Чтение онлайн

— Мюсли, тост и фрукты. Но я охотно съем то же, что и вы.

— Мюсли, тост и фрукты плюс французский омлет. Насчет тоста должен вас предупредить: у нас специальный тостер для деревенского хлеба. Будьте осторожны, чтобы не обжечься.

Он указал на стоящее на столе устройство, включенное в сеть. После чего передал ей коробку мюсли.

— Молоко в этом пакете. Вообще-то Каталина придерживается традиций, и в собственном доме они с Фелио стряпают по старинке. Но мне она готовит то, что англичане и американцы считают здоровым.

Ему искусно удалось развеять смущение Кресси. Она была чрезвычайно благодарна ему за тактичность.

— Я не против, если вы дочитаете факс, — предложила она.

— Спасибо.

Он взялся за рулон скрепленных страниц и скрутил их наоборот, чтобы немного выпрямить бумагу. Этим утром на нем была рубашка абрикосового цвета и белые джинсовые шорты с кожаным ремнем. Его волосы были все еще влажны от душа или утреннего заплыва в бассейне.

Пока он читал, таймер в форме лимона дал предупреждающий сигнал. Николас встал, открыл тостер, достал оттуда несколько ломтей хлеба из муки грубого помола и положил их в корзинку. Укрыв корзинку салфеткой, он поставил ее на стол, после чего снова загрузил тостер и включил таймер.

Он все еще был занят факсом, когда Кресси доела мюсли и налила себе кофе, а тост намазала медом, обнаруженным в пластмассовом кувшинчике с надписью по-испански. У меда был привкус, который она не смогла точно определить, но решилась спросить, только когда Николас вернулся к завтраку.

— Эвкалипт, — объяснил он. — Если вам не нравится, можно подобрать другой. Розмарин, тимьян, апельсин и лимон. Кстати, во время пробежки мне в голову пришла интересная мысль. Дочь моих знакомых учится в Барселоне, а ее машина стоит тут без толку. Я спросил, не смогут ли они одолжить ее вам. Она слегка побита — Пилар славится на острове своим умением парковаться, — но ездит исправно. После завтрака мы с вами заберем ее. Тогда вы сможете наведываться в больницу, когда захотите, не ожидая, когда я буду свободен.

— Думаю, мне лучше подыскать себе гостиницу. Тогда я совсем слезу с вашей шеи.

— Вы вовсе не сидите на моей шее, Кресси. Здесь вам удобнее, к тому же я всегда готов служить советом.

Трудно было возразить на его столь твердое заявление. И, честно говоря, разве ей самой хотелось покидать этот красивый дом и его владельца?

— Ладно, большое спасибо. Но если мое присутствие начнет вас тяготить, надеюсь, вы искренне признаетесь мне в этом.

— Будьте уверены. А вот, кстати, мой враг и ваш избавитель.

Она проследила за его взглядом и заметила черного кота, направлявшегося к ним прогулочным шагом. Не успела Кресси вникнуть в смысл данных Николасом определений, как появилась Каталина со свежеприготовленным омлетом.

— Будете? — предложил Николас, когда экономка поставила перед ними блюдо.

— Нет, спасибо.

На обратном пути в кухню Каталина заговорила с котом по-каталански, надеясь, что он пойдет за ней, но кот уселся у стола и начал приводить себя в порядок. Пока он находился рядом, Кресси не могла не думать о прерванных его появлением страстных объятиях.

Очевидно, у Николаса были те же мысли. Он сказал:

— Я осмотрел сегодня утром камин, за корзиной ничего не оказалось. Надеюсь, из-за трагической смерти птицы вы не видели страшных снов.

— Спасибо, я спала хорошо. — Это была правда, она действительно спала хорошо, без сновидений. — Вы сказали об утренней пробежке. Какое расстояние вы одолеваете?

— Я бегаю на время, а не на расстояние. После получаса я возвращаюсь обратно. Кроме того, я люблю поплавать в бассейне. А вы бегаете?

— Только не в Лондоне. Иногда бегаю у родителей на даче.

— Где это?

— В Западном Сассексе, недалеко от Мидхерста — если вы знаете эту часть страны.

— Нет, я вообще плохо знаю Англию, только окрестности Кембриджа. Расскажите мне о своей семье. Чем занимается ваш отец?

— Он архитектор.

— А мама?

— Она... занимается благотворительностью, — выкрутилась Кресси. Частично это была правда. Вирджиния Вейл поддерживала некоторые благотворительные организации.

— Вы упоминали о сестрах. Старшие? Младшие? Замужние?

— Старшие, но до сих пор не замужем. Слишком увлечены карьерой.

— Большинство умных женщин в наши дни поступают именно так. С какой-то стороны их можно понять. Они хотят стоять на ногах потверже, чем их матери и бабушки. Еще кофе?

— Да, пожалуйста. — Пока он наливал, Кресси поинтересовалась: — Вы находите спонсоров для своих путешествий или доход от поместья и книг делает вас независимым?

— Поместье, к сожалению, дохода почти не приносит, но книги довольно популярны в Америке, особенно издания в мягких переплетах, так что мне не приходится кланяться спонсорам. Но долго бездельничать я не могу. Секрет успеха моих книг в регулярно появляющихся новинках, описывающих путешествия, которые не проделывал раньше никто, либо путешествия, совершенные по следам забытых, но отважных парней. Таких, как, например, Арминиус Вэмбери.

— Никогда о таком не слышала. Кто он?

— Это венгр, родившийся в 1832 году, самостоятельно изучивший турецкий и арабский. Он, замаскировавшись под дервиша, путешествовал в Бухару и Самарканд. Но не буду вам больше ничего рассказывать, подождите мою следующую книгу.

В доме зазвонил телефон, однако Николас не обращал на него внимания, пока на пороге террасы не появилась Каталина и не позвала его. Вставая из-за стола, он сказал Кресси:

— Когда допьете кофе, мы поедем.

Кресси предпочла бы еще хоть чуть-чуть задержаться за столом и послушать его интересные рассказы, но, видимо, у него было полно дел. А у нее? Она поспешила наверх, чтобы еще раз почистить зубы и проверить, все ли положено в рюкзачок, который она предпочитала обычным сумкам через плечо — за исключением, конечно, редких случаев, когда облачалась в вечерний туалет.

Проходя мимо комнаты Николаса, она услышала его голос — он все еще говорил по телефону. В гостиной Кресси снова остановилась у портрета Джейн Дигби, на которую, как он сказал, она похожа.

По обеим сторонам камина стены были заняты полками, заставленными книгами на испанском, английском и других языках. Она любовалась старинными кожаными переплетами, когда услышала, что Николас спускается по ступенькам неожиданно легкой походкой для мужчины такого роста и телосложения.

— Кресси! — позвал он.

— Я здесь.

За завтраком его длинная шея была голой, теперь на ней появился легкий шарфик из индийского хлопка. А за широкими плечами был так же, как и у нее, рюкзак. Он выглядел непринужденно и жизнерадостно; конечно, на него будут оглядываться все женщины, где бы он ни появился. Интересно, что бы Фаззи сказала о нем?

Они уже выходили из дома, когда Николаса с кухни окликнула Каталина.

— Я быстро, — сказал он Кресси.

Все четыре дверцы «рейнджровера», стоявшего во внутреннем дворике, были распахнуты для проветривания. Кресси уже собралась сесть в машину, когда поняла, что заднее сиденье занято собакой.