Чтение онлайн

«Мда, недолго музыка играла, недолго фраер танцевал…»

Звонил «любимый» не просто так, а по делу. Это я сразу же поняла по его довольному тону и почти что ласковому обращению «Привет, Ксюшенька!». Толи кто-то стоял у него над душой и подслушивал наш разговор (что, кстати, было вероятнее всего, ведь на заднем плане раздавался нетерпеливый бубнеж), толи Артемка заработал удар током от электрогитары или типа того.

Чего тебе, изверг? — пресекая все попытки Красавцева быть милым, произнесла я. Что-то последнее время Артем был слишком вежливым и хорошим парнем (не то, что при нашей первой встречи), и это немного напрягало.

Ну что ты, солнышко, как неродная, — натянуто захихикал музыкант, — обиделась на меня?

За что? — решила уточнить я. Повода обижаться на Красавцева у меня не было (ну, не считая того слюнообмена у него в квартире в прошлую субботу, но и там все было прилично и невинно, и вроде никакой заразы после этого я не подцепила).

Что я был занят и не мог провести время, с моей девочкой, — все в том же приторно-сладком тоне продолжил молодой человек. — Не обижайся, котенок, это все работа. Ты же знаешь.

Я почувствовала, как задергался правый глаз. Тут явно что-то было не чисто.

Артем, с тобой точно все хорошо? — спросила я Красавцева.

Лучше не бывает! — раздалось в ответ, но я слабо верила в это. Сначала ласковый тон, потом эти мимишные «котенок» и «солнышко». Это как-то смущало. По крайней мере, в исполнении Красавцева, который еще неделю назад едва ли мог запомнить мое имя и называл кем-то вроде «Ээээ, идиотка!».

Ты что-то принял, да? — не унималась я. — Или перепил? Тебе такси вызвать что ли надо, а ты по ошибке мой номер набрал?

Ну что за глупости ты говоришь, милая, — рассмеялся парень. — Ты же знаешь, что я не пью и не курю.

«Еще скажи, что девушек не любишь и вообще, что ты за ЗОЖ!» — ехидненько добавила я про себя, но вслух говорить этого не стала.

На том конце провода вновь раздалось чье-то бурчание.

Красавцев, — теперь уже шепотом произнесла я в трубку, — если тебя там пытают или пытаются убить, то ты покашляй. А то реально стремно.

Повторять дважды не пришлось. Артем закашлял, да так, что мне показалось, будто он вот-вот выплюнет свои легкие.

Точно, дело было плохо.

Ну что ты сразу не сказал, зай, что ты соскучился! — теперь пришла моя очередь включать влюбленную дурочку. — Мне тоже без тебя так одиноко. Из-за твоей работы и моей учебы мы почти не видимся. Хочешь, я приеду сейчас к тебе?

Ну что ты, любимая, не стоит. К тому же, я хотел предложить… точнее, тут один человек очень хочет познакомиться с тобой. Ты свободна в эту субботу?

«Артем, что ты все ходишь вокруг да около. Скажи уже ей по-человечески!» — наконец, я смогла разобрать, что говорит голос на заднем плане. Голос, кстати, оказался женским и весьма приятным.

Короче, Ксюш, тут моя мама хочет познакомиться с тобой, поэтому приглашает тебя в субботу к себе на обед, — после недолгой заминки, на одном дыхании выпалил Красавцев. — Так ты свободна?

Мама? — только и смогла выдавить из себя я, чувствую комок в горле. Теперь становилось понятно, чье недовольное сопение я слышала в трубке, пока говорила с Красавцевым. Судя по всему, именно мама Темы настояла, чтобы он позвонил мне и пригласил на этот ужин.

Нет, знакомство с родителями как-то не входило в наш контракт. Да и что-то мне подсказывало, что любящая матушка Артемки в два счета раскусит наш спектакль.

Она самая, — подтвердил музыкант. — Она правда очень хочет с тобой познакомиться. Очень. Спаси меня от нее и скажи, что ты приедешь.

Последние слова молодой человек произнес совсем тихо, наверное, чтобы услышать их могла только я.

В субботу? Я свободна, — решив, что я не могу бросить друга (ну или чувака, который почти что организовал мне билет в крутое безбедное журналистское будущее) в борьбе с матушкой один на один. Да и интуиция едва ли не вопила о том, что если я сама не сунусь в логово матери драконов, она все равно найдет меня. Вон, как настойчиво пыталась давать сыну указания о том, как тому говорить со своей девушкой. И это при том, что я все прекрасно слышала.

Заберешь меня?

Конечно! — чересчур радостно согласился Артем. Я тебе завтра позвоню и мы все обсудим еще раз. Хорошо, крошка?

Ага, конечно, — таким же поддельно-радостным тоном согласилась я.

Прости, я должен теперь идти. Обрадую маман, что ты приедешь! — произнес Красавцев, после чего вновь шепотом добавил, — Ксюх, я тебе потом все объясню.

Ага, и я тебя люблю, мой лапулька! Ты труп Красавцев, если что.

Пока, любимая. Не скучай! — наконец, заявил Артем, собираясь повесить трубку. Последнее, что я услышала, были его слова, обращенные, по всей видимости к матери.

«Довольна?» — с нотками легкой обиды в голосе, произнес музыкант, на что его мама только рассмеялась.

Что она ответила сыну, я уже не знала и, если честно, знать не хотела.

В голове крутилась только мысль о том, как мне пережить знакомство с родней Красавцева (все же помнят, что старшему братишке Артема я не понравилась от слова «совсем»?). Но, к моей радости, у меня был еще один день, чтобы что-то придумать.

А потом…

Потом наступила суббота.

28

Госпожа Красавцева (в девичестве носившая фамилию Романова), проживала в шикарном коттедже в поселке «Солнечное», который находился всего в десяти километрах от города.

Из того, что я знала, в «Солнечном» жили сплошь одни богачи и местные знаменитости, так что этот поселок был чем-то вроде местной Рублевки на минималках.

Уже от этого становилось как-то не по себе.

А вдруг, матушка Красавцева-младшего, несмотря на свой вполне дружелюбный тон по телефону (помните тот разговор, на который она сподвигла Артема?), окажется той еще ведьмой с миллионами в кармане?

Как успел рассказать мне Артем (под удивленный возглас Богдана а ля «Она что, вообще ничего не знает о Виктории? Замечательная подружка, ничего не скажешь!»), его мать, некогда модель, была в разводе с Красавцевым-старшим (кстати, развод оказался громким и весьма скандальным, да настолько, что матушка Артема уже лет пять не разговаривала с бывшим мужем) и имела свою сеть магазинов свадебных платьев «Букет невесты». Остальное я как-то прослушала, но услышанное уже не внушало мне доверия. Моя догадка о том, что госпожа Красавцева была не так проста, как могло бы показаться, и уж тем более, ей бы не составило труда в случае чего, съесть меня с потрохами и не подавиться, казалось мне вполне правдивой.