Чтение онлайн

…Опустившись на кровать, они слились в долгом поцелуе, соприкасаясь щеками и замирая на мгновения. Головокружение проходило, всё яснее и чётче становилась реальность.

«Или я умираю, или лечусь… Будет неприятно умереть СЕЙЧАС…»

Она запрокинула голову, и он скользнул губами по её шее. Она легонько потянула его за кончики ушей. Эльф удивленно отстранился, хотел что-то сказать, но Хельга, тепло улыбнувшись, приложила ладонь к его губам и закрыла глаза. Тонкая струйка зелёного дымка скользнула в этот миг от раны на руке к мечу Ориелен. Кожа начала затягиваться.

Другая рука девушки нашарила пояс халата. Распахнув ворот, Хельга крепко обняла Лорешинада. Прижавшись ухом к её груди, эльф услышал стук сердца. Спустя вечность он почувствовал, что его собственное сердце сменило ритм, и теперь они бьются в унисон. Дыхание девушки участилось. Подняв голову, Лорешинад увидел блестящие дорожки на щеках Хельги.

«Что случилось?» — спросили его глаза.

«Ничего…» — так же молча ответила она.

Повинуясь наитию, эльф придвинулся ближе и стал снимать солёные капли губами. Когда он «случайно» поцеловал её в нос, Хельга улыбнулась, совсем по-кошачьи мурлыкнула и ответила…

Он приподнялся, освобождая её от мягких складок халата, потом обнял и перекатил на себя. Хельга засмеялась, и снова оказалась на кровати, уже в окружении подушек. Лорешинад придвинулся к стене с мечами совсем близко и ощутил лёгкое покалывание в ранах.

…Очисти кровь, затяни его раны…

«Кто из них меня лечит?.. Ориелен или Хельга?.. Кто из них лежит сейчас передо мной?..»

Ни лилии, ни хвои — новый аромат, весёлая нежность, когда можно всё, когда хочется смеяться от удовольствия и таять под руками любимого…

— …Теперь говори.

— Что?

— Скажи три слова.

— Кхакие три с-слова?

— Не знаешь?

— Нет.

— И чему вас только учат в ваших Академиях… — Смешок. — Ладно, повторяй за мной: я…

— Я…

— Тебя…

— Тебя…

— Люблю.

— Люблю.

— Мо-ло-дец!.. И ещё кое-что. Запомни: никогда не обижай и не обманывай того, кому ты сказал эти слова.

Зоопарк заводился всё сильнее:

— Этот Анриель — голубой! Целоваться лез, лапал меня! Нет, ну вылечил, спасибо! Но так оплачивать услуги я не согласен!

— Подожди, — улыбаясь, перебила его Кирель, — Анриель? Это же лучший наш целитель! После королевы, конечно. Поговаривают, что он даже превосходит её в мастерстве, за что она его очень не любит. Но безнадёжных иногда присылает. Или очень важных… Но он не «голубой», как ты говоришь! Все знают, его девушка отвергла…

— Вот он и переметнулся. От этой Мариель-то. Я бы тоже поголубел с такой соседкой.

— Да нет же, серая тут ни при чём. Он был влюблён в девушку-воина, вильфарина, её звали Ориелен. Он хотел семью создать, спокойно работать. А ей всё учения да боевые искусства подавай. Грезила служением королеве, к войне готовилась, не важно с кем, хоть с тёмными, хоть с серыми. В общем, не согласилась она с ним жить, отвергла… А потом её схватили тёмные. Они иногда приносят наших девушек в жертву ради своих обрядов.

— А почему вы не возмущаетесь? — без энтузиазма спросил парень, чувствуя себя Чиполлино.

— Ну… — девушка опустила глаза, — мы тёмных тоже иногда убиваем… ради оружия. Они на стрелы могут только двеомер сна наложить, редко яда, а мы понадёжней ядами пропитываем. Так что в дальнем бою мы немного лучше… А для ближнего — оружия не хватает…

Зоопарк отсел от неё подальше.

— Он с тебя ауру хотел снять: для лечения, или ему велели. Не знаю. Но, говорят, после твоего ухода королева его вовсе с грязью смешала. Лучшего лекаря… от зависти, что ли…

Четырнадцатый сидел на траве возле своего дома. Вокруг разместились четверо светлых эльфов. Но обращался он в основном к их предводителю:

— Я могу оборачиваться плак'кйорлом и менять цвет глаз! Я могу продемонстрировать, хотя Подземные, охраняющие поляну, меня не поймут… Но на исследование тебе не дамся, целитель Анриель!

— Не беспокойся, Приближенный Четырнадцатый, демонстрации не нужно, продолжай, — ответил эльф, примиряющее подняв ладони. Похоже, это был его любимый жест. Серый почему-то подумал, что в мире Разных так делают хирурги после окончания операции. Да, частенько он проваливается во сны другого мира…

— Она собрала всех плак'кйорлов в зале для жертвоприношений. К Виден Рэндан сначала прилепили шестерых златоволосых — для получения свободной энергии для ритуала. Понимаете, когда в тело серого возвращают душу Подземного вместе с душой демона — затрачивается энергия. Арра качает её через себя. Остальные плак'кйорлы были призваны тоже помогать энергией и удерживать свободную, чтобы не развеялась. Впервые в жизни я видел в глазах полудемонов страх — им тоже хотелось жить! После их смерти настал черёд шести Наземных девушек: кровь их нужна, чтобы напитать Оберег земли. Арра пронзила каждую жертву кинжалом и опустила по капле крови в ларец с артефактом.

Она хотела раздвинуть горы, переместить их дальше в пустыню, отвоевать у песка больше территории… Оберег земли это может.

— Но мы ничего не почувствовали…

— Правильно. Потому что настоящий Оберег земли всё ещё в мире Разных!

— Но… как же?

— Это всё не важно, это всё тонкая политика. Но вы только вдумайтесь: сначала она убила шестерых серых для создания плак'кйорлов, потом этих шестерых воинов, затем ещё шесть девушек-Наземных — восемнадцать душ ради активации артефакта… И всё это превратилось в фарс, бессмыслицу! А если б у неё получилось? Что произошло бы?

— Горы сдвинулись бы…

— Да. Горы, где живут серые, сдвинулись бы, и перемололи не только всех серых, но затопили лавой предгорья и пограничные территории Наземных, ближайшие тоннели Подземных… Это было бы равносильно выигранной войне. Не только над нами, но и над природой. А природа не любит, когда так бессовестно вмешиваются в её законы. Она отомстила бы…

— Ты говоришь, будто видел всё это. Ты говоришь как эльф.

Четырнадцатый молчал, несколько мгновений изучая Анриеля: