Чтение онлайн

Кстати, в «Известиях» Сидорович своей внешней милой оболочкой никого не обманул. Коллеги из этой газеты сразу его раскусили — говорили, что «этот прохиндей всё время хотел что-то стырить». Там работало много бывших НТВэшников на высоких должностях, а от «Известий» к тому времени остался только бренд, саму газету читать — тратить время и расстраиваться. Но Сидорович чувствовал себя там очень хорошо — почти вся «джинса» (то есть проплаченные, заказные статьи) в газете проходила через его руки. Но если Сидорович где-то чувствует себя хорошо, там должно быть много других, кто чувствует себя плохо. Почти «закон Сидоровича». Недовольны в основном были сотрудники газеты, писавшие эти заказные статьи по указанию начальства — Сидор и компания забирали себе две трети от суммы. Это ещё если повезет авторам. Вот они и возмущались. Однако оргии — как передавали коллеги — стали менее шумными, менее публичными. По сравнению с НТВэшными — даже безобидные.

А в 2009 году Игорь Сидорович вдруг возглавил дирекцию информационной службы МТРК «Мир». Этот телеканал рассказывает только о хорошей жизни на пространстве СНГ, но я не знаю в России людей, которые его смотрят. Кстати, если у человека есть деньги и он хочет, чтобы его хорошую жизнь показали в эфире — на «Мире» самые низкие цены. Свой бюджет там очень хороший. А раз есть бюджет — его необходимо потратить. Будут там лучше работать или не будут работать вообще — бюджет будет до тех пор, пока руководители одиннадцати постсоветских стран имитируют существование Содружества независимых государств и, чтобы нас убедить в этом, ежегодно тратят наши же деньги на этот телеканал. А там, где тратятся чужие деньги, такие как Сидорович не могут чувствовать себя плохо.

Source URL: http://ostankino2013.com/goluboj-ogonek.html

У Владимира Путина друзей много. Люди они разные. Общее у них одно — все они любят власть. Большинство из них — патологически. Это болезненное отклонение особенно активизировалось у них после 99-го года, когда к ногам ВВП свалилась огромная страна. Может при других обстоятельствах его друзья остались бы — или стали бы — нормальными людьми. Но тут у них поехала крыша. Ведь власть — как деньги. Не заработал потом и кровью, досталась легко — вскружит голову, опьянит, сломает.

Виктор Черкесов — это, может быть, самый характерный тип среди этих друзей. Дружба с Путиным — его единственная реальная заслуга в жизни. Все остальное — несправедливое везение. Серый, не харизматичный, бездарный в тактике, занудливый. Но весь во власти всепоглощающей любви в его душе. Любви к самому себе. При этом он осознает, что большинство окружающих это великое чувство не разделяют, что очень нервирует Черкесова. Более того, от этого он становится невменяемым. Ещё себя он считает «чекистом, что дальше, как говорится, некуда». В обществе людей без погон такие, как он, чувствуют себя неуютно, теряются. Как относиться к собеседнику, если не знать, кто он по званию, к какой касте принадлежит? Кто враг, кто свой, а кто — начальство?

В советское время Черкесов работал в 5-м отделе ленинградского Управления КГБ — боролся с инакомыслием: с диссидентами, правозащитниками, с советскими феминистками, а также за распространение политических анекдотов. Ну, и со шпионами. Многих, правда, потом реабилитировали. Популярность к нему пришла в 1988 году. В разгар перестройки, когда уже всё было понятно с официальной идеологией, он инициировал последнее в Советском союзе уголовное дело по 70-й статье УК РСФСР («Антисоветская агитация и пропаганда») — дело ленинградского отделения партии «Демократический союз». Черкесов созвал пресс-конференцию — мол, вот он раскрыл заговор антисоветчиков. И в доказательство торжественно показал шпионскую технику — чудо мысли вражеских спецслужб — с помощью которой якобы можно посылать секретные материалы за рубеж. Это был найденный дома у правозащитника Юлия Рыбакова… старенький факс. Было смешно. Первый опыт Черкесова в пиаре был неудачный.

Его постсоветская карьера — мечта любого чиновника. Стать свадебным генералом — ни за что не отвечать, но иметь статус. Благодаря поддержке друга Черкесов возглавил Управление ФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, потом получил должность первого заместителя директора ФСБ. А в 2000 году стал полпредом своего друга Путина в Северо-Западном федеральном округе. Любимое времяпровождение Черкесова в рабочее время — парадные совещания, «круглые столы», выступления ради выступления. Иногда он забывает о дежурных приемах и встречах и бросается искать врагов — внешних, и внутренних. Если даже их нет, он их находит. Враги у него лично-государственные — то есть все его личные враги вдруг становятся и врагами государства. Многие из них тоже «чекисты, что дальше, как говорится, некуда».

Во внерабочее время Черкесов пытается превращать свой статус в деньги. В этом ему помогает его жена Наталья Чаплина, в прошлом — экзальтированная ультралиберальная журналистка, а теперь владелец информационного агентства «Росбалт». Кстати, с ней он познакомился тоже благодаря Путину. Через жену Черкесов получает заказы на лоббирование и оплату. А еще её ребята из «Росбалта» стали известны тем, что могут навязать свои услуги по рекламе той или иной бизнес-структуре. Правда, делают они эту рекламу грубовато, без лишнего креатива, но куда же денешься? В 90-е так действовали крепкие молодые люди — навязывали свои услуги по безопасности бизнеса. Ещё у четы процветает бизнес по торговле нефтью.

Живи и радуйся, что ещё нужно? Но Черкесов с детства мечтал стать главным чекистом в стране. До 90-х в этом он боялся признаться даже самым близким. В 2000-х — стал рассказывать об этом уже всем. Ну, очень хочет человек свою армию.

Обычно в политике удерживают свои позиции, лавируя, сталкивая других игроков, не давая им усилиться. А Путину приходится сталкивать своих друзей, чтобы выжить. Черкесов ведь не один. Чтобы хоть как-то успокоить своего друга, летом 2003 года Путин создал под него Государственный комитет России по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ (Госнаркоконтроль). Это был царский подарок за налоги граждан: штат — 40 000 сотрудников, центральный аппарат — почти две тысячи. Потом, кстати, Черкесов добился и переименовал ведомство в ФСКН. Хотя это не ФСБ, не ФСК, но тоже приятно и похоже звучит. Друг на время успокоился.

В День знаний 1 сентября 2003 года у Виктора Черкесова была запланирована выездная пиар-акция. Её жертвами должны были стать дети из школы № 23 подмосковной Балашихи. Рано утром в семь утра нас, журналистов, собрали перед входом в здание Госнаркоконтроля России на Маросейке, 12. Коллег было много — телевизионщики, газетчики. Ну и, конечно же, сотрудники информагентства «Росбалт». Все зевали и ругались за такое раннее задание. Здесь же стоял и курил со знакомыми операторами Яков Бранд, доктор медицинских наук, завотделением Института им. Склифосовского, известный в народе как Доктор Бранд, ведущий программы «Без рецепта» на НТВ.

Подошла какая-то девушка, небольшого роста и стала нас активно инструктировать. Представилась как Майя Анатольевна. Выяснилось — это глава Управления общественных связей Госнаркоконтроля Майя Иванова, по-нашему «пресс-сек» [1]. Если бы она в тот момент еще и призналась, что в звании полковника (!) полиции, то я бы окончательно проснулся.

— Вот вы с НТВ? Ведь так? А можете снять проезд кортежа Виктора Васильевича? Как он будет ехать по Москве, по Подмосковью? Подъезжать к школе?

— А зачем? — поборол я красивый зевок.

— Как? Вы это покажете по телевизору, — удивился невыявленный полковник. — Людям это интересно! Оператор может высовываться из окна машины во время езды…

— Вы так думаете? — ответил я вместо «Да кому эта хрень нужна?!». — Людям интересно, как Черкесов ездит по Москве?

— Ну, смотрите! — обиделась она. — Потом я не буду просить Виктора Васильевича!

Наконец, из здания вышел и Виктор Васильевич. В принципе, что-то такое я и ожидал увидеть. У него лицо правильного мальчика. Чистенького, аккуратненького, зализанного. Черты хрупкие, нежные. И весь какой-то на взводе, дёрганный. С нами он даже не поздоровался, лишь наградил быстрым пустым и равнодушным взглядом. Вокруг него угодливо засуетились подчиненные и охрана. Черкесов задержался. Видно было — он почти не слушает, что ему говорят, а погружён в себя и наслаждается утренним теплом лести. Вдруг пуп земли высокомерно отмахнулся от свиты, нервно «в никуда» крикнул, чтобы все следовали за ним, и влез в свою машину.