я не упала в обморок, и меня не вытошнило на парту, и я не заболела накануне. Местами я даже ловила себя на мысли, что задания очень простые по сравнению с теми, что давал мне Лоурен для упражнений.