Чтение онлайн

– А у членов Совета? – Линн улыбнулась.

Учёный открыл было рот, но вдруг нахмурился, словно вспомнил что-то важное, и промолчал. За него ответила Руби:

– Нет, у них «уникальный» уровень. Мы не берём в расчёт советников, они вне пределов чьего-либо доступа, – девушка развела руками.

– Понятно, извините, – Линн почувствовала неловкость из-за своего любопытства.

Чтобы сгладить появившуюся напряжённость, Джош предложил:

– Может, приступим? Внесём вас в базу?

– Да, давайте, – она ухватилась за предложение как за соломинку.

Шейла подумала, как точно Руби и Джош почувствовали перемену в настроении своего загадочного коллеги и сгладили острые углы в его поведении, вежливом и интеллигентном, но отстранённом.

Киан ушёл с Руби, Линн – с Джошем. Чего-то подобного она и ждала: ребята совпали настроем и чувствовали себя на одной волне. А ей – трезвой голове – «достался» мрачный и молчаливый Алистер. Он легко впадал в задумчивость, тем самым напрочь выпадая из реальности. Оставшись с ним наедине, девушка растерялась. Но особых причин для беспокойства не было – они уйдут, как только получат «особый» уровень.

Мужчина кивнул ей и направился к своему месту. Шейла приняла это за приглашение и последовала за ним. Учёный сел в кресло и уткнулся в компьютер. Пальцы запорхали по обеим клавиатурам: обычной и виртуальной, появившейся в воздухе сиреневой дымкой. Пока он запускал систему, девушка решила оглядеться.

В сравнении с педантичным порядком её рабочей обители, по кабинету Алистера будто прокатились всё глобальные катастрофы сразу. Ворох бумаг, книги, журналы, старые номера «Вестника Ноэтика» и прочая макулатура заживо похоронили стол. И это притом, что век бумаги прошёл: вся информация имелась онлайн, документы давно оцифровали, печатные книги больше не издавались. Различное оборудование, провода и лабораторная посуда занимали добрую половину комнаты. Платяной шкаф был приоткрыт, демонстрируя кожаную куртку, запасной халат и спецкостюм.

Но чего Шейла не ожидала увидеть – это комнатные растения: одно, с острыми мелкими листьями, стояло на подоконнике, второе длинными ажурными кисточками тянулось к полу со стены. Бабушка рассказывала, как по весне сажала цветы, но родители никогда не интересовались садоводством и не привили такой любви дочери. Глобальное похолодание убило все растения, сейчас в основном выращивали только прихотливые экземпляры в оранжереях и продавали за бешеные деньги. Редкие коллекционеры могли позволить себе горшечные растения.

Над столом висели две доски: обычная и самопишущая, пометки на которой можно было формировать напрямую из мыслей. Обе исписанные вдоль и поперек формулами, графиками, схемами и круглыми буквами неразборчивого почерка.

По предметам интерьера Шейла выискивала дьявола в мелочах, пытаясь разгадать человека, сидящего за компьютерной консолью. Девушку удивляло, как в нём уживаются аккуратность и безалаберность, склонность к систематизированию и задумчивость. Но в его импровизированном кабинете она чувствовала себя уютно.

– Шейла, назови свой регистрационный номер, – наконец окликнул её Алистер.

– Триста пятьдесят «S», девяносто «R», семьсот семьдесят «XX».

– Теперь табельный.

– Тридцать семь, пятнадцать, два ноля.

Он и дальше задавал вопросы, заполняя информационные ячейки базы данных, а она стояла рядом и выдавала сведения о себе быстро и чётко.

– Готово, – финальный щелчок «Enter» закончил процедуру. Надпись: «Успешно выполнено» медленно вылезла из 3D-монитора. Алистер смахнул её и обернулся.

Девушка не заметила, когда он снова надел очки. Наверное, пока она осматривалась. В последнее время она всё реже видела, чтобы кто-то их носил, предпочитая линзы с усовершенствованиями или коррекцию. Люди прошлого века носили очки, чтобы придать себе умный вид. Но Алистер, по её мнению, в этом не нуждался. Может, у него страх лазера или аллергия на линзы? Или просто любовь к «олд скулу» и вышедшим из моды аксессуарам? Мотивов учёного Шейла не знала, а выспрашивать посчитала невежливым. В любом случае, это не её дело.

Зелёные глаза смотрели изучающе, и девушке захотелось узнать, что он думает о ней. Потому что по бесстрастному выражению лица невозможно было догадаться о мыслях мужчины. Алистер крутанулся на стуле и поднялся. Теперь она смотрела на него снизу вверх – он был как минимум на голову выше. Очки снова оказались в кармане халата.

– Спасибо. Я должна что-то почувствовать? – Шейла коснулась рукой головы.

– Нет, – ответил он и направился в рабочую зону.

Они расправились с заданием первыми – Руби и Джошу понадобилось ещё некоторое время. Но вскоре и те подтянулись.

– Так, и что теперь? – не удержалась от вопроса Линн.

– Не знаю, – пожала плечами Руби. – Дальнейших инструкций нет. Мы выполнили, что требовалось – активировали вам тот же уровень, что и себе.

– Тогда, наверное, не будем злоупотреблять вашим гостеприимством, – склонил голову Киан. – Вернёмся к себе и узнаем у шефа, что дальше. Спасибо большое!

– Приятно было познакомиться! – разулыбался Джош.

Тут входные двери разъехались, и в помещение с важным видом вошла темноволосая женщина со шрамом на щеке.

– Не так быстро, – сказала она строго и обвела всех холодным взглядом.

Эффект неожиданности Хелен Мейсон удался – подчинённые тоже не ожидали её увидеть. Однако изумление сменилось ошеломлением, когда следом вошёл среднего роста лысый мужчина в светло-сером костюме. Тёмные проницательные глаза живо охватили обстановку. Все забыли про мыслесообщения – молчание было красноречивее: начальники обеих групп лично явились в лабораторию.

– З-здравствуйте, доктор Мейсон! Профессор Бёрн! – первой подала голос Руби, а затем и остальные по очереди поприветствовали шефов.

– Хелен, ты рассчитала точно, – Эш обратился к женщине.

– Специально подгадала, – та передёрнула плечом. – Процедура активации длится недолго. Как всё прошло? – спросила она своих.

– Успешно, – отозвался Джош.

– Прекрасно. Тогда сейчас вы получите дальнейшие инструкции, – Бёрн встал рядом с Хелен. – Вы уже, наверное, успели познакомиться?

Молодые люди кивнули.

– Это хорошо, потому что теперь вам придётся работать вместе, – сообщил он.

Все удивлённо переглянулись, переваривая сказанное. Если бы сейчас на небе засияло солнце, это изумило их меньше.