Чтение онлайн

Док сделал шаг по направлению к ванной, но Тайра столь поспешно схватила его за рукав, будто в нужнике была установлена — не больше и не меньше — бомба с часовым механизмом.

— Стой!

— Что?

Она переминалась с ноги на ногу и выглядела совсем, как нашкодивший в хозяйские тапки кот.

— В чем дело, Тайра?

— Прежде чем мы начнем нашу… эскурсию, я должна тебе кое-что сказать. Видишь ли… Я так долго… Я очень хотела в туалет, а ты все не приходил. И… я… в общем…

Он не сразу понял, но понял.

— И-и-и? — Теперь Лагерфельда разбирал нездоровый смех — причина задержки стала ясна. Мда, такого гостя Дрейк не ожидал точно. — Куда ты наделала делов, нетерпеливая моя?

— Я…

— Говори.

— В стакан!

При этих словах Тайра выпучила глаза и покраснела так густо, что док не выдержал и расхохотался настолько громко и безудержно, что «стражник» за дверью наверняка подумал, что после похода в Криалу Лагерфельд спятил.

После того, как с возникшей «проблемой» разобрались, началась «эскурсия» во время которой Стив всячески старался не хихикать, а лицо Тайры продолжало стойко сохранять свекольный оттенок.

Глупая ситуация, но с кем не бывает? Подумаешь, стакан… Хорошо, хоть — прости, Господи — из унитаза не напилась — жажда ведь коварная вещь, об этом он знал не понаслышке. Знал, понимал и все равно ежесекундно следил за тем, чтобы губы не расплылись в идиотской ухмылке — гостья не поймет.

— Это краны. Они установлены и над раковиной, и над ванной. Смотри, открываются вот так — слева холодная вода, справа горячая.

— Горячая? И не надо на печи греть?

— Да. То есть нет, не надо. Вода подогревается специальной системой, чтобы ты могла смешать ее с холодной и выбрать комфортную для тела температуру.

— Здорово! А это? Я долго смотрела, но так и не смогла понять.

— Это душевая. В ней можно мыться стоя и вода будет стекать в отверстие на полу.

Задумчивый вид, пауза.

— А я все думала, зачем вам лохани с дырой?

Стив все-таки хрюкнул.

— Здесь точно такой же переключатель: потянешь на себя — вода потечет, а покрутишь ручку в стороны — она изменит температуру.

Он показал ей, где хранятся полотенца, объяснил, как пользоваться зубной пастой и щетками, куда выбрасывать упаковку, рассказал назначение каждого флакона в шкафу. Затем перешел к унитазу. Подошел, наклонился, откинул крышку.

— Ходить по-маленькому можно вот сюда.

— «По-маленькому» — это как?

— Это как ты в стакан.

— А-а-а… — Она снова сделалась пурпурной. — А если захочется…

— По-большому? Тоже сюда. После того как закончишь, нажми на кнопку в стене — да, вот эту круглую, — и вода все смоет в трубу, которая уходит в стену.

— А куда уходит труба?

«В кабинет к моему Начальнику», — хотел ответить док, но с подобным юмором решил повременить до встречи с Эльконто.

— В специальные перерабатывающие отсеки. — Дурацкий смех снова рвался наружу, уже булькал в груди на подступах к горлу — пришлось спешно его унимать. — В общем, не беспокойся об этом. Просто после окончания нажимай на кнопку. А здесь бумага…

— Вы записываете на ней умные мысли?

— Умные мысли? — Он так удивился, что замер. Затем понял, о чем речь, а так же сообразил, что если Тайра задаст еще один вопрос подобного характера, унять истерический хохот уже не получится. — Э-э-э… Я согласен, что умные мысли чаще всего посещают людей именно в туалете, но мы, знаешь ли, не записываем на ней мысли, мы используем ее, чтобы…

Теперь круглыми глазами смотрела на него Тайра.

— Не-е-ет! — Она недоверчиво, совсем как деревянный болванчик, качала головой. — Только не говори, что для этого. Это же ценнейший материал, на изготовление которого требуется так много времени! Вы что! Да еще такой мягкой…

— А чем еще подтираться? Травой?

— ТРАВОЙ?!

Если раньше ее глаза были просто круглыми, то теперь выпадали «из орбит».

— Ты что такое говоришь? Это же растения! Как можно?!

Помоги ему Создатель! Лагерфельд и раньше полагал, что в их общении раньше или позже может проявиться разница менталитетов, но чтобы так быстро и «в этом»? Терпение, только терпение. Она все узнает — про дешевизну, про цены, про процессы, про то, что бумагу изготавливать несложно, а растений в этом мире такое количество, что хватит на экспорт. Просто Тайра еще ни разу не выходила на улицу, и этим все объяснялось.

— Принцесса Архана, — елейно, с деланным благоговением проговорил Стивен, — если вам будет угодно, вы всегда сможете беречь бумагу и использовать для омовения воду. Я же не настаиваю.

На самом деле он понимал — сам бы вел себя, как пустынный бедуин, если бы родился в пустыне и бедуином. Сложно принять новое, пытаясь упаковать его в привычные рамки. Время от времени стены мыслительной коробочки приходится растягивать и передвигать — процесс неприятный, но нужный — Тайре придется через него пройти.

— Ну вот, здесь вроде бы все показал. Пойдем в комнату? Расскажешь мне, чего тебе на данный момент для счастья не хватает.

— Мне всего хватает.

— Уверен, что чего-нибудь тебе не хватает точно.

Спустя несколько минут Лагерфельд объяснял список того, что необходимо доставить, стоящему за дверью представителю Комиссии.

— Еда и побольше. Что-нибудь основательное: мясо, фрукты, сыры, хлеб. Воду в бутылках. И еще нужна одежда — что-нибудь практичное и удобное. Нижнее белье, обувь. Размер определите?

— Конечно. — Невозмутимо отозвался мужчина в серебристой форме. Лагерфельд не сомневался, что тот уже сканировал фигуру Тайры и с размерами не ошибется точно. — Еда и вода будут у вас через несколько минут. Одежда позже.

— Хорошо. Спасибо.

Док вернулся в комнату. Опустился в кресло, вытянул ноги и какое-то время смотрел на притихшую на диване девушку. Такую знакомую, почти родную.

— Страшно? — Спросил он тихо. Понимал, что ей боязно и неуютно, сочувствовал, а потому старался не только скрасить одиночество, но и помочь обрести душевный комфорт.

— Страшно? — Тайра грустно улыбнулась. — Конечно. Я ведь здесь совсем никого не знаю.

— Кроме меня.

— Кроме тебя. — Улыбка на мгновенье просветлела, но тут же вновь стала робкой, неуверенной. — Знаешь, мне было бы не так страшно, реши я без денег и вещей присоединиться к каравану погонщиков одногорбов до Оасуса. Это, как бы сказать,… само по себе самоубийство. Если девушка одна, без защитника, ей опасно удаляться от дома, а я не просто удалилась от дома, я удалилась от своего мира. Смешно, но даже в Коридоре мне было комфортнее, чем здесь.