Чтение онлайн

— Это… — он предпринял еще одну отчаянную попытку открыть глаза. — Прости, я… как бы это… не специально. Это кошачье, понимаешь? Нам, котам, лучше спится в тепле.

— Так завернулся бы в еще одно одеяло!

Нет, но разве ж это оправдание лезть в постель к малознакомой девушке, да еще и без ее согласия, втихую, пока она спит?

— Но одеяло не теплое, — он вздохнул, и вдруг расплылся в сонной, но довольной улыбке. — А ты — да.

— Я что? — я ошарашенно замерла, то тут же мотнула головой. — Так, стоп. Почему тогда твои кошачьи инстинкты не привели тебя сюда еще прошлой ночью?

Он недовольно скривился, прижав уши к голове, и принялся снова забираться под одеяло, причем головой вперед.

— Вчера ночью я не спал, — донеслось уже из-под плотной, покрытой абстрактными узорами ткани. — Я наблюдал.

— Надеюсь, не за мной? — я сложила руки на груди, наблюдая за его поползновениями.

Нейтан на миг замер, смешно задрав задницу, потом ввинтился под одеяло, аки змея, и уже высунув растрепанную голову с другой стороны, соизволил ответить:

— Нет, я за улицей наблюдал. Слушай, женщина, отстань, а? Я спа-ать хочу.

Смачный зевок, прервавший его реплику, явил мне его клыки, отчего на месте парня мне на миг почудился кот, но это не отменило моего решения, продиктованного уже чистым упрямством.

— Слушай, мужчина, — ухватившись за край одеяла, я потянула его на себя. — Ты бы не хамил, а шел спать на диван!

Он вмиг вцепился в свой теплый кокон мертвой хваткой и даже провернулся, еще сильнее в него уматываясь и придавливая своим весом:

— Тут все нагретое. А там нет.

— То есть на холодный диван должна идти я? — прибавляя тяги, пропыхтела я, категорически не согласная с таким положением вещей.

Нет, ну каков наглец! А ведь казался приличным парнем! Двуличный кошак! Вот так оно обычно и бывает, принесешь домой, приютишь, обогреешь, а наглая зверюга тут же начинает считать себя царем горы и кровати! И то, что эта сущность выглядит, как парень совершенно не отменяет кошачьего эгоизма, судя по всему.

Битва за одеяло заканчилась моим полным поражением и падением обратно на кровать, благо, хоть не на Нейта. Он тут же, удовлетворенно урча, утащил себе отвоеванную часть предмета битвы, и так и не соизволил ответить на мое негодование. Раздосадовано хлопнув по тут же заворчавшему клубку, я с шумом сдула упавшие на глаза волосы.

Впрочем, стоило мне расстроиться, что позиция «мягкая, теплая кроватка» отдана врагу, как проснулся будильник, сообщая, что спать мне не только негде, но и уже нельзя, ведь гранит науки во сне не грызется категорически. Пришлось вставать, ставить чайник, приводить себя порядок и отправляться на учебу, оставив на столе записку «Ушла учиться, еду приготовишь сам, сладкого куплю». Глупо, пожалуй, но… просто не удержалась. Ведь теперь у меня был кто-то, кому можно написать вот такую вот ерунду.

Отступление 1

Он стоял на крыше главного здания и внимательно наблюдал за учащимися, разбредающимися по домам после учебного дня. Взгляд чарующих голубых глаз искал конкретного человека, уход которого позволил бы мужчине спуститься и тоже направиться домой. Точнее, конкретную девушку — недавно появившуюся ученицу, которая воспылала к нему неземной любовью и, едва завидев в толпе его силуэт, тут же лезла целоваться. Его согласие на это не спрашивалось, и отбиваться от полоумной девицы посреди коридора выглядело несколько унизительным и совершенно недостойным уважающего себя преподавателя. Отвечать на страстные целовашки ученицы тоже было не лучшим вариантом, потому мужчина и прятался на крыше, хоть прятаться было совершенно не в его стиле. Но еще раз оправдываться перед начальством у него не было ни малейшего желания, так что стиль потерпит. Потому что Рудольф никогда не поверит в две вещи: первая — что настолько чешуйчатое существо может быть пушистым, вторая — что он действительно не виноват в ее влюбленности. А если начальник не верит в твою невиновность, можно и премии лишиться. Вообще плохо, когда начальник слишком много знает. Вот был бы Руди не в курсе, что он одним взглядом может зачаровать, и поверил бы, может, что нет никакой вины с его стороны.

Небо тем временем все сильнее хмурилось, словно бы осуждая его решение просто подождать, пока она уйдет, что тоже не добавляло настроения.

В кармане пальто вдруг завибрировал мобильник, заставив мужчину совершенно не мужественно вздрогнуть.

— Пепел, — заполошно выудив уже начавший трезвонить аппарат, буркнул он, зорко осматривая двор на наличие предмета своей нелюбви.

— А ты знаешь, слухи-то подтвердились, — задумчиво выдал голос его друга в трубке. — Сынок Мартэла действительно дал деру, не оставив даже записочки «Люблю, целую, не вернусь». Черные коты роют носом землю, по всему городу разосланы отряды, трясут всех, кого не лень. Грозятся войной, если котенка кто-то посмеет хоть когтем тронуть.

— О, как, — мужчина нахмурился, поднял воротник, защищаясь от ветра, и на миг прикрыл глаза.

— Что характерно, при этом Блэкэты стягивают в кучу свою армию, словно и вправду готовятся к войне, — продолжал выдачу информации Ли, не меняя тона.

Ожидаемая особа, наконец, появилась во дворе, воодушевленно озираясь по сторонам и цепляясь к окружающим с вполне очевидным вопросом. Он отступил еще на полшага, от греха подальше, а то ведь если заметит, тогда только прыгать с пятого этажа ласточкой. Не то, чтобы это было опасно, просто потом придется в сотый раз оправдываться перед Рудольфом, а нервы ректора и так были на пределе.

— Было бы чему удивляться.

— Я чего-то не знаю? — голос Ли стал подозрительным.

— Граничники клана Блэкэт никогда не были паиньками, — едва успел ответить, как пришлось сдерживать недовольное бормотание — барышня во дворе с удивительной точностью определила его машину, и теперь стояла рядом с таким видом, словно готова ждать там свое счастье до Второго Пришествия.

А небо тем временем явно готовилось атаковать.

— Граничный Король? — судя по тону, друг явно был не намерен услышать положительный ответ, и предпочел бы, чтобы над его предположением от души посмеялись, а его самого назвали дурачком.

Пепел не стал припечатывать его ответом «да», и позволил себе только хмыкнуть.

— А ты думаешь, они от нечего делать его под замком всю жизнь держали?

— Чего он тогда до сих пор не оставил четкого следа разрушений, как его пра-прадедуля? — недоверие перешло на стадию отрицания, судя по всему.

— Потому что черные котики не рождаются Королями, — мужчина бросил взгляд на небо и еле подавил желание погрозить ему пальцем. — Сначала они становятся Принцами.

— Тоже мне мастер терминологий, — разозлился Ли. — Говори конкретно, он будет убивать или нет?

— Откуда я знаю? — недовольство ситуацией перешло в тон, и ему пришлось выдохнуть прежде, чем продолжить: — Жизнь этого мальчика столь же непредсказуема, сколь предопределена.

— Еще лучше, — друг фыркнул, потом его голос посерьезнел: — Может нам найти его? Вернуть домой, пока не поздно?

Мужчина, как раз провожающий взглядом светловолосую девичью фигурку, спешащую к воротам, качнул головой:

— Поздно. Я и так знаю, где он.

Он понял это, едва учуял ее запах сегодня на паре. Точнее его запах, окутывающий девушку неслышным покрывалом пока еще только зарождающейся связи.