Чтение онлайн

На последней фразе он посмотрел на меня с каким-то особым значением, но я так и не поняла, что он хотел сказать между этих строк. Просто кивнула, укладывая в голове полученную информацию. А потом взглянула на наблюдающего за мной парня и уточнила:

— Так… Что вы делаете? Забираете души умерших в мир мертвых? Или же помаленьку занимаетесь истреблением человечества, дабы этих самых душ там было как можно больше?

— Ты забавна, как могут быть забавны только люди, — рассмеялся элисид. — Смерти не нужна армия убийц, чтобы искоренить жизнь и устроить вселенную мертвых. Смерть — это естественный конец, неотъемлемая часть существования. И ей ни к чему сражаться за то, чтобы все поскорее умерли. Эту борьбу придумали люди, не желающие покидать этот мир. Но сражаются именно они, а не «боги». Хотя, госпожу вряд ли вообще можно называть богиней, — он снова замолчал на пару секунд и бросил на меня лукавый взгляд прежде, чем продолжил: — А для переправки в мир теней есть жнецы.

— Так в чем же ваше предназначение? — пару раз непонимающе моргнув, уточнила я.

— А в чем предназначение человека? — склонив голову к плечу, откликнулся Шеридан. — Для чего он создан, какой цели служит?

— Кто же знает? — хмыкнула я.

— То-то же!

Я открыла было рот, чтобы старательно и ярко выразить свою реакцию на его любовь к внезапным приступам скрытности, но звонок к дверь оборвал наш ставший таким содержательным разговор.

— О, пиццу привезли, — улыбнулся Шеридан и вскочил с дивана.

Подмигнув, он быстро скрылся в коридоре, заставив меня проводить его задумчивым взглядом. Это он так еде обрадовался или просто надоело о себе рассказывать? Хотя о чем это я? Все же и так ясно.

Воспользовавшись отсутствием элисида, я прислушалась к себе. Некоторое время назад на меня нахлынуло такое отчаянье, что я едва не потеряла сознание. А потом это ощущение, отдающее вполне ощутимой болью по всему телу, вспыхнуло, и сгорело в пламени гнева, таком сильном, что у меня задрожали руки, а на вопрос Шеридана, что случилось, я едва не попыталась его ударить. Осознание, что это не мои эмоции, пришло довольно быстро, и заставило меня сжаться в маленький виноватый комочек. А потом захотелось вскочить и побежать к Нейтану, чтобы успокоить его, вымолить прощение и попытаться все объяснить. Но я понимала, что он не позволит мне так рисковать. В его глазах ритуал будет выглядеть суицидом чистейшей формы с моей стороны и цинично спланированным убийством со стороны Шеридана. Когда элисид упомянул ритуал, я ведь сразу попыталась доказать, что это можно сделать и без утайки, добившись согласия Нейта и его поддержки. Так ведь было бы лучше, это уберегло бы его от лишней боли и страданий. Но Дартэл, переглянувшись с Шериданом, только покачал головой. «Я бы не позволил, — сказал он тогда. — Даже если бы ко мне пришел мой собственный предок и сказал, что так будет лучше. Я бы не согласился».

И вот теперь ощущение болезненного, безумного гнева и страха искрящим от перенапряжения проводом гудело на краю моего сознания, заставляя чувствовать себя редкостной сволочью и предателем. Но узнав суть ритуала, я тоже не могла не согласиться — Нейтан никогда бы не позволил мне на такое пойти. Ни за что на свете. И когда я вернусь, я смогу все ему объяснить. Ведь когда все уже произойдет, это будет выглядеть не так страшно.

А на случай, если что-то пойдет не так, я записала на предоставленном элисидом телефоне обращение, являющее собой смесь извинений и уверенности в своих решениях. Но надеюсь, Нейтан никогда не увидит эту видеозапись.

Ушедший за предполагаемой пиццей Шеридан не возвращался довольно долго. Как для того, кто пошел забрать доставку и отдать за нее деньги. Я уже даже начала было переживать, но прежде, чем решила встать и пойти смотреть, что там происходит, он все же вернулся, с коробкой пиццы в руках, но без радостной улыбки на лице.

— Знаешь, — поставив свою ношу на журнальный столик, он окинул меня весьма задумчивым взглядом. — Я думаю, нам стоит немного изменить план и все же не дожидаться Криса.

После чего развернулся и пошел к стене, где под картиной с изображением увитого лозой черепа обнаружился сейф.

— Почему? — тут же насторожилась я.

— Я поступил необдуманно, — откликнулся он, вбивая пароль и принимаясь копошиться в каких-то флакончиках, которыми было заставлено все пространство тайника. — Нужно было действовать быстро, не позволять себе ожидать Криса или же тратить время на твою подготовку. Так и этак у тебя будет один шанс на успех, и только от тебя будет зависеть, чем закончится наше маленькое предприятие. В конце концов, у нас было изначально не так уж много времени.

— Что-то случилось? — не унималась я.

Его действия, отсутствие улыбки и слова, все это заставило меня напрячься и запустило в голове процесс быстрого, но безрезультативного действия «построй сотню глупых предположений в секунду». Я снова не понимала, что происходит, и мне это не нравилось.

Вместо ответа, элисид притащил мне небольшой флакончик из темного стекла:

— Вот, выпей.

— Это что? — с подозрением глядя на непонятное зелье (если это, конечно, зелье), уточнила я.

— Это поможет тебе правильно вести себя во время ритуала, — пояснил Шеридан. — Подготовит тебя к предстоящему.

Я осторожно взяла флакончик в руки, открыла и, попытавшись заглянуть внутрь, с интуитивным подозрением принюхалась. Пахло травами и чем-то сладковатым. Приятно, но как-то уж чересчур приторно. Нахмурившись, я подняла взгляд на ожидающего моих действий парня.

— До дна, — подбодрил элисид и вдохновляюще кивнул.

Он выглядел серьезным и собранным, это вызывало подозрения, но… Ну вот что он может мне сделать? Отравить? Так это и было частью плана: моим путем на порог смерти должен был стать сильный, но медленно действующий яд. Я представила, что это он и есть. А потом вздохнула и осушила флакон.

На вкус было… ну, неядовитым. Хотя, что я в этом понимаю?

— Но кто же нанесет удар тебе? — слишком поздно вспомнила я главную причину нашей заминки.

Шеридан присел рядом, вглядываясь в мое лицо, словно там должно было отразиться воздействие выпитого мною снадобья. И не знаю, как там с мимикой, но это самое воздействие я почувствовала очень быстро. Все тело словно налилось слабостью, а мысли стали медленными, словно умирающие мухи. Накатила странная сонливость, отчего я даже пошатнулась, но элисид вовремя удержал меня за плечи, не позволив завалиться на бок.

— С этим проблем не будет, — его запоздалый ответ прозвучал словно откуда-то издали. — И теперь, когда твоя истерика, по крайней мере, внешняя, мне не грозит, я отвечу на другой твой вопрос. Да, случилось. Твой милейший граничник похитил мою… Одну девушку, на которую мне не плевать, и с ее телефона позвонил мне с требованием вернуть тебя ему. И я бы, на самом деле мог, раз уж Дарт так великодушно снял с меня обязательства по решению вашей смертной проблемы. Отвел бы тебя к нему, и дальше уж просто подождал бы, сможешь ты его уломать или нет. Можно было бы, конечно, и не ждать, но я питаю слабость к тому, что из себя представляют Якори. Но юный Блэкэт переступил черту. Он угрожает не мне, он угрожает ей — совершенно невинному, никак не связанному со всей этой историей человеку. Ты можешь на меня злиться. Можешь потом ненавидеть меня всю оставшуюся жизнь. Но я слишком зол, чтобы решить этот конфликт мирно, с учетом трепетности чужих душ. Сейчас мы отправимся на встречу с твоим милым Нейтаном. И я проведу ритуал у него на глазах.

Еще на середине этой пропитанной едва сдерживаемой злостью речи с него слетел весь налет доброты и дружественности, открывая мне его темную, безжалостную натуру и приводя к мысли, что все-таки да, он умеет ровно носить маски. Настолько ровно, что в какой-то момент я окончательно повелась на этот его милый образ добродетельного парня с полезными способностями. Да, часть меня понимала, что он имеет право злиться. Но он не просто злился. Он собирался мстить. Это было написано в его глазах, наполненных чернотой, но в тот момент на редкость красноречивых. И я могла бы воскликнуть что-то вроде «нет, не может быть, Нейт не такой», но… Я чувствовала его гнев, питаемый бесконечным отчаяньем. И неумолимую решительность, уверенность в своих действиях.