Чтение онлайн

— Лиана!

На миг я испугалась, что если он сейчас попробует забрать меня у Нейтана, они действительно подерутся. Но, похоже, что меня не было не пару часов, потому как что-то в их отношениях явно изменилось. А может, это я себе напридумывала в надежде на светлый мир, где все — большие друзья. Но факт остается фактом — Дарэл просто обнял нас обоих, чмокнув меня в макушку. И несколько долгих мгновений мы сидели, обнявшись, большой дружной семьей. А потом со стороны двери раздался спокойный, плавно-мелодичный голос, которым гипнотизировать можно без лишних приспособлений:

— Я рад вашему семейному единству, но позвольте, я осмотрю пациентку?

Дар встал почти сразу. Нейтана ему пришлось отдирать практически вручную, беспрестанно вещая, что только так для меня будет лучше, и что «его лохматости» стоит думать в первую очередь о любимой, а не быть таким эгоистом. Доктор, оказавшийся почти полностью седым мужчиной с приятными, мягкими чертами лица и светлыми, почти белыми глазами, наблюдал за всем этим с совершенно философским видом, сунув руки в карманы и позволив себе улыбку мудреца. Когда же я оказалась свободна, он подошел ближе, присел на краешек койки и посмотрел на меня, как на какую-то диковинку.

— Ты очнулась, — констатировал он, и глаза его разгорелись светом, выдавая колдовскую силу. — Чтож, давай посмотрим, что я могу сказать по этому поводу.

Он отсоединил крепления занудно пищавшего аппарата, про который мы всей компанией благополучно забыли в порыве эмоций, перехватил мои запястья и прикрыл веки, сведя брови к переносице. Его руки оказались очень теплыми и мягкими, весьма приятными в прикосновении, что отчего-то вызвало у меня неслабое удивление.

— Действие яда нейтрализовано, — с ноткой непонимания заявил доктор через некоторое время. — Воздействие древней магии сошло на нет, и противоядие подействовало. Сейчас я подправлю внутренний баланс, и ты будешь полностью здорова.

От места, где он прикасался к моей коже, пошла волна мягкого тепла, согревающего и окутывающего уютным пологом. И слабость отступала, освобождая место для этого тепла и странного ощущения легкости.

Дарэл наблюдал за нами, придерживая Нейтана за воротник, хотя тот стоял вроде бы с гордым и независимым видом, не собираясь делать глупостей и мешать доктору заниматься своим делом. Я сама сидела, боясь пошевелиться. Это был первый раз, когда меня исцеляли магией, и я, несмотря на круговорот эмоций и полнейшую кашу в голове, все равно невольно прониклась моментом. А может, доктор просто мог влиять и на мое эмоциональное состояние.

— Вот и славно, — мужчина открыл глаза, улыбнулся, отпуская мои руки и поднимаясь на ноги. — Я бы посоветовал еще понаблюдаться некоторое время во избежание рецидивов, ведь полностью понять произошедшее я не в силах. Эта магия, поразившая тебя… ты знаешь, что это?

Пару раз моргнув, чувствуя, как тепло его магии угасает, но остается со мной невидимым коконом, я как можно более уверенно кивнула:

— Да. Это было… добровольное, направленное воздействие, все в порядке, такое больше не повторится.

Доктор нахмурился. Нацепил на нос очки в тонкой оправе, посмотрел на меня цепким, внимательным взглядом:

— Ты хотела покончить с собой?

Я едва не поперхнулась от такого предположения. Воззрилась на мужчину громадными глазами, будто он вдруг отрастил ветвистые, зелено-фиолетовые рога:

— Как вы могли такое подумать? Я бы никогда! Это… — пришлось вдохнуть поглубже, успокаиваясь, и уже нормальным тоном закончить, бросив быстрый взгляд на Нейта: — Это был ритуал, призванный защитить мою дальнейшую жизнь.

Доктор издал задумчивое «хм-м-м-м» и, тоже посмотрев на свидетелей нашего разговора, вздохнул:

— Хорошо. Но было бы неплохо, если бы вы чуть позже рассказали об этом подробнее. В моей практике еще не было подобных случаев, и я хотел бы понимать ситуацию как можно лучше, чтобы впредь быть к такому готовым.

— Я… Я спрошу, могу ли я разглашать подобную информацию, — неуверенно кивнула я.

Потому что рассказывать секреты Шеридана без его согласия… Ни к чему мне такие потрясения.

Доктор посмотрел на Нейтана, дождался его кивка и направился к выходу. Я едва не упустила его уход, но вовремя смогла отвлечься от умиротворенного состояния все сильнее накатывающей сонливости и остановить колдуна уже у самой двери:

— Доктор, я могу выписаться сегодня?

— А может не стоит спешить? — тут же нахмурился оборотень. — Милая, ты…

— Все в порядке. Доктор сам сказал, что со мной все хорошо, — улыбнулась я.

Я и сама это чувствовала. Не было больше разреза на шее, не было слабости во всем теле, а сонливость… сонливость, это наверное от целительной магии доктора.

— Но советовал понаблюдаться, — заметил Дар, в кои-то веки, соглашаясь с Блэкэтом.

— Из-за того, что не знает последствий воздействия древней магии? — я обращалась, казалось бы, к своим, но смотрела при этом на доктора и сам вопрос был скорее адресован ему.

— Да, — не стал скрывать колдун. — Как я уже говорил, я не могу с точностью назвать последствия проведенного ритуала, поэтому хотел бы подстраховаться.

Я улыбнулась уже доктору. Как можно более мило и уверенно:

— Я уже испытывала на себе воздействие этой магии. Все в порядке, она контролируема и не имеет последствий для здорового организма, а я, как вы сказали, здорова.

Колдун переглянулся с Нейтаном, потом — с Дарэлом.

— Зачем ты хочешь выписаться сейчас? — довольно быстро вычислил суть Дар. — Почему не побыть под присмотром врачей?

Вздохнув, я огляделась вокруг, потом посмотрела на ожидающих ответа мужчин и поникла:

— Хочу домой. Просто хочу домой, — замолкла, решив было, что сказала все, но потом качнула головой и подняла взгляд на Нейтана: — А еще мне нужно найти и поблагодарить Шеридана, если он еще не…

— Не, — хмуро подтвердил оборотень, недовольно прижимая уши к голове. — Никуда он с зачарованного подвала не денется, особенно учитывая компанию психованного дракона.

Я замерла, глядя на него широко открытыми глазами. Потом вдруг осознала ситуацию полностью, словно взглянув на нее с высоты птичьего полета и поставив себя на место окружающих меня нелюдей. Это я знаю, что элисид помог мне и действовал частично не по своей воле, знаю, что, в конце концов, он был на нашей стороне. Но другим это принять будет не так уж и легко.

— Отвезите меня к нему, — выползая из-под одеяла, потребовала я. — Он умер, чтобы помочь мне. Я должна сказать спасибо.

В такие моменты нужно быть упрямой и не показывать сомнений, слабины. Иначе эти товарищи, видящие мир в другом свете, почувствуют, что переубеждение возможно, и вцепятся в эту возможность зубами, прикрываясь заботой и любовью, начнут гнуть свою линию и остановить их будет катастрофически невозможно.