Чтение онлайн

Выдохнув, я расправила плечи и ступила в стены одного из самых крупных в городе университета. Широкие окна, длинные колонны, бархатные шторы и огромные аудитории были пропитаны невесомой стариной, словно время здесь застыло, однако это лишь добавляло вузу особого шарма. Пройдя по первому этажу, я наткнулась на список групп с фамилиями, а затем и на расписание семестра. Запечатлев эту информацию на телефон, я поднялась на второй этаж, где первой парой значился предмет «Социальная психология».

У аудитории уже толпились молодые люди, и несложно было догадаться, что именно они — моя группа. Нас оказалось около двадцати: кто-то образовал мини-группы по три-четыре человека, а кто-то, как и я, стоял в одиночестве, вертя головой из стороны в сторону. Не успев всех разглядеть, к нам подошла высокая молодая женщина с журналом и ключами в руках. Улыбнувшись и поздоровавшись, она впустила нас в аудиторию, а сама зашла последней и дождавшись тишины сказала:

— Здравствуйте, группа В! Я ваш преподаватель по социальной психологии и по совместительству ваш куратор — Мария Андреевна Баталова. Надеюсь, мы с вами познакомимся поближе и подружимся. С этими словами она опустилась за стол и начала зачитывать имена из журнала, стараясь запомнить каждого в лицо.

Мария Андреевна была женщиной, привлекающей внимание, и на её облик можно было бы смело поставить возраст около двадцати пяти лет. Яркая красная юбка-карандаш гармонично сочеталась с алой помадой на губах, а белоснежная шёлковая блузка и серебряные серьги-цепочки придавали её образу изысканности. Длинные тёмно-русые волосы, собранные в аккуратный низкий хвост, придавали ей свежесть. Если не знать, что она преподаватель, можно было бы легко счесть её студенткой четвёртого курса.

— Вероника Благоволина! — громко произнесла преподаватель, и я невольно подскочила от неожиданности.

Подняв руку, Мария Андреевна, улыбнувшись, кивнула и продолжила перекличку по списку. Приятно было видеть, что в нашей группе, наряду с женским участием, присутствует и мужское. В профессии психолога нынче царит равенство, и я знаю множество мужчин, преуспевающих в этой области. Здесь нет деления по гендерному признаку; важно лишь призвание и стремление к пониманию человеческой души.

Познакомившись со всеми, Мария Андреевна ввела нас в курс дела, излагая, какие дисциплины ждут нас в этом году и что таит в себе этот предмет. За непринуждённой болтовнёй пара пролетела так стремительно, что я даже не успела осознать, как полтора часа моей жизни исчезли в воздухе.

Следующая и последняя пара сегодня была по анатомии. Я заранее испытывала к этому предмету неприязнь и уже с ужасом ждала, что меня ждёт, и, как выяснилось, не зря. Лекцию вела пожилая профессор из другого университета, известная своей требовательностью — она настаивала на том, чтобы её предмет был изучен досконально. Меня охватывало смятение, ведь анатомия была неразрывно связана с биологией, которую я сдавала с истериками и слезами уже дважды. В голове мелькнула мысль, что моё обучение в этом университете может завершиться уже в этом семестре, и от этого меня охватывало чувство безысходности. Но ещё больше меня угнетали духи «Красная Москва», исходившие от этой милой старушки-профессора. Заняв самую маленькую аудиторию, мы не имели возможности раскинуться на трибуне, как на прошлой паре, и вынуждены были забиться парами за стол, словно в школе. Пока я мысленно прощалась с этим чудесным местом в первый день, ко мне подсела голубоглазая брюнетка с длинными волосами, одетая в чёрные рваные джинсы и кожаный топ-корсет.

— Лиля, — однокурсница с равнодушным видом протянула мне руку, на которой играли радужные блики многочисленных браслетов.

— Вероника, — стиснула я ее ладонь и, отвернувшись, потянулась к блокноту, надеясь записать хотя бы что-то из лекции, но с последней парты мир казался невыносимо отдалённым.

Моя соседка, скрестив руки на груди, не утруждала себя записями, а лишь разглядывала стены кабинета. Прошло полчаса, и я осознала, что не улавливаю ни единого слова — профессорша шептала уставшим голосом. Оставив затею с записями, я откинулась на стул и уставилась в окно.

— Почему перестала писать? — поинтересовалась моя соседка изучающим взглядом.

— Решила бросить универ после этой пары, — произнесла я с сарказмом, и на губах Лили заиграла улыбка.

— О, быстренько, — ухмыльнулась девушка, смотря на меня куда с большим интересом, нежели при знакомстве.

— А что насчет тебя? — поинтересовалась я, подогревая эту интересную беседу.

— Я изначально не собиралась поступать в университет, но родители выдвинули условие: нужен хоть какой-то диплом, иначе они избавятся от моих синтезаторов. Я ответила им встречным предложением: соглашусь учиться там, где училась моя сестра, чтобы иметь возможность пропускать скучные лекции, изучая материалы дома по её записям, — с гордостью заключила моя одногруппница, поправляя волосы.

— Так сколько там у тебя синтезаторов? Погоди, я не расслышала, — с неподдельным интересом спросила я, подначивая мою соседку по парте.

— Пока что два, — улыбаясь, ответила Лиля. — Аналоговый и цифровой, а ещё пианино! — восторженно добавила она.

— И как давно ты играешь? — продолжала я осыпать её вопросами.

— С пяти лет. Я до сих пор хожу к учителю, и мы разучиваем сложные партии. Готовлюсь к прослушиванию в гастролирующую группу, играющую классику, и у меня просто нет времени на учёбу. Я уже точно знаю, кем хочу быть и чем заниматься.

— Вау, это круто! Интересно было бы послушать, — загорелась я, полностью перестав обращать внимание на гудящую на фоне монотонную лекцию.

— Как-нибудь сыграю для тебя, — обнадежила меня Лиля. — Ну а ты? Не играешь ни на чем?

— Нет, но я пробовала писать музыку на компьютере с помощью специальной программы, а потом все время уходило на подготовку к экзаменам, — с некой грустью делилась я, вспоминая, как долгими ночами сидела над книгой по биологии.

— Ну все равно, считай, родственная душа. Не зря моя интуиция подсказала сесть именно к тебе, — девушка слегка толкнула меня в плечо, чем заставила меня усмехнуться.

— Вот бы твоя интуиция еще помогла нам сдать эту проклятую анатомию, — обреченно вздохнула я.

Лиля с минуту помолчала, а потом продолжила.

— Как я и говорила, моя сестра окончила этот же факультет и сохранила все конспекты. Могу дать их тебе, все лекции повторяются из года в год, — посетовала моя единомышленница.

— Серьезно? Это было бы здорово, а то я ни черта не слышу! Тебя сам бог послал мне! — выдохнула я, ощущая, как невидимый груз спадает с плеч.

— Благоволина и Сизова, если у вас есть неотложные дела, можете воспользоваться дверью, — произнесла профессорша скрипучим голосом, бросив в нашу сторону колкий взгляд.

Мы тут же притихли, сделав вид, что погружены в лекцию, но через мгновение снова переглянулись. Улыбки не сходили с наших лиц. Под аккомпанемент монотонного голоса преподавателя мы продолжили наш тихий диалог, склонившись над одним конспектом, будто вчитываясь в записи. Мы шепотом делились историями из жизни, обсуждали университет и подшучивали над этой милой старушкой. Больше никаких замечаний от профессорши не последовало; мы оставались на своих местах до самого конца пары, но это время пролетело незаметно. И пусть лекция так и не была услышана, зато я, кажется, только что обрела друга.