Чтение онлайн

Девушка замолкает и старается сильно не всхлипывать, но на вдохе захлёбывается и её потряхивает от слёз.

— Тебе не за что извиняться, — аккуратно подсаживаюсь к ней на подлокотник кресла и осторожно поглаживаю по плечу. — Я тоже виновата. Поверила не ему. Не поговорила. Просто сбежала. Ты умнее меня. Даже приехала сюда, — грустно вздыхаю.

— Если бы… Меня бабушка в Россию отправила, — она наклоняется и утыкается мне в живот, словно котёнок, которого слишком долго не гладили и теперь он хочет наверстать упущенное, и я просто глажу её по волосам. — Сначала долго и нудно объясняла, что никто меня не разлюбил. Потом ругала за то, что я эгоистка. А перед вылетом сказала, что и на порог не пустит, пока с тобой не поговорю.

— А как она узнает? — Удивляюсь такому простодушию.

— О-о-о, это же бабуля. Она всё знает. Даже то, как папе сейчас плохо без тебя. Я же выросла, у меня скоро будет своя семья. Ну, так ба говорит. А он останется один. И пусть я непутёвая дочь, опять цитата от бабули, но хочу, чтобы он был счастлив. Пусть с тобой. Судя по его рассказам, ты не плохая, — она смотрит на меня снизу вверх.

— Девочка, ты наша. Маленькая. Хорошая, — мы обе переводим взгляд на мою маму, которая вошла в комнату. — Натерпелась, — она садится на другой подлокотник и перетягивает девушку на себя, обнимает её. Эм. Что? А меня пожалеть? Смотрю на свою родительницу, а она на меня. — Правильно твоя бабушка говорит, — обращается она вновь к Лоре. — Это разная любовь и её делить нельзя. Просто невозможно. То же самое, что выбирать без какого пальца ты хочешь остаться. Любой отрежь — больно. Каждый для тебя важен. Вот и папе твоему не легко. Слишком сложный выбор ты заставляешь его делать.

— Зна-а-а-аю-у, — девочка уже не просто плачет, а рыдает.

— Принеси ей воды, — тихо просит мама.

Приношу стакан с водой. Лора пьёт мелкими глотками и через некоторое время всхлипы угасают.

— Так ты поедешь к нему? — Смотрит она на меня с надеждой.

— Понимаешь…

— Собирайся, — приказывает мама. Что? — Думаешь не слышу, как ночами воешь? Думаешь так просто забудешь его?

— Мама и Лора, — стараюсь чётко проговаривать, но эмоции зашкаливают. — Я не могу вот так просто к нему явиться и сказать: «Прости, я была не права».

— Можешь, — хоровое пение двух женщин, что сидят напротив меня, пугает.

— Машина ещё стоит у дома. Я не отпустила такси, — тихо признаётся девушка и прячет взгляд.

— Но…

— Хорошо. Не езди, — снова перебивает мама. — Найдешь себе нового мудака, как Андрей, потом пострадаешь, а ещё лучше оставайся одна и весь остаток жизни вспоминай своего Алекса и кляни себя за то, что сегодня не поехала.

Признаться честно, от представленной картинки меня передёргивает. Умеет мама убеждать. Встаю и иду в нашу с девочками комнату. Пока роюсь в вещах ко мне сзади подкрадывается Лора.

— Вот это надень, — тянет она комплект черного кружевного белья. — Чулки есть? — Деловой тон обескураживает.

— Да, — и где остались слёзы? Только глазки поблёскивают хитрецой. Нет. Я не сомневаюсь в её чувствах к отцу, только вот маленькая хитруля задумала нечестную игру.

— Значит надеваешь ещё чулки и плащик. Он оценит. Можно прямо с порога плащ снять, — смотрю на неё и не могу понять откуда такие познания. — Что? Тут и дураку понятно, что без этого не обойдется. А бабуля всегда говорит, что мужа и жену крепче всего мирит постель.

— А ты? Ты разве не со мной? — Мы обе виноваты, обе и должны с ним поговорить.

— Неа, мне тётя Аня разрешила тут остаться. Пирожками пообещала накормить. Эрик уже в курсе. Он сказал, что завтра вечером заберёт. Не смотри так на меня. Я там лишняя, только мешаться вам буду. А тут, с девочками познакомлюсь и с новым дедушкой, — расплывается Лора в улыбке.

— Меня не покидают смутные сомнения…

— Да знаю, знаю, — усаживается она на кровать. — Я бываю несносная. Зато искренняя, но плакать за этот месяц устала. И действительно поняла, что ты для него важнее тех, остальных. Там он не сомневался в выборе. Тут же, мы обе остались ни с чем. И пусть ба меня отругала, но зато я поняла, что нам не надо его делить. Он просто наш. И смотреть, как он подыхает там, в одиночестве, я не собираюсь. Ты нужна ему, а сам он больше не придёт. Уж я-то знаю. У меня его характер. Вижу цель, не вижу препятствий. Добиваемся своего любыми путями, но и точка предела тоже имеется. Когда понимаем, что всё бесполезно, мы просто переключаемся. Как бы ни было больно, он сам больше не придёт.

Столько горечи в её словах. Оборачиваюсь на Лору. Она снова смотрит в даль через окно. Ей сейчас тоже не сладко.

— Готова, — произношу и сама не верю в то, что собираюсь ехать к Алексу.

У выхода встречаю девочек и папу.

— Мама, мы поймали огромного карррася, — кричит Настя.

— А есё катаись на ётке, — младшую тоже переполняют эмоции.

Дети дружно рассказывают свои приключения. Перебивают друг друга и голосят со страшной силой.

— Ой, а это кто, — замечает Настя Лору.

— Надеюсь, твоя старшая сестра, — выходит девушка из-за моей спины. — Так вот из-за кого мой папа не смог улететь, — улыбается она девочкам. — Я тооже рисовала у него в паспорте, — понижает она голос до шёпота. — Я сейчас вернусь. И мы будем с вами нормально знакомиться.

Лора протискивается в двери и сталкивается нос к носу с папой.

— Здравствуйте девушка, — строгим голосом произносит папа и подозрительно косится на Лору.

— Здравствуйте, дедушка. Я сейчас отправлю Ясмину мириться с моим папой и вернусь. Мы и познакомимся, и поговорим, и я, наконец-то, пирогов поем.

Нельзя сказать, что папа в шоке. Он провожает взглядом девушку. Смотрит на меня. Кивает чему-то в своей голове.

— Аня, ты мне тыщу проиграла! — Орёт так, чтобы даже в самом дальнем углу его услышали.

— Хоть две, всё равно бюджет общий, — появляется мама позади меня и суёт в руки пакет. Прекрасно. Они ещё и ставки делали. Хочется уткнуться в стенку и постучаться об неё лбом.

Смотрю на пакет. Пироги. Соглашаюсь с мудрой женщиной, которая постоянно твердит, что голодный мужчина — злой мужчина, и укладываю пакет к себе в рукзачок.

— Девочки, переодевайтесь, руки мойте и за стол. Будем с девочкой знакомиться. Она сегодня ночует у нас. Еле уговорила остаться, — расплывается мама в улыбке. — А ты чего стоишь? Тебя машина ждёт.

Подчиняюсь. Целую девчулек и выхожу на улицу. Открываю ворота, а там… Лора стоит в объятиях Эрика. Такси? Вот же врушка!

— Кого-то папа не погладит по голове, скорее по попе, — подмечаю я, а они даже не думают разлепляться. Лора целует Эрика в губы, обнимает и отходит ко мне. В руках у неё объёмная сумочка.

— Купила девочкам кукол. Полдня в магазине игрушек проторчала. Замучала консультантов и отвела душеньку. Когда я ещё смогу вот так запросто купить три куклы, — она же ещё ребёнок. Как Эрик посмел? — Только не говори ему. Я сама потом расскажу, — моментально понимает моё пыхтение и делает виноватое личико, хотя вины за собой совершенно не ощущает.

— Напомни, сколько тебе лет? — Смотрю по очереди на неё и на мужчину.

— Восемнадцать, — грустно вздыхает девушка.

— Ладно. Это ваше дело, не моё, но потом ты мне всё расскажешь — соглашаюсь поддержать их авантюру.