Могло быть и так, или Эльфы тоже люди
Шрифт:
Все уже поняли, что он хотел бы нагрянуть к дроу в убежище и всех тихо вырезать, но никому эта идея не нравилась.
— Ну… я могу более-менее сориентироваться, — робко пробормотала Тель в тишине.
Наван подмигнул ей и быстро молча смылся.
— Куда это он? — спросил магистр.
Тель лишь пожала плечами.
Через некоторое время маг вернулся довольный и с Даймоникой на руках. Белка деловито попрыгала по «карте» и шмыгнула в окно.
— Мысль хорошая, — одобрил Грим, — но когда она вернётся?
— Часа через два, я думаю.
— Это будет три часа. А за это время мы поедим и подготовимся. Павел, что с обедом?
— Э-э… ну… я пока…
— Ага. Ты готовь, а мы обсудим. Мы с Гримом пойдём впереди, я в наступлении, ты прикрываешь.
Колдун фыркнул, но промолчал.
Зато голос подал Пашка:
— Мне эта мысль очень не нравится…
Сайлас насторожился:
— Хорошо, вопрос о нашей безопасности обсудим отдельно. Наван, Тель, на вас — жрица и Агапка.
— И плак'кйорл, — поёжилась эльфийка. — И если с женщинами я ещё могу повоевать, то с одним из полудемонов я тягаться не в силах.
— Демоны — это мой профиль, эльфёнка, — нехорошо усмехнулся некромаг.
Он не заметил недоброго взгляда Сайласа. Или сделал вид…
— А Агапку победить я не смогу. Мама в своё время не смогла.
— Отставить деморализующие настроения, — приказал-пожурил магистр. — Хорошо, если ты их просто отвлечёшь.
— И уведёшь в чащу, заманивая песнями и огоньками. Как уважающая себя эльфийка, — разошёлся Грим.
— По огонькам-лампочкам у нас ты мастер, — не осталась в долгу Тель.
— Кстати, про огоньки. Дроу видят в темноте лучше, чем мы? — уточнил магистр.
— У меня есть приборы ночного видения… — Грим обвёл взглядом компанию. — Четыре.
Пашка обречённо вздохнул, понимая, что именно ему не достанется прибора и он будет куковать в замке.
— …А работают только три, — продолжал Грим. Напряжение росло. — Но один сильно треснутый, поэтому хороших только два… И один из них я забираю себе…
Пашка замер в нерешительности, Тель — в растерянности, Сайлас — в задумчивости. А Наван оценивающе смотрел на Грима.
— Издеваешься сейчас, колдун?
Грим расплылся в довольной улыбке, покладисто согласился:
— Издеваюсь, маг.
Секунду-другую наслаждался эффектом от сказанного. Потом равнодушно произнёс:
— У меня ни одного нет.
По кухне пролетел общий разочарованный выдох. Сайлас скрипнул зубами, достал из кармана ключи от «ГАЗели» и немного денег, грохнул всё на стол перед колдуном и повелел:
— Роди! Чтобы через два часа был тут с пятью приборами.
И уже тише и чертовски спокойно прошипел:
— Выполнять!
Грим смотрел на него долго, с видимым трудом удерживая зрачки круглыми, а оскал — человеческим. Сайлас выдержал. Колдун сгрёб всё со стола и ушёл.
— …А про нашу с Тель безопасность ничего не скажешь, менестрель? — как ни в чём не бывало, спросил Наван.
— Я… э-э… да нет… наверно… хотя… — пробормотал Пашка. И, неловко повернувшись, уронил какую-то крышку.
— Вот это по-русски ответил, уважаю, — возрадовался Наван, наблюдая погоню Пашки за катящейся горячей крышкой. — А что, всё-таки, насчёт оружия?
— Мне ПМ и АК, Гриму — тоже АК. Там только по одному рожку патронов, мы будем экономить. Пашке — меч… или гитару, на выбор: и то, и то будет бесполезным, — он по-отечески посмотрел на менестреля, тот не обиделся. — Тель?
— Лук.
— Репчатый или зелёный? — предположил Наван и тут же обезоруживающе улыбнулся.
Тель ничего не оставалось, как кисло улыбнуться в ответ и покивать головой с выражением лица: «постебись мне тут!»
— Нав?
— Я возьму… себя, — самоуверенно сообщил маг.
— Пуговицы не забудь, — вполне серьёзно предостерёг Сайлас.
— Да что пуговицы! Ремень важнее…
— Почему?
— Штаны не свалятся, — подмигнул маг.
— Угу, — хмыкнул Сайлас, — со спущенными убегать с поля боя не удобно. А без штанов — вдвойне стыдно.
Мужчины заржали, Тель поджала губы и скучающе уставилась в окно. Там царила осень, и накрапывал дождик.
Униженный и разъярённый Грим вернулся с покупкой через час; мокрая, уставшая и голодная белка — через полтора. Все шустро собрались.
— Ребята… — неуверенно начала Тель, остановившись перед «ГАЗелью», — вы ничего не забыли?
— А что не так? — уточнил Наван.
— Так это чудище за тысячу шагов слышно! Звери разбегутся, не то, что тёмные!
Воцарилось молчание. Постояв минуту со сложенными перед лицом ладонями, Наван вдруг забормотал:
— Звери, звери… Нет, не звери… Птицы!
Со счастливой улыбкой он выудил из кармана очередную пуговицу, подошёл к машине, открыл капот и сунул пуговицу внутрь.
— Заводи, — деловито распорядился он, сам запрыгивая в кузов.
Наблюдавший сцену из кабины Сайлас изогнул бровь, затем повернул ключ. Тут же из-под капота раздалась… птичья трель. Наван высунулся из кузова, любуясь произведённым эффектом.
— Вот ты, блин, клоун… — только и сказал Грим.
— А что, — хихикнул Пашка, — есть Котобус, а у нас — Птицобус.
— А мне нравится, — просто сказала Тель.
По дороге Пашка разнервничался так, что принялся напевать:
…На асфальте заплёванных улиц, В лабиринте больших городов Мы стояли. Мы снова вернулись. Наши знания, честь и любовь. И сегодня — как лет через двести, Ад ли, рай, или там ещё где — Кто-то скажет кому-то: мы вместе — Спина к спине! Спина к спине, плечом к плечу, жизнь коротка — держись, приятель! Своею жизнью заплачу за то, чтоб вы смогли остаться. Пускай сегодня день не мой — пока друзья мои со мною, Мы справимся с любой бедой — с чертями, богом, и судьбою… [86]86
Эрели Корали ака Льдинка: «Спина к спине»