Чтение онлайн

– Какую? – насторожилась она.

– Да на счет, этой здоровенной цепи, что на нем все время висит. Сегодня ночью, у парнишки, очередной приступ был. Пришел к нам в спальню и застыл как вкопанный. Я уж тебя будить не стал, отнес его назад. Ну и заметил, случайно, этот странный камень. Он еще и светящийся… Что это?

– Да это семейный амулет моего мужа – ответила она, как-то нехотя – с его слов, он ему от отца достался, а тому в свою очередь, его мать передала, а ей ее мать, то есть прабабка Андрея…

– А той, кто передал – прапрабабка или прапрадедка? – я непроизвольно усмехнулся, но тут же спохватившись, добавил – Извини. Продолжай.

– Нет, она его сама нашла. Увидела, ночью с неба звезда упала, на краю деревни. Приметила место, пошла туда, хоть и страшно было, а он там, в траве лежит и светиться. Она его взяла и всю жизнь как оберег носила, потом по наследству передала… Он говорил, что всех их, от различных несчастий защищал, и вроде не плохо.

– А его, вообще, проверяли где-нибудь… Он же светиться… Может он радиоактивный. Как у них там, в роду, с раком дела обстояли?

– Проверяли или нет, не знаю, но со здоровьем у них, вроде, проблем не было. И жили все долго.

– Только у твоего супруга, долго как-то не получилось…

– Ну, это у него с психикой проблемы были. А вообще, честно говоря, я во все эти амулеты не верю…

– Так, тем более, чего же ты с Ваньки его не снимешь? Может, не будет он на нем болтаться, и приступы эти прекратятся. Давай попробуем.

– Да, пробовала, я уже, Толь.

– И?

– Ничего не получается.

– Это как?

– Сама не знаю. Он же и в окно прыгнул с ним… Мне его потом, со всеми его вещами отдали из судебного морга. Я его спрятала подальше… Так, смотрю, уж не знаю как, через пару дней, Ванька его отыскал и на шею сам себе надел. Как первый раз увидела – остолбенела. Я снимаю его – он в истерику. Я снова снимаю, когда спит, прячу на шкафу, а у него как чутье, какое, утром поплакал, потом успокоился, а вечером смотрю – снова нашел и на шею надел. Он с отцом очень близок был, а это как память о нем… Он его помнит, скучает по нему, только виду не подает, я-то знаю… Ну чего, какой-то, камень может сделать? – спросила она и сама же ответила – Ничего… Так что, хоть мне самой и неприятно, но решила психику ребенку, дополнительно, не травмировать.

– Извини, Люб, тебе, конечно, виднее, но все же подумай, хорошо?

– Хорошо – ответила она, но по ее тону понял, что только для того, чтобы закончить, неприятный ей разговор.

***

Жизнь продолжала идти своим чередом, в целом: тихо, спокойно и приятно. У Ванюшки, уже больше недели, даже приступов не было. В очередной вечер сижу на диване, смотрю футбол. Заходит Люба: "Толь, я белье на балконе вешать стала, а веревка взяла и оборвалась. Крючок, со стороны, Ванькиной комнаты, из стены вылетел. Он уже давно болтался… Не посмотришь?"

– Сейчас гляну.

Крюк вылетел вместе с дюбелем, а края дырки, где он крепился, так раскрошились, что в нее, что-то вставлять было бесполезно. Решил просверлить новую, рядом, и туда уже установить крепление. Ее бывший оказался мужиком хозяйственным, нашлось все необходимое: и стремянка, и дрель с хорошими сверлами, и молоток, и новый дюбель.

Люба колдовала на кухне, ее сын без конца бегал то к ней, то в свою комнату, постоянно хохоча. Ставлю стремянку, беру в руку дрель и начинаю подниматься на одну ступеньку, вторую, третью… вдруг лестница поехала в сторону, я почувствовал, что теряю равновесие… Все тело качнуло влево, в сторону улицы. В какой-то миг я даже увидел кусок асфальта и куст под самым домом. В следующее мгновение напряг все свои силы и сам, не знаю как, изловчившись, слегка присел и вывернул корпус вправо. Стремянка с грохотом упала поперек лоджии, а я приземлился на ногу и, не удержавшись, пролетев через дверной проем, свалился спиной на пол комнаты. Все произошло так быстро и неожиданно, что я даже не успел выругаться, да и испуг пришел только после того, как все случилось. Что интересно, так это то, что дрель я так и не выпустил из руки…

На шум прибежала Люба.

– Что случилось? – ее лицо было перепугано.

Сзади стоял Ванька с непонимающим взглядом.

– Да, стремянка чего-то поехала… Хорошо, что упал внутрь, а не наружу.

– Ужас! Ты цел?

– Да вроде цел. Я, конечно, сам сглупил, надо было проверить, прежде чем лезть, устойчиво она стоит или нет. Всегда проверяю, а тут… – на балконном полу заметил несколько блестящих полосок.

Провел пальцем – масло.

– Это что такое?

Потрогал ножки стремянки – они все были в масле. Понюхал – по запаху похоже на подсолнечное.

– Кто-то смазал ножки маслом – произнес я с недоумением.

Мы посмотрели на Ваню, он растерянно на нас.

– Вань, это ты сделал? – строгим голосом спросила Люба.

– Нет – с испугом в голосе ответил он.

Я взял Ванькины ручки – они все были в масле.

– А почему у тебя руки, перепачканы маслом? – стал допытываться уже я.

– Вань, признавайся. Ты хоть понимаешь, что дядя Толя чуть не погиб?!

– Это не я! – плачущим от обиды голосом, крикнул малыш, в глазах сверкнули слезы, он резко рванулся и убежал на кухню.

Мы, молча, переглянусь и пошли следом, успокаивать его. Сказали, что верим ему и не стали допытываться дальше.

Открытая бутылка с растительным маслом стояла на обеденном столе, а на плите, в сковородке, на нем, жарилась картошка…

***

После этого случая я стал осторожней. Возникло внутреннее напряжение от ожидания, что в любой момент, может случиться какая-то неприятность, даже опасная для жизни, и источником этого дискомфорта был мальчуган. В принципе, сам он был неплохой ребенок, но… и уверенность в этом у меня постоянно росла, он находится под влиянием, этого проклятого камня, через который, его отец-ревнивец, управляет им. Я не склонен к мистике и все это, с одной стороны, казалось полным бредом, но с другой – как-то, довольно, логично все складывалось, если анализировать факты… Надо будет еще раз поговорить с Любой. От этого амулета надо избавляться. Возможно, ее ошибка была в том, что снимая, она прятала его, где-то рядом, и он продолжал оказывать свою власть, а если взять и увезти его куда-нибудь подальше, хотя бы, для начала, за несколько километров, его влияние на Ваньку прекратится, так сказать, не хватит радиуса действия.

Вскоре, масло в огонь, подлил следующий случай…

Пошел, раз, в ближайший продуктовый магазин, закупился по списку… Иду уже назад домой, а на встречу Ильинична, со своими скандинавскими палками. Увидела меня, лицо сразу приобрело заговорщицкий вид…

– Привет, молодой человек!

– Здравствуйте!

– Постой-ка минутку. Мне с тобой поговорить надо, серьезно. Тебя, кстати, как зовут-то, красавец?

– Анатолий.

– Толь, хороший ты человек. Переживаю я за тебя. На многих других – наплевать, а вот, за таких, как ты – переживаю. Я понимаю… думаешь, небось, старуха чокнутая ходит тут и чушь всякую несет, но все же, ты меня послушай…

– Да вы что, Мария Ильинична, я так не думаю… – поспешил я уверить ее, не совсем искренне.

– Ну и на том спасибо. Так вот, послушай меня. Только не перебивай! Я про Любку тебе хочу рассказать. Вижу я, живешь ты с ней и ее мальцом – она подошла ко мне ближе и продолжила, более тихим голосом – Опасный она человек. Будь осторожней! Она, как синяя борода, только в юбке.

– Это как? – хотя я и считал, что бабуля с большим приветом, но ее слова меня неприятно насторожили.

– Я ее давно знаю. Был у нее муж, Андрюшка, приятный такой парень, так якобы прыгнул из окна вместе с ней, у нее почти ни царапинки, а он, бедняга, насмерть разбился. Затем, уже через года полтора, привела к себе другого мужчину, Петром звали. Проходит месяца два – на балконе, якобы, чего-то ремонтировал и упал с него, и тоже насмерть.