Чтение онлайн

Мои кошмары всегда основаны на одном и том же — автомобильной аварии. И даже в своих кошмарах я все еще не могу спасти ее. Я ничего не могу сделать, чтобы изменить последовательность событий, все, что я могу сделать, это наблюдать, как они разворачиваются передо мной. Один час, вот сколько времени потребовалось спасательной команде, чтобы вытащить меня из машины. Один час может показаться не таким уж большим сроком, но, когда вы сидите в машине и считаете секунды, вам кажется, что прошли дни.

В течение одного часа мне пришлось сидеть и наблюдать, как моя мать впадает в вегетативное состояние. Она не отвечала, но ее сердце все еще билось. В больнице они объявили, что у нее умер мозг. Несколько дней спустя мой отец был вынужден принять ужасное решение отключить ее от системы жизнеобеспечения. Хотела бы я, чтобы это была я, а не она?

Каждый чертов день.

— Ты не можешь изменить прошлое, — голос Броуди пугает меня. Я слишком поглощена своими собственными зловещими мыслями, пока режу клубнику.

Налитые кровью голубые глаза Броуди осматривают кафе, словно привыкая к свету. Он что, только что проснулся? Есть ли вообще кровать за узкой зеленой дверью? Возможно, это типичный офис, но шансы невелики, учитывая характер Броуди.

— Прошу прощения? — я спрашиваю, потому что это, должно быть, совпадение. Он, конечно, не может знать, о чем я думала.

— Анализировать прошлое — пустая трата времени и энергии. Попытаться собрать все воедино, оправдать то, что могло бы произойти, когда на самом деле ты ничего не можешь сделать, чтобы повернуть время вспять, — говорит он.

Мой рот приоткрывается. Я не могу говорить, у меня нет слов. Он не умеет читать мысли, напоминаю я себе. Это невозможно, верно?!

— Жизнь в прошлом только портит настоящее, — добавляет он, проводя рукой по своим растрепанным волосам, и я тяжело сглатываю.

— Ты снова читал свой гороскоп? — спрашивает его Миа и качает головой, как будто это не нормально, но я думаю, что для него это нормально. Броуди небрежно пожимает плечами, как будто этого не произошло, и спрашивает Мию, не нужно ли им чего-нибудь в продуктовом магазине.

Я сутулюсь в кабинке напротив Тео и Джоша во время пятнадцатиминутного перерыва, прокручивая в голове слова Броуди. Мои пальцы играют с пластиковой соломинкой на столе. Тео и Джош шепчутся друг с другом и продолжают оглядываться назад.

— Что? — спрашиваю я, проследив за их взглядами. Позади Джоша стоит парень, которого я знаю по некоторым моим занятиям. Его рука лежит на миниатюрной девушке с косичками, и она наклоняется к нему.

— Ничего, — бормочет Джош себе под нос и смотрит на стол. Его губы складываются в линию, и он потирает лоб. Я никогда раньше не видела Джоша таким, почти отчаявшимся.

— У Джоша есть тайный парень, который в настоящее время становится слишком уютным с девушкой, — объясняет Тео, кивая ему за спину и засовывая чипсы в рот, в результате чего Джош пихает его локтем в ребра.

Джош пристально смотрит на Тео. — Он не мой парень. Мы просто встречаемся, когда никого больше нет рядом. Он еще… не определился.

— Итак… тайный парень, — бездумно говорит Тео. Джош, должно быть, пнул Тео под столом, голова Тео поворачивается к Джошу, и он кашляет, — в чем твоя проблема? Я чуть не подавился своей едой.

— И часто это случается? — я спрашиваю Джоша, наклоняя голову в сторону парня. Джош вертит в руках свой стакан, обдумывая свой ответ.

Он смотрит на меня и пожимает плечами. — Уже несколько месяцев.

— Вы говорили с ним об этом?

— Он продолжает говорить, что ему нужно время. Он беспокоится о том, что подумают люди, что подумает его семья… — говорит Джош.

— Тебе действительно стоит подумать о том, чтобы поговорить с ним снова, если это заставляет тебя чувствовать себя так. Возможно, он еще не готов. Ты не можешь ждать его и жертвовать своим собственным счастьем, — говорю я.

— Да, Эванс. Калла права. Я устал видеть тебя расстроенным из-за него, — вмешивается Тео и закидывает руку на плечо Джоша. Джош пожимает плечами, чувствуя себя неловко из-за того, что наше внимание приковано к нему.

Я бросаю взгляд на часы на стене над стойкой. — Извините, ребята, мне нужно возвращаться к работе.

Я направляюсь к стойке в последний час своей смены, продолжая думать о ситуации с Джошем. Смогу ли я быть с кем-то, кто ведет себя со мной определенным образом за закрытыми дверями и совершенно по-другому перед всеми остальными?

Ответ — однозначное «нет», но опять же, все не так просто. Из того, что я могу понять, Джоша всегда принимали в его семье, в его дружеском кругу таким, какой он есть, это привело к тому, что он принял это и был уверен в себе. Многим другим повезло меньше, чем Джошу.

Я заканчиваю свой последний заказ и вытираю стойку. Поворачиваюсь и вижу Эйса, стоящего передо мной, прислонившись боком к стойке. Пять дней прошло с тех пор, как я видела его в последний раз. Ни звонков, ни сообщений. Ничего. Это не удивительно, может быть, только еще одно разочарование. Хотя у меня было предчувствие, что в конце концов все вернется к этому, я не думала, что это произойдет так скоро и из ниоткуда. Я могла бы спросить Зака или Лив, где Эйс, но я этого не делаю. Если бы он хотел, чтобы я знала, он бы мне сказал.

— Калла, — протягивает он в качестве приветствия.

Я не хочу испытывать это чувство, которое охватывает меня каждый раз, когда мы видим друг друга. Слабость, которая разливается по моим венам каждый раз, когда я слышу его голос. Странно и тревожно, что у меня такая реакция на парня, который так недавно вошел в мою жизнь.

— Ты вернулся, — говорю я, стараясь, чтобы мой голос звучал нейтрально.

— Это не та реакция, на которую я надеялся, — его рот растягивается в бесхитростной мальчишеской ухмылке, когда он продолжает пронзать меня своим пристальным взглядом.

— Как и твое высокомерие, — отмечаю я, не поддаваясь его чарам.

— А что было бы веселого без этого? — спрашивает он, сохраняя то же выражение лица.

Эйс отлично справляется с маскировкой своих искренних чувств. Он скорее пошутит, чем признается, что его что-то беспокоит. То, что он впустил меня в то, что у него уже есть, должно быть, имеет для него большое значение. Но для меня это не то же самое. Я никогда ни с кем не говорила о своем прошлом, о своей матери, о своих чувствах. Не так много, как я общалась с Эйсом за последний месяц.