Чтение онлайн

Папа у меня не курит, поэтому мама с ним соглашается. Но как только она собирается бросить свою дурную привычку, тут же на улице возле булочной перед ней вырастает Букашкина: вся в бриллиантах, как кремлёвская ёлка. И мама, придя домой, выскакивает на балкон и чиркает зажигалкой.

А папа продолжает:

– Людочка, - терпеливо говорит он, - ты умная, образованная женщина. Зачем играть на одном поле с той, которая живёт совершенно по другим принципам?

– Генусик, - подышав на очки (она у меня близорукая) и протерев их уголком халата, отвечает мама, - но по таким же точно принципам живут практически все. Я привыкла оглядываться на мнение большинства, ничего не могу с собой поделать. Начинаю сравнивать себя и её и ловлю себя на том, что тоже хочу бриллианты.

– Так давай купим их. Для этого, правда, придётся на некоторое время перейти на макароны с соевым мясом, но мы постараемся чтобы наше семейное сальдо превысило обычные показатели.

– Но, Гена!
–  в сердцах восклицает мама.
–  Я же понимаю: это глупо. Я что, ради этого училась на психфаке, - чтобы подавлять собственные комплексы и глубоко укоренившуюся неуверенность какими-то блестящими висюльками?

– Мам, - утешаю я её в такие минуты, - если тебе от этого будет легче, давай станем курить вместе. Я буду губить здоровье с тобой на пару, и тебе будет не так обидно.

– Ещё чего!
–  возмущается мама.
–  Даже не думай. Увижу с сигаретой, дам по губам, так и знай.

– Вот как?
–  удивляюсь я.
–  Значит, бросить курить намного проще, чем я думала? Достаточно дать тебе по губам, и всё сразу прекратится?

Но что-то я увлеклась. У нас в доме есть ещё один член семьи: Ёфт Шарипов. Он отличается тем, что, подняв ножку, метит территорию, смотрит на вас печальным лягушачьим взглядом на кухне во время ужина и ночами храпит в уголке. Но о нём позже. Пока вернусь в тот день, с которого всё началось.

Итак, найдя Среднюю Ордынку дом 8 строение 1 А, мы с папой оставили машину на парковке и увидели за стёклами здания, которое громоздилось перед нами, цветной красивый постер с одинокой пальмой и лазурной лужицей. Мы поняли, что приехали правильно. Турагентство.

Я подёргала папу за рукав.

– Пап, та машина едет за нами от самых Куличек. Я давно обратила внимание.
–  Я показала на парковку, где сразу вслед за нами притормозила чёрная пузатая беэмвушка.
–  Что это, как думаешь? Нас преследуют?

– Танюша, глупости, - покачал головой папа.
–  Кому мы нужны? Пойдём.

И мы пошли дальше, к зданию с пальмой. Но вы, уважаемые читательницы и читатели, пожалуйста, запомните этот момент. И фотку с чёрным BMW тоже приколите где-нибудь в памяти кнопкой. Мы ещё к этому вернёмся. Правда, гораздо позже. Но так надо, поверьте.

3. Консультант-лаборант

Когда мы вошли в дом 8 строение 1 А, у меня неожиданно зачесался глаз. Левый. И правая ладошка. Папа не верит в приметы, а то бы я у него спросила: к чему бы это?

На двери офиса 111 полосками скотча был приклеен обыкновенный лист формата А4. Мятый, немного надорванный сбоку. А там - жирнючий шрифт и громадные буквы:

Туристическое агентство «Жан Паспарту»

Мы исполним ваши самые заветные мечты!

Дверь была приоткрыта. Папа занёс кулак, но я сказала:

– Зачем стучать? Войдём.

– Невежливо, - постарался урезонить меня папа, но было поздно. Я толкнула дверь.

Белые пластиковые стены, стол, кружка с торчащей из неё ложкой и надписью «Михаил»… Вентилятор на штативе, жалюзи… А на полу, покрытом линолеумом в цветочек, в позе трупа, как в детективах, с подогнутой ногой и лицом вниз, лежит человек. Мужчина. Чёрные отутюженные брюки, белая офисная рубашка и тёмные носки в красный ромбик. Я почему-то всё это запомнила.

– Что это, пап?
–  холодея от страха, спросила я.

– Не знаю, - неуверенно ответил отец.
–  Может, стоит набрать ноль два?

«Труп» неожиданно вскочил.

– Простите… Ужасно неловко… - растирая мятое лицо, сонно пробормотал он.
–  Простите ещё раз… Прилёг на минутку… Тут же уснул.

– Прямо на полу?
–  всё ещё не в силах отойти от произведённого впечатления, спросила я.

– Кровать принести как-то неловко. Что подумают клиенты? Поэтому иногда улучаю свободную минуту и располагаюсь на полу. Он у нас чистый. Каждое утро приходит уборщица. Итак, я слушаю вас.

– Пап… - обернулась я к отцу, реакции которого были не такими быстрыми, поэтому он всё ещё молчал, пытаясь, видимо, сообразить: как это можно спать на рабочем месте?
–  Пап, ты слышишь?

– Да, мы к вам по делу, - очнулся наконец мой родитель.
–  Хотелось бы на январских праздниках куда-нибудь отправиться. Ну, вы понимаете.

– К морю, на солнышко?
–  улыбнулся турагент. Только тут я заметила у него на бледно-свекольной и обветренной шее свисающий на ленте бейджик:

Миша

Консультант-лаборант

Признаться, эта добавочка - «лаборант» - меня слегка смутила. Ну, «консультант» ещё куда ни шло, с этим ясно. А вот «лаборант»… На вид Мише было что-то около сорока лет: седоватые виски и пробивающаяся тёмная щетина на впалых щеках.

– Да, к морю, - согласился отец.
–  Туда, где теплее. Но так, чтобы не слишком дорого. Мы, знаете ли, с женой скромные госслужащие.

– Понимаю, - ответил Миша и перебрался к столу. Выдвинув из него ящик, он стал выбрасывать перед нами, как игральные карты, рекламные буклеты.
–  Бали, Маврикий, Испания, Золотые пески… Белокуриха… Это уже наши, родные широты…

– Знаю.

– Выбирайте. Всё, что вам понравится. Мы исполним все ваши заветные мечты. Видели на двери? Подберём отель, забронируем места на авиарейс…

– Дайте для начала прайс-лист, - остановил его папа.
–  Хотелось бы ознакомиться с ценами.

– Минуту, - проговорил консультант-лаборант и, уставившись глазами удава в монитор, защёлкал мышью. Извергая распечатанный лист, очнулся и зажужжал принтер.
–  Вот, - подавая бумагу, сказал Миша, - полный перечень услуг. Справа, в последнем столбце - цены. Цены указаны вместе с НДС.

– Спасибо, я разберусь, - ответил папа, вытер платком лоб и уселся, держа лист перед собой.

Я села рядом.