Чтение онлайн

Надо ли много вещать о том, как любим мы сегодня мчаться по жизни? Надо ли долго рассуждать о нашем неумении сосредотачиваться даже на чем-то важном для нашей жизни? Ну и надо ли, в связи со всем этим, долго доказывать, что страдать по поводу своего греха важней и, может быть, даже целительней, чем просто попросить прощения?

Покаяние требует сосредоточенности на том не благом поступке, который вы совершили.

Сосредоточенности... То есть времени, отключения от иных проблем и дел... Это трудно. Страдать – вообще противоестественно, а потому – нелегко.

И вот уже на смену покаянию сегодня все чаще приходит самобичевание.

Самобичевание – это, если можно так выразиться, покаяние без разума, а значит – без страданий.

Я не верю людям, которые любят заниматься самобичеванием. На свете нет ничего более простого, нежели ругать самого себя. Если человек занимается самобичеванием публично, он, как правило, стремится к тому, чтобы его критические суждения о самом себе опровергли. Если же человек занимается самобичеванием наедине с самим собой – это, чаще всего, означает, что он не хочет переделываться и упивается собственной греховностью, нередко называя ее самобытностью.

Ругать самого себя гораздо проще, чем страдать по поводу собственной греховности или стараться самого себя переделать.

Почему, когда человек страдает по поводу совершенного греха, ему необходим нравственный авторитет, с которым можно поделиться своим страданием?

Покаяние – это облегчение участи человека, а не «утяжеление» ее.

Желание каяться рождается тогда, когда уже нет никаких сил бороться с собственным грехом, поэтому и появляется необходимость поделиться. Поскольку мы договорились о том, что грех – это нарушение собственного нравственного закона, то каяться нужно перед теми людьми, которые являются для нас нравственным авторитетом.

И снова возникает тот же вопрос: если есть Бог, значит, есть безусловный Нравственный Авторитет, для чего же тогда искать людей?

Безусловно, покаяние перед Господом – единственное подлинное покаяние. Но живем мы в мире реальном, от идеального весьма и весьма далеком.

Если бы люди Божьего Суда боялись больше, чем суда людского, мы жили бы совсем в ином, куда более гармоничном мире.

Но это, увы, совсем не так. Поэтому большинству из нас столь важно, чтобы был человек – свидетель нашего покаяния. Такой свидетель убережет нас от повторения ошибки.

Ведь покаяние – это некая нравственная гарантия того, что мы не повторим грех.

Стоит ли рассуждать о том, что абсолютной гарантии быть не может?

Но в принципе, говорить хоть о какой-то уверенности в том, что мы не повторим предыдущих ошибок, можно только при следующих условиях:

– если покаяние – не просто «прошение о помиловании», а подлинное страдание;

– если покаяние – единственная возможность эти страдания излечить;

– если у покаяния нет никакой практической цели: человек кается не для того, чтобы получить некий практический результат, а потому, что не может продолжать жить без покаяния: грех разрывает его;

– если есть свидетель нашего покаяния. В идеальном случае – это Бог, в любом случае – это нравственный авторитет.

И последнее. Почему мы сказали о том, что человек, не знающий покаяния, имеет явные признаки идиотизма?

Во-первых, потому, что такой человек вовсе не думает о своей душе, то есть не занимается ее лечением.

Человек, никогда не знавший покаяния, подобен тому, кто серьезно болен, но не обращается к врачу, надеясь на чудо.

А во-вторых, потому, что такой человек будет регулярно повторять одни и те же ошибки. И даже если, предположим, он не верит ни в Бога, ни в душу, жизнь его будет чрезвычайно сложна.

Человек, никогда не знавший покаяния, подобен тому, кто постоянно с первозданным удивлением наступает на одни и те лее грабли.

См. «Вред».

Понимание – это умение взглянуть на мир глазами другого человека.

Если представить себе, что у нас вдруг исчезло это умение, то постепенно из нашей жизни, а затем и из нашего лексикона исчезли бы такие слова, как «любовь», «общение», «дружба», «воспитание», «совместная деятельность»... Короче, все те понятия, которые строятся на взаимоотношениях двух и более людей.

Известна поговорка: «Понять, значит простить». Что это значит? Посмотреть на проблему глазами другого человека и осознать, почему она решилась так, а не иначе.

Понимание в любви невозможно, если мужчина хотя бы время от времени не умеет посмотреть на мир глазами женщины, а женщина – глазами мужчины. Невозможно воспитывать ребенка, если хотя бы иногда не вставать на его позицию.

Если это умение столь необходимо для жизни, то можно ли ему научиться?

Самое интересное, на мой взгляд, что учиться этому умению нет необходимости, – это Дар, данный нам от Бога. (Или от природы, как кому больше нравится.)

Непонимание чаще всего происходит не оттого, что мы не умеем взглянуть на ситуацию глазами другого, а потому, что не хотим этого делать.

Не хотим – иногда по лени, иногда – из принципа, иногда – из гордыни, а подчас – по совершенно непонятной причине.

Если вы общаетесь с человеком, стоя на позиции: «Истина находится там, где я, и больше нигде», – достичь понимания невозможно.

Чтобы понять другого, нужно, в сущности, немного: захотеть его понять.

Если вы хотите, чтобы вас поняли, нужно постараться убедить в этом другого.

Итак, понимание другого человека – это Дар. Как всяким подарком им, конечно, можно пренебречь. Но в этом случае вы гарантированно получите одинокую жизнь.

См. «Слава».

См. «Победа».

См. «Честь».

Есть известный анекдот, похожий на притчу. У девушки спрашивают: «Вы пьете?» Она отвечает: «Нет». «Курите?» «Нет». «Любите, чтобы вокруг было много мужчин?» «Нет». «Наркотики?» «Нет». «Тогда уж – шопинг?» «Терпеть не могу!» «А как же вы расслабляетесь?» «А я не напрягаюсь».