Чтение онлайн

– Похожа на маленькую девочку с третьим размером груди, – заканчиваю за него, смеясь ему в ответ.

– Ну да, и это тоже, – ухмыляется, продолжая нагло изучать мою грудь. Забирает из рук бутылку, отпивает немного. – И ты съела мою последнюю конфету.

– Еще не съела, могу поделиться,– открываю рот, показывая ему леденец. Дан подается вперед, наклоняется ко мне.

– Ну поделись, – говорит он, прикасаясь к моим губам, обжигая своим дыханием. Губами вкладываю ему в губы конфету.

– Спасибо, Дюймовочка, – наигранно благодарит он, не отстраняясь от меня, продолжая дышать мне в губы. Слышу хрустящий звук. Дан съедает конфету, обхватывает мой затылок, сильной рукой тянет на себя, слегка касаясь моих губ. Смотрит в глаза. Его серые глаза приобретают оттенок стали. Облизываю губы, слегка задевая его. Мы оба понимаем, что сейчас будет. Закрываю глаза, его рот обрушивается на меня жадно, неистово целуя. Хватаю его за свитер, еще ближе тяну на себя. Дан рычит мне в губы, отстраняется, откидывается на сидение, нажимает на кнопку, отодвигается назад.

– Иди сюда, – берет меня за руки, тянет на себя, вынуждая сесть на него. Проводит руками по моему телу вниз, путается в пышной юбке моего свадебного платья, задирает его, одновременно продолжая поглощать мои губы. Целует жадно, как будто я – последний глоток воздуха, терзая мои губы, не дает отстраниться, не позволяет вдохнуть. Заставляет дышать им. Обхватываю руками его шею, впиваюсь в нее ногтями, царапаю его кожу. В машине тесно, но нам обоим уже плевать на это. Дан, наконец-то, справляется с моей юбкой, хватает за бедра, впиваясь в них пальцами, теснее тянет на себя, чтобы я почувствовала его твердый член. Начинаю медленно двигаться, трусь о грубую ткань джинс. Во мне зарождается пламя. Пламя, которое в состоянии погасить только он. Испытываю бешеное желание. Хочу его немедленно, не могу ждать ни секунды. Ураган эмоций напрочь сносит крышу нам обоим, унося за пределы этой машины. Сейчас для меня ничего не имеет значения, только он. Последние капли моего рассудка кричали мне остановиться, спрашивали меня, что я делаю? Говорили мне, что для Дана это просто очередной трах на одну ночь, что дальше ничего не будет. Но рука Дана, которая резко натягивает мои трусики, дергает и разрывает шелковую ткань, заставляет мой рассудок замолчать, заменяя его другими дикими эмоциями. Дан откидывает остатки моих трусиков в сторону, хватает за задницу, сжимает сильно, до боли, заставляя меня протяжно вскрикнуть ему в губы. Прикусываю его нижнюю губу почти до крови, мщу за его сильный захват бедер. Дан усмехается в губы, отпуская мои бедра. Хватает меня за корсаж платья, резко тянет его вниз, оголяя мою грудь, секунды просто смотрит на нее, прикусывая губы.

– У тебя охренительная грудь, детка, – смотрит на меня взглядом дьявола, которому я готова продать душу. Дан обрушивает рот на мою грудь, соски, которые мгновенно становятся каменными только от одного прикосновение его языка. Голова кружится, в глазах темнеет от дикого наслаждения, которое доставляет он своим губами. Кусает за сосок, затягивает его в рот, проделывает тоже самое с другой грудью. Хватаю его за короткие светлые волосы, тяну на себя. Издаю громкий стон, запрокидывая голову, его руки сжимают мою грудь. Меня начинает трясти от безумного желания. Боже, это просто какое-то безумие, в котором мы тонем. Дан часто, сквозь зубы дышит, он тоже безумно меня хочет, не понимаю, почему он медлит. Хватаю его за свитер, тяну наверх, снимая его. Провожу ногтями по его идеальной накаченной груди, слегка царапая. Замечаю на его предплечьях черные татуировки. Его рот уже нежно ласкает мою грудь, всасывая, доводя меня да безумия. Глубоко дышу, выдыхая его имя.

– Даааан, возьми меня немедленно! – не выдерживаю, кричу. Специально ерзаю на его твердом возбужденном члене уже давно увлажненной киской. Дан шире раздвигает мои ноги, собирает мешающую ему пышную юбку. Запускает пальцы в мою киску, поглаживает, собирает влагу. Подносит влажные пальцы к моим губам, заставляет облизать их. Жадно обхватываю его пальцы, всасываю их, чувствуя вкус собственного возбуждения. Меня уже трясет.

– Дааан, – протяжно стону. – ДАН.

– Что, Дюймовочка? Что ты хочешь? – спрашивает меня хриплым голосом. Хватаю его за запястья, тяну к своему лону, заставляя прикоснуться. Резкий толчок и его пальцы во мне. Вскрикиваю, впиваясь ногтями в его мышцы на плечах. Дан ловит мои губы, поглощает мои стоны. Медленно двигает пальцами, растягивая меня, слегка задевая большим пальцем возбужденный клитор. Начинаю двигаться сама, резче насаживаясь на его пальцы.

– О Боже, Дан! ПОЖАЛУЙСТА.

– Что, пожалуйста? – черт, он из тех, кто любит, чтобы его просили. И я прошу.

– Возьми меня, пожалуйста. Сейчас. Трахни меня! – кричу ему в ответ. Дан ухмыляется, наслаждаясь своим триумфом. Останавливается. Слегка меня приподнимает, расстегивает джинсы, спускает их вместе с боксерами. Ловлю руками его твердый большой налитый член, глажу по всей длине, задеваю большим пальцем головку, распределяя выступившую на ней капельку влаги.

– Стой! – командует он. Отшвыривает мои руки. Чуть приподнимает меня за бедра и резко насаживает на себя, глубоко, до самого конца, растягивая, наполняя меня. Мощная волна жара проносится по моему телу, неся за собой капельки пота. Мы замираем. Смотрим друг другу в глаза. Я вижу, как напряжены его скулы. Как горят серые глаза.

– Ведьма, – сквозь зубы выдает он. Хватает за бедра, начиная грубо трахать резкими толчками, вызывая во мне дикие стоны наслаждения. Ловлю его ритм, поддаюсь ему, двигаясь с ним в унисон. Вонзаю ногти в его плечи, расцарапывая их. Дан рычит, еще сильнее вонзая пальцы в мои бедра. Его толчки беспощадны, я сверху, я двигаюсь, но это он трахает меня, ни на секунду не теряя контроля. Я уже на грани, лечу в пропасть, еще чуть-чуть и я через нее перешагну. Чувствую, как его большой член подрагивает внутри меня. Дан хватает меня за волосы, впивается в мои губы, но не целует их, кусает, причиняя боль, как будто за что-то наказывая меня, что-то доказывая. Кричу ему в рот, когда его толчки становятся еще жестче, грубее. Мышцы лона сжимают его член, первые судороги оргазма проносятся по моему телу. Утыкаюсь носом в его шею, прикусываю кожу. Кончаю, уносясь куда-то вдаль, теряя связь с реальностью. Дан делает еще несколько грубых толчков, останавливается, резко выходит из меня, сжимает член в руках, обильно кончая на мое платье. Отпускает мои бедра, на которых наверняка останутся синяки. Проводит пальцами по моим губам, щекам, шее, долго смотрит в глаза.

– Ты – ведьма, Дюймовочка, – кажется, он вкладывает в эти слова какой-то неведомый мне смысл. Он еще не отдышался, его дыхание тяжелое. Дан продолжает поглаживать мою шею, останавливается на сонной артерии, прижимает к ней пальцы, прощупывая мой бешеный пульс. Я вижу какую-то перемену в его взгляде, но никак не могу распознать ее. Он закрывает глаза, трясет головой, словно хочет стряхнуть с себя что-то. Открывает глаза, теперь в его взгляде нет ничего, в них пустота. На лице ни одной эмоции. Смотрит на обильные белые капли на моем персиковом платье, нагло ухмыляется. Его реакция отрезвляет меня, заставляя чувствовать себя грязной шлюхой.

– Ты специально это сделал? Ты специально кончил мне на платье? – и мне уже не нужен ответ, его самодовольное лицо и наглая ухмылка говорят, что я права.

– Нет, Дюймовочка, я импровизировал, – насмешливо кидает мне в ответ. Становится мерзко, противно. От него, от себя. Мои эмоции меняются мгновенно, переходя от бешеной эйфории в чувство отвращения. Чувствую себя грязной, разбитой, униженной. Смотрю на Дана, и с ужасом понимаю, что ему все это нравится, он этого и добивался, его радует моя реакция. Дан ерзает, натягивает джинсы, застегивает ширинку. А я не могу пошевелиться от осознания произошедшего.

– Что, Дюймовочка, чувствуешь себя грязной шлюхой? – улыбается гадкой улыбкой, сверкая белоснежными зубами, которые хочется выбить. – Тебе противно и мерзко? Обвиняешь во всем меня? – ничего не отвечаю, сглатываю. Он прекрасно распознает все мои чувства и эмоции.

– Но вот только это ты прыгнула ко мне машину, бросая своего женишка перед алтарем. И не ты ли недавно требовала тебя трахнуть? – мне становится еще противнее, даже начинает тошнить от самой себя. Потому что этот гад прав, все так и есть.

– Да пошел ты! – может я и сама во всем виновата, но он тоже не святая невинность. Это он посеял сомнения в моей голове. Он все спланировал. И, черт его дери, он знал, что я поведусь. Натягиваю платье, дергаюсь, пытаясь встать с него. Открываю двери машины, спотыкаясь, путаясь в своей юбке, выхожу на улицу, на мороз. Иду по загородной трассе. Мои туфли на шпильке не предназначены для прогулок по снегу и льду, мороз сковывает тело. Слышу, как позади меня заводится машина. Дан медленно едет за мной, не реагирую, иду в перед. Ненавижу его и себя в этот момент. Мимо пролетают машины, поднимаю руку, пытаясь поймать хоть одну. Мне нужно домой, пока я окончательно не замерзла. Но никто не останавливается, все машины пролетают мимо. Да и кто может остановиться, когда этот мудак едет за мной. Поскальзываюсь на ледяной обочине, теряю равновесие, падаю в снег. Твою мать, только этого мне не хватало! Дан останавливается возле меня. Поднимаюсь, меня охватывает злость. Сжимаю кулаки, я уже почти не чувствую своего тела из за мороза.