Мистер Невыносимость
Шрифт:
– Тебя оставили на меня, а значит, ты едешь со мной! Нас не будет четыре дня. Карину я уже предупредил, – отрезал он тоном, не терпящим возражений. – Долго ещё собираешься пререкаться или вещи пойдёшь паковать? Иначе полетишь без них, даю гарантию!
– Ладно! Уже иду, – пробубнила я недовольно на его приказной тон. Он тут же развернулся и покинул балкон.
Поразительно, как Лоурен отдалился от меня. Так, словно мы никогда не сближались. Он старательно игнорировал моё присутствие у него в доме, в лучшем случае мы перекидывались парой слов при встрече. Я бы соврала, если бы сказала, что меня это не волнует, но я старалась об этом не думать. Прошло целых полгода с того рокового Дня всех влюблённых. Пора бы смириться с тем, что мы не созданы для дружбы и близких отношений. Я с самого детства это знала, но мы столько времени провели вместе и столько пережили, пока он был моим репетитором, что я просто не могла взять и сделать вид, что всего этого не было. Но вот у него это неплохо получалось.
Почему он со мной так поступает? Я ведь не Карина, но он как будто начал наказывать меня за то, что я близка с ней, а он нет. Время идёт, и дистанция между нами увеличивается. Скорее всего, скоро настанет момент, когда мы будем встречаться раз в год на Рождество, а может, и вовсе перестанем видеться.
Если поразмыслить, то это логичный исход событий. Мы живём совершенно разными жизнями, и в его мир мы с Кариной попали случайно, благодаря его дружбе с отцом. А потом он начал заботиться о Карине, но теперь это делает Петер. А я? Ну а я… я для него всего лишь обуза, надоедливая, не слишком способная ученица, избавившись от которой он сто процентов вздохнул с облегчением. Но мне хотелось ещё хоть чуть-чуть побыть с ним рядом и помечтать, что он будет опекать меня, как тогда, когда был моим учителем. Наверное, от этого станет только сложнее его отпустить, но наша поездка всё равно давала мне надежду, что возникшая между нами пропасть преодолима.
Наверняка он будет всё время очень занят. Мне остаётся постараться быть тихой и не злить его. Тогда, может, он захочет поговорить со мной и провести вместе время, искупаться в море или посмотреть на закат. Мне это очень нужно! Потом я попрощаюсь с ним навсегда…
8
Вещи долго собирать не пришлось, поэтому я не особо торопилась допивать колу. Все мои пожитки уместились в маленькую дорожную сумку – хотя Лоурен выдал мне чемодан, наивно полагая, что я, как все нормальные девушки, переехав на новое место на две недели, привезла с собой весь свой шкаф. Он поставил его под дверью моей комнаты. Чемодан был отвратительно-розового цвета. У меня даже глаз задёргался, когда я подумала, что Лоурен купил его для меня. Неужели недостаточно очевидно, что весь этот гламур весьма странно сочетается со мной? Но всё же его неожиданная забота обо мне заставила меня улыбнуться.
Подаренный чемоданчик я закатила к себе в комнату и поставила в угол, накрыв полотенцем, чтобы в глаза не бросался этот жутко ядовитый цвет. Потом я подумала, что странно себя веду, и убрала полотенце: ведь я уезжаю, а значит, смотреть мне на него не придётся. Я решила передарить его Аннете, когда она приедет обратно. Моя подруга от таких вещей всегда млела.
Когда Лоурен постучал ко мне в комнату, я сразу вышла. Внизу стояли два его больших чемодана и огромная дорожная сумка. У меня челюсть отвисла. И это мы едем на четыре дня! Сколько же он берёт с собой, когда уезжает на две недели или на месяц?! Но моя удивлённая мина не шла ни в какое сравнение с его удивлением. Он посмотрел на меня, потом на мою маленькую сумку, потом снова на меня и на сумку.
– Где твои вещи? Где чемодан? – изумился он.
– Где-где! – передразнила я его. – Чемодан, от которого рябит в глазах, с нами не летит, а вещи в этой сумке. Где им ещё быть? Я же не как ты, мне не нужны горы брендовых шмоток! Мне хватает на лето пары шорт, пары маек и нескольких пар нижнего белья. Косметикой я не пользуюсь практически. А шампунь с зубной щёткой прекрасно и в эту сумку поместились вместе со всем остальным.
Лоурен драматично закатил глаза.
– Ты безнадёжна! И за что мне такое наказание?! – взмолился он небесам и устало потёр лоб своими длинными пальцами. – Хорошо. Задержишься в Неаполе. Моя помощница как раз там. Она пройдётся с тобой по магазинам и купит всё необходимое.
– Не надо мне ничего! – возразила я.
История повторялась, он снова пытается напялить на меня то, что я не хочу носить. Но ведь я решила быть паинькой и не перечить ему, чтобы не злить, хотя уже в самом начале провалила миссию.
– Это не подлежит дискуссии. Мы будем жить в самом лучшем отеле острова, и там останавливается соответствующая публика. Ты не можешь ходить вот так! – он указал на дырки в моих светло-синих джинсах.
– Вообще-то, это модно! – надула я губы. Сама не понимаю, почему начала с ним спор. На самом деле я радуюсь вылазке. Меня ждут море и солнце. Неожиданный отпуск.
– Замолчи уже и топай вниз к машине! – проворчал он сердито и силой снял сумку с моего плеча.
В это время в дверь позвонили, и вошел водитель, который отнёс и погрузил наш багаж в машину. Всю дорогу в аэропорт мы ехали молча. Я всё время искоса поглядывала на Лоурена, но он был слишком углублён в изучение каких-то документов, чтобы заметить, как я за ним наблюдаю.
Конечно, меня всё ещё не радовала перспектива ходить по ненавистным магазинам, но моё желание оказаться в другой стране под солнцем с Лоуреном перевешивало всё. Будет что рассказать Аннете. Когда она узнает, что я была в Италии и закупалась в самых изысканных бутиках, она упадёт в обморок. О таком можно только мечтать. Жаль, что я так равнодушна к роскоши. В кого я только пошла синим чулком? Сестра всегда прихорашивается и принаряжается, а я в лучшем случае по большим праздникам пересиливаю себя и надеваю что-то не совсем обыденное и подкрашиваюсь.
Все атрибуты для наведения марафета кажутся мне пафосными. Красивые вещи я сравниваю с обёрткой на конфете. Это выглядит привлекательно, но в итоге содержимое играет роль, а фантик всегда приземляется в мусорном ведре. Ведь едят конфету, а не обёртку, так и зачем тогда тратить время и деньги на то, что в итоге не имеет смысла? Хотя с моей логикой вряд ли кто согласится. Да и смириться мало кто сможет. К примеру, Лоурена я не устраиваю такой, какая я есть. У него весь мир кружится вокруг шикарного, дорогого и эксклюзивного. Ему чуждо моё мышление.
Наступил полдень, когда мы добрались до аэропорта через немалые пробки. Подъехали мы не к его главному зданию, а к небольшому ангару в стороне. На лётном поле нас уже ждал приватный самолёт Лоурена.
– У тебя ещё и самолёт свой есть? – протараторила я, поражённая до глубины души, выпучив глаза на красивую, блестящую на солнце крылатую машину.
Он поднял бровь и посмотрел на меня как на полоумную.
– У меня есть не только самолёт, а ещё вертолёт и две яхты. Неужели ты думала, мы полетим обычным чартерным рейсом в экономклассе вместе с ревущими детишками и полупьяными туристами, которые успели перед вылетом наклюкаться дешёвой выпивкой из дьюти-фри? Ты за кого меня держишь, балбеска?! – возмутился он, как будто у каждого человека есть яхты, самолёты и вертолёты и это абсолютно нормально.
Вот он, яркий пример заоблачного самодовольства и надменности! Нда-а-а! Высший класс!
– Действительно, куда уж нам, плебеям, до тебя, мистер Совершенство! – процедила я себе под нос и поплелась к трапу вслед за Лоуреном.
Внутри самолёта нас встретили несколько стюардесс, которые тут же подлетели к Лоурену с услужливыми, заискивающими улыбками. Всё время полёта они не давали нам покоя, сновали туда-сюда, переспрашивая, всё ли в порядке и не желаем ли мы чего-нибудь.
Перед вылетом с нами поздоровался и пилот: высокий молодой мужчина, очень вежливый и приветливый. Когда я отправилась на своё место, они с Лоуреном какое-то время о чём-то оживлённо беседовали. Похоже, они друзья. Я никогда не могла представить Лоурена в компании друзей, потому что не верила, что он умеет веселиться. Но, наверное, я ошибалась. У Лоурена множество сторон, о которых я не знаю, что ещё раз доказывает, как далеки мы друг от друга.
Откинувшись в мягком холодном кожаном кресле, я приготовилась к взлёту. Я обожаю полёты! С неподдельным восторгом я наблюдала в окно иллюминатора, как земля остаётся далеко внизу и мы начинаем парить в облаках. Лишь спустя некоторое время я заметила, что Лоурен пристально смотрит на меня. В руках он держал документы, которые до этого просматривал. Оказалось, что один из его огроменных чемоданов был полностью набит бумагами.
Я сконфуженно покосилась на Лоурена, потому что не смогла растолковать его взгляд, и спросила напрямую: