Мистер Октябрь
Шрифт:
— Ты имеешь в виду меня? — отвечаю я, шокированная его собственническим заявлением, которое только что сорвалось с его губ.
Его голова медленно двигается вверх-вниз, кивая.
— Ты здесь, чтобы быть моей девушкой... а не его игрушкой. Я ему это объясню.
Я в замешательстве. В очень сильном замешательстве. Это самое большее, что он говорит мне за два дня, и он так близко. Его грудь прямо передо мной, так близко, что я могла бы прижаться к нему ладонями и заполнить пространство между нашими телами. Я также чувствую его запах, мужественный и древесный. Вызывающий привыкание.
В моей голове все плывет от смущения, плывет от него.
— Я не возражала. Он просто был дружелюбен, — говорю я с придыханием.
Он невесело усмехается.
— Ну, он может быть дружелюбным с чужой девушкой. Он поворачивается на пятках и быстро уходит в дом, а я остаюсь в замешательстве, еще более противоречивом, чем прежде.
Джош может быть притягательным, но Мэйсон — всепоглощающий.
Не знаю, что сейчас происходит, но все становится гораздо менее скучным, это точно.
***
— Давай, ФД, пойдем посмотрим, над чем он работал.
Джош хватает меня за руку и тащит за собой к двери, ведущей в подвал.
Мэйсон хмурится, глядя на наши соединенные руки — похоже, Джош не воспринимает сообщение так громко и четко, как, я уверена, Мэйсон его передал.
По крайней мере, я успеваю накинуть платье поверх бикини, прежде чем он снова начинает меня лапать.
— Я действительно не в настроении делиться, — ворчит Мэйсон.
— Ну, не повезло тебе, солнышко, мы идем в студию, никто не говорил, что ты тоже должен пойти с нами.
Я вырываю свою руку из руки Джоша и прячу за спину, чтобы он не смог снова схватить меня.
— Думаю, я могу просто подняться в свою комнату... — предлагаю я.
Вид Мэйсона выдает его облегчение, но Джош ничего не замечает.
— Ни хрена, ты идешь со мной, — заявляет он.
Мэйсон встает перед ним, преграждая ему путь.
— О, прекрати вести себя как ребенок, если она «твоя», когда я пытаюсь ее поцеловать, то сейчас она тоже твоя, а это значит, что она может увидеть все.
Мои щеки снова разгораются, когда он подтверждает, что действительно намеревался поцеловать меня, а потом еще больше краснеют от мысли, что я принадлежу Мэйсону, даже если это всего лишь притворство.
Мэйсон открывает рот — вероятно, чтобы возразить, но Джош прерывает его.
— Держу пари, ты заставил ее подписать какой-нибудь тщательно прописанный контракт, так что она все равно не сможет сказать ни слова, поэтому перестань быть маленькой сучкой и впусти ее.
Мэйсон кладет руку Джошу на грудь, останавливая его.
— Да ладно, эта штука будет настолько водонепроницаемой, что я могу пописать в нее и не пролить ни капли.
— Фу. — Я морщусь. — Это отвратительно.
Мэйсон смотрит на меня, потом снова на Джоша и с тяжелым вздохом отходит в сторону, пропуская его.
— Зеленый свет! — кричит мне Джош, сбегая по лестнице. — Пошли, ФД!
Я потираю виски. Мы знакомы всего час, а я уже устала.
— Да... у него такой эффект, — ворчит Мэйсон, начиная спускаться следом за своим другом.
Он оборачивается, когда я не иду за ним.
— Ты идешь?
Я пожимаю плечами.
— Мне не обязательно это делать.
Он проводит рукой по волосам, и, как бы я ни хотела, чтобы ему было неловко, мне до смерти хочется, чтобы он согласился, и я смогла сама посмотреть то, чем он живет.
— О, какого черта, ты ведь пробудешь здесь какое-то время, верно? Наверное, лучше сразу с этим покончить.
Я широко ухмыляюсь и спешу за ним вниз по ступенькам.
Мне кажется, он хихикает, но, учитывая, что я никогда не слышала, как он смеется, даже не знаю, кажется мне это или нет.
Я следую за ним, пока мы не входим в огромную комнату, обставленную как профессиональная студия звукозаписи.
— Ух, ты, — вздыхаю я.
Это похоже на воплощение моей мечты, а он еще даже не начал петь.
Улыбаясь мне, Джош похлопывает по стулу рядом с собой.
— Присаживайся.
Я медленно пересекаю комнату, все это время, чувствуя на себе взгляд Мэйсона.
— Это невероятно.
Мои пальцы слегка касаются огромной станции управления всем этим, или попросту, рабочей панели, а глаза осматривают кабину звукозаписи.
У него здесь всевозможные инструменты: пианино, барабаны, гитары...
— Ты играешь? — я киваю головой в сторону оборудования стоимостью в тысячи долларов.
Я однажды видела его на концерте — не то, чтобы он знал об этом — и он не притронулся ни к одному инструменту, но это не значит, что Мэйсон не умеет играть.
Он медленно качает головой, пристально глядя на меня.
Очевидно, что ему не очень нравится, когда люди находятся в его пространстве, но я тоже не в восторге от того, как складывается моя жизнь сейчас, так что мы оба не умрем, если выйдем из зоны комфорта.
— Врет, он умеет играть, — говорит Джош, хватая меня за руку и усаживая на сиденье рядом с собой.
— Ты действительно ничего не знаешь о личных границах, не так ли? — спрашиваю я.
Он ухмыляется шире, появляется его сексуальная ямочка.
— О, я знаю, что они существуют, просто предпочитаю их игнорировать. Ты привыкнешь к этому. — Он касается кончика моего носа.
Я пытаюсь, но безуспешно, не улыбнуться ему в ответ. Не знаю, что такого в Джоше, но он такой теплый и привлекательный. Он — полная противоположность другому мужчине, который сейчас находится с нами в комнате.
Мэйсон холоден и неприветлив. И сбивает с толку. Очень, очень сбивает с толку.
Меня пугает, что, даже учитывая это, я не знаю, чью компанию бы выбрала, если бы мне пришлось оставить кого-то одного.
Пока Джош не пытается снова меня поцеловать, я думаю, что смогу легко привыкнуть проводить время с ним, но как только появляется Мэйсон... Я начинаю жаждать его.
Я вырываю свою руку из хватки Джоша и поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Мэйсона, который продолжает неловко стоять в углу.