Чтение онлайн

— Кстати, а отчего Карим такой квелый? — озаботился здоровьем заложника генерал. — Не помяли, часом?

— Не могу знать, ваше превосходительство! — пожал плечами прапорщик. — Может съел чего несвежего?

— А синяки?

На языке Будищева просто крутилось сакраментальное «есть не хотел», но он все же заставил себя сдержаться и лишь недоуменно пожал плечами, мол, на все воля божья!

— Мальчик неловко упал, — пришел к нему на помощь Студитский, видя, как юный туркмен начинает багроветь от стыда или гнева.

— Бывает, — хмыкнул начавший отходить от гнева Скобелев. — Главное что дедушке не удалось его отбить.

— Дедушка тут может и не причем, — вполголоса заметил Дмитрий, но командующий его все равно услышал.

— Тогда кто?

— Текинцы, ваше превосходительство. Им наверняка поперек… седла, что мервский сердар не хочет послать помощь в Геок-тепе, так что они вполне могли сами взять его в заложники. А парню через местных или маркитантов наплели, мол, освободим.

— Вы полагаете это возможно?

— Возможно всякое, господин генерал, но главарь нападавших очень неплохо говорил по-русски. Если его вдумчиво допросить, то он наверняка расскажет много интересного. И откуда они взяли столько патронов тоже.

— Вы опять за свое? — нахмурил брови Скобелев.

— Так спросить-то можно, — пожал плечами Будищев, приняв как можно более простодушный вид.

— Спросить все можно. На охоту ездить без должного эскорта не нужно.

— Все так делают, — горестно вздохнул прапорщик. — Никакой дисциплины!

— Черт бы вас побрал! — снова вызверился командующий. — Убирайтесь прочь с моих глаз, господа офицеры, и помните: при следующем вашем проступке я вспомню и об этом. Что же до вас, милые барышни, то я в самое ближайшее время намерен отправить вас в Красноводск. Вам там будет безопаснее, да и мне спокойнее.

— Но ваше превосходительство!

— Ничего не желаю слышать!

Покинув штабную кибитку, участники столь необычного происшествия на минуту остановились в нерешительности. После всего пережитого следовало что-то сказать друг другу, но нужные слова отчего-то не находились. Мамацев с немым обожанием смотрел на даму сердца, а та, в ужасе от предстоящей разлуки на него. Будищев искоса поглядывал на внешне равнодушную Люсию, а та, скрывая волнение, нервно теребила шаль. Студитский, взирал на все это добродушно, немного грустно улыбаясь при этом, и только Карим не мог скрывать своих чувств, более всего напоминая волчонка, из зубов которого выдернули кость.

— Нам, кажется, пора, — первым нарушил молчание доктор.

— Вы правы, Владимир Андреевич, — тут же согласилась баронесса. — В госпитале много дел.

— Прощайте, Екатерина Михайловна, — выдавил из себя бравый подполковник, и горячо поцеловал руку мадемуазель Сутолминой.

— Я буду ждать вас, Дмитрий Осипович, — всхлипнула та. — Хоть всю жизнь!

— Честь имею, господа! — обернулся к остальным Мамацев и, сделав общий поклон, вскочил на подведенную ему денщиком лошадь.

Дмитрий хотел было последовать его примеру, но затем спохватился и, сняв притороченный к седлу винчестер, отнес его владельцу.

— Классный девайс! — сказал он непонятную фразу, протягивая оружие Студитскому.

— Оставьте себе, Дмитрий Николаевич, — мягко улыбнулся доктор, и, видя удивление в глазах приятеля, добавил: — Вам он нужнее, да и стреляете вы из него лучше. Нет-нет, отказа я не приму, это подарок!

— Спасибо, — искренне поблагодарил его моряк, после чего повернувшись к баронессе, сделал попытку пошутить: — Интересная у нас вышла прогулка, Люсия Александровна, не находите?

— Я бы сказала страшная, — напряженным голосом ответила ему барышня. — Мы все чуть не погибли из-за этой глупой затеи.

— С вами бы ничего не случилось, — неожиданно подал голос, молчавший до сих пор Карим. — Я бы не позволил!

— Кто бы тебя спрашивал, — отмахнулся Будищев.

— Госпожа Люся, — не унимался мальчишка. — Не выходите замуж за Гару-Мергена. Я уже взрослый мужчина и сам могу на вас жениться!

Услышав столь неожиданное предложение руки и сердца мадемуазель Штиглиц слегка оторопела. Студитский из деликатности удержался от смеха, ограничившись улыбкой, а Сутолмина, до сих пор полагавшего юного джигита своим поклонником, просто ахнула:

— Какой пассаж, господа! — изумленно воскликнула она, широко распахнув все еще заплаканные глаза.

— Ты выйдешь замуж за сердара Мамаца, — снисходительно пояснил ей Карим. — А я возьму в жены госпожу Люсю. И всем будет хорошо!

— Выйдешь тут. Вот отправят нас в Красноводск, и кукуй там в одиночестве, — огорченно вздохнула сестра милосердия, после чего, как будто спохватившись, обернулась к Будищеву: — А что вы думаете об этом, Дмитрий Николаевич?

— Я думаю, любезная Екатерина Михайловна, — без тени улыбки заметил прапорщик, — если Мамацев на вас не женится, то он — совершеннейшая свинья!

— Вы полагаете?! — округлила глаза барышня.

— Уверен. Тем более что священников в Бами хватает. Обвенчаетесь, и никакой Скобелев не сможет вас разлучить.

— Какая прекрасная идея! — радостно воскликнул Студитский, не в силах больше сдерживать веселье.

— Да вы просто Купидон! — укоризненно покачала головой баронесса.

— Люсия Александровна, — начал Будищев, немного помявшись. — Мы так и не смогли толком поговорить. Быть может, сегодня вечером…

— У нас еще будет время, Дмитрий Николаевич, — равнодушно прервала она его.

— Но вас же отправляют в Красноводск!

— Так не сегодня же, — отозвалась баронесса, после чего подошла к своей лошади и почти приказала: — Да помогите же мне!

Немного сбитый с толку переменой настроения барышни, Дмитрий помог ей взобраться в седло, пока Студитский оказывал ту же любезность Кате. Потом они все вместе уехали, а, оставшийся в одиночестве прапорщик немого недоуменно смотрел им вслед.

А может прав Скобелев? — подумал он. — Без них реально спокойнее будет. И вообще, скорее бы уже в поход. Разобраться с этим Геок-тепе, будь он неладен, да возвращаться в Питер. Офицерский чин уже есть, орден святого Владимира, дающий право на дворянство, тоже… Какого черта я вообще тут делаю?

В конце ноября в Закаспийский край прибыли последние подкрепления для предстоящей экспедиции Скобелева. Наконец-то все войска были в наличии, а необходимые припасы собраны. Откладывать поход далее не имело смысла. На смену иссушающей летней жаре давно пришла мягкая среднеазиатская осень. Вершины Копетдага уже пару раз покрывались снегом, правда, ненадолго. Листва в низинах пожухла и осыпалась, а по ночам случались заморозки. И такая погода как нельзя лучше подходила для суровых пришельцев с далекого севера.