Чтение онлайн

Велвет не могла вспомнить, когда она так от души веселилась. Правда, она и Алекс по-прежнему ссорились по любому мельчайшему поводу, но иногда ей в голову приходила мысль, что их ссоры - повод для последующего примирения, заканчивающегося так страстно. Да, она была очень счастлива и совсем не готова к неожиданному приезду ее брата Мурроу О'Флахерти. Мурроу - второй сын Скай О'Малли и больше всех походил на нее, так как любил не только свою жену и детей, но и приключения. Некоторое время он состоял при дворе Тюдоров в качестве пажа Джеральдины Фитц-Джеральд Клинтон, графини Линкольнской. Устав от нее и поняв, что без своей земли или какого-нибудь титула при дворе ничего не добьешься, он упросил свою мать послать его в Оксфорд, прилежно учился сначала там, а потом в Париже, где тогда жили его мать и отец. Скай очень удивилась, когда он вдруг выразил намерение отправиться в море. Находясь под командой лучших капитанов своей матери, он проявил поистине материнские таланты в мореходстве. К тому времени, когда Мурроу исполнилось двадцать пять, у него уже был под командой свой корабль и он прославился как один из самых доверенных капитанов Скай и Робби Смолла.

– Из всех, кого вы нарожали, Скай, он единственный истинный О'Малли, сказал ей как-то старый Мак-Гвайр, старший из ее капитанов.

Корабль Мурроу был одним из восьми, которые ушли вместе со Скай и Адамом в их последнее плавание к берегам Индии. И вдруг неожиданно он вернулся, придя не в порт приписки Плимут, а войдя вверх по Темзе прямо в Лондонскую гавань. По счастью, один из людей графа Линмутского оказался в этот день в доках в поисках апельсинов для Эйнджел, которая в последнее время просто не могла без них обходиться. Узнав "Морского сокола" и его хозяина, человек графа заговорил с Мурроу:

– Добро пожаловать домой, капитан! Граф в Лондоне. Живет в своем доме вместе с леди и лордом Альсестерскими, леди Велвет и ее молодым мужем, шотландцем. Сказать графу, что вы зайдете?

Сознание Мурроу выхватило из всего сказанного только то, что Робин и две его сестры здесь.

– У тебя есть лошадь, парень?
– спросил он у слуги.

– Да, капитан. Вон там. Гнедая, под седлом с гербом Линмута.

– Я возьму ее на время, - сказал Мурроу и, не дожидаясь ответа, поспешил к лошади, вскочил в седло и быстро ускакал.

Отъехав достаточно далеко, он понял, что ему сказал слуга: "Леди Велвет и ее молодой муж, шотландец". Велвет вышла замуж? Когда же она успела, и что скажут ее родители, когда вернутся? Он гнал лошадь вдоль реки. В этот ранний час народу на улицах было еще мало. День выдался сырой и промозглый. Наконец вдали показался Линмут-Хаус, и он едва расслышал приветствие сторожа у ворот, проскакав галопом мимо него и дальше по подъездной аллее.

– Добро пожаловать домой, капитан, - приветствовал его мажордом, поспешивший ему навстречу, когда он вошел в дом.
– Его милость еще не вставал, но я передам ему, что вы прибыли.

– Не беспокойся, - быстро ответил Мурроу, взбегая по лестнице, - я знаю, как пройти в покои Робина.

– Но, капитан...
– Голос мажордома замер, когда Мурроу исчез наверху лестницы.

– Капитан О'Флахерти!
– Камердинер Робина коротко поклонился, когда Мурроу переступил порог графских апартаментов.
– Добро пожаловать домой, сэр.

– Спасибо, Кипп. Его милость еще в постели?

– Да, сэр. Он лег довольно поздно.

Мурроу только ухмыльнулся и положил руку на дверь спальни.

– Капитан!
– Кипп выглядел смущенным.
– Его милость не один.

На лице Мурроу мелькнула улыбка.

– Надеюсь, что нет, Кипп.
– Он распахнул дверь и, ступив внутрь, позвал:

– Робин, ты, лежебока! Вставай-ка, да давай посмотрим на красотку, с которой ты развлекался ночью.
– Подойдя к кровати, Мурроу откинул одеяло.

С ревом граф Линмутский соскочил с постели. Эйнджел громко взвизгнула и попыталась натянуть на себя одеяло. Испуганный взгляд Мурроу в один момент схватил и ее интересное положение, и обручальное кольцо на пальце, и ее красоту.

Но тут брат сшиб его с ног.

– О!
– простонал Мурроу, потирая ушибленную челюсть.
– Так-то ты встречаешь меня, ты, молокосос?

Робин был уже на ногах и с удивлением смотрел на плотного волосатого человека, стоявшего перед ним.

– Мурроу? Это ты? Боже, ну ты нас и напугал!

– А ты думал, это ее муж?
– сдавленно хихикнул Мурроу.

– Я ее муж, ты, похотливый старый морской волк!
– Граф рассмеялся.
– Тебя слишком долго не было, братец. Нас обвенчал прошлым августом капеллан королевы в присутствии ее величества. Это моя жена Эйнджел.

У Мурроу О'Флахерти хватило сообразительности прикинуться смущенным, он даже покраснел.

– Мадам, - начал он, - должен попросить у вас прощения.

Прелестное лицо Эйнджел было серьезным.

– Не знаю, смогу ли когда-нибудь простить вас, сэр, - сказала она, но ее глаза лучились весельем, и, не в состоянии больше сдерживаться, она лукаво рассмеялась. Мрачное выражение на лице Мурроу опять сменилось на веселое.
– О Господи, мне, пожалуй, стоит поговорить с вами попозже наедине. Расскажете мне кое-что о похождениях моего супруга, когда он был еще холост. Добро пожаловать домой, Мурроу О'Флахерти! Ваши сестры много рассказывали мне о вас, но теперь я вижу, что они не знают и половины.

Мурроу рассмеялся:

– Нет, мадам, конечно же, они не знают! А моя жена и подавно! Когда ожидается ребеночек, вижу, мой брат выполнил свой долг?

– В мае, - ответила она, и Мурроу высоко поднял брови.

– Ты не терял времени даром, а, Роб?

– А зачем?
– смеясь, ответил Робин, после чего посерьезнел.
– Мурроу, что ты делаешь дома? Мать и Адам вернулись с тобой?

– Нет, Роб, именно поэтому я первым делом поспешил найти тебя, узнав, что ты в Лондоне. Сначала я собирался отправиться прямиком к королеве, но теперь, подумав, решил, что прежде нам надо вдвоем обсудить предстоящий разговор с ее величеством. Мать и Адам арестованы в Бомбее португальским вице-королем. Они пока живы только потому, что обещали заплатить португальцам богатый выкуп. Мать устроила громкий скандал на том основании, что она и Адам принадлежат к святой католической церкви. Она объявила, что наш дядя Майкл О'Малли станет чуть ли не следующим папой римским. Вице-короля окружают иезуиты, а они умны и хорошие политики, чтобы задевать иерархов церкви. Кроме того, они получат приличную часть выкупа за свою миссионерскую работу в Индии.

– Можно ли верить вице-королю, что он отпустит мать и Адама невредимыми, получив от нас выкуп?

– Насколько я смог понять из общения с ним, это такая змея, что хуже не бывает, - заметил Мурроу.
– Но иезуиты люди достаточно честные, во всяком случае, если выкуп на самом деле выплачивается.
– Здесь Мурроу позволил себе рассмеяться.
– Надо только видеть, какой набожной стала мать, Роб. Я не подозревал, что у нее есть четки, но теперь это самый заметный предмет ее туалета, и она никогда не упускает случая поперебирать их прилюдно. Капеллан вице-короля просто очарован ее набожностью и красотой.

– С ней все в порядке, Мурроу?

– Да, и она чувствует себя в своей стихии, братец. Уверен, что все эти годы она мечтала о каком-нибудь захватывающем приключении, и никто из нас даже не догадывался об этом. Что до Адама, то он помолодел на десять лет. Они жили спокойной жизнью во имя Велвет и бросили море только из-за нее.

Роберт Саутвуд на мгновение ласково улыбнулся, но тут же опять перешел к делу:

– Какой выкуп просят португальцы?

– К счастью, они не имеют ни малейшего представления о размерах богатства матери, - ответил Мурроу.
– Они хотят двести пятьдесят тысяч монет золотом в обмен на нее, Адама и их корабль. Они также не знают, что в нашей флотилии были еще и другие корабли, так как в бомбейскую гавань заходили только корабль матери и мой. Нашей первоначальной целью был порт Великих Моголов Камбей, расположенньй севернее, но нас отнесло штормом, и корабль матери был слегка поврежден. Нам нужна была также вода.