Мои порочные отчимы
Шрифт:
– Твой ротик течёт по мне также обильно, как и твоя сладкая киска, - голос Сэма безапелляционно требователен.
– Мне… мне страшно… - запинаясь начинаю я. – Я ещё никогда не делала ничего подобного…
Поднимаю взгляд вверх. Надеюсь увидеть в глазах Волка хотя бы намёк на сострадание, но, к своему ужасу, замечаю там лишь неприкрытую похоть.
– Давай же, милая, отпусти себя, - голос Сэма почти нежен. Он подталкивает мою голову вперёд, и я касаюсь сжатыми губами головки члена. – Сделай всё сама. И я… - он прерывается, когда мои губы чуть приоткрываются. Шумно выдыхает. – Я разрешу тебе кончить.
Адреналин разносится по венам. Он будоражит кровь. Лишает способности трезво мыслить. Я должна боятся! Ведь должна же! Мама учила меня, что я должна бояться мужчин… не должна им позволять и сама хотеть…
Губы внезапно распахиваются, когда Сэм давит мне на шею. Он делает встречное движение бёдрами вперёд и… чуть солоноватая головка погружается ко мне в ротик.
Хочется охнуть от неожиданности, но теперь уже мне это не удаётся – губы плотно натянуты вокруг импровизированного кляпа, который задерживает все звуки и... с каждым движением бёдер начинает продвигаться всё дальше и дальше…
ГЛАВА 13
Дин
– Ты охуел? – мой грозный рык разрывает тишину у бассейна. Тишину, в который слышен был лишь один звук, причмокивание, с которым ротик нашей невинной овечки заглатывал болт этого мудака Сэма.
Вот ведь мать его за ногу! Сука!
Пока я там решаю наши дела с Дамиром, этот придурок мало того, что шлюшек привез, так еще и решил попользовать нашу малышку падчерицу!
Блядь, не слов!
Подлетаю, толчком отпихиваю его в сторону.
Сэм смотрит на меня удивленно.
– Я спрашиваю, ты охуел, брат? Ты что творишь?
– А ты что творишь? Если я делаю, значит знаю, что делаю! Пора обучить нашу маленькую гостью некоторым вещам!
– Я тебя сам обучу сейчас, понял? Кретин!
Толкаю его, отправляя прямо в бассейн. Брызги разлетаются во все стороны. Сэм выныривает, орет на меня.
– Ты гандон, Дин! С хрена ты обламываешь?
– Заслужил! Остынь. Потом приводи себя в порядок и поднимайся в кабинет, дело есть.
Поворачиваюсь к Лане.
Мать твою… малышка, в разорванной футболке, мокрая, дрожащая… из закрытых глаз текут слезы.
Осторожно поднимаю ее, обнимаю, она всхлипывает в моих руках, дрожит, пытаясь отстраниться.
– Тише, тише… - рука сама по голове её гладит.
– Все хорошо. Он тебя не тронет, успокойся.
– Он не тронет, - шепчет она так, что я с трудом могу расслышать.
– А ты?
Я?
Хм, надо подумать… Я бы, конечно, с удовольствием потрогал. Тем более, мой член стоит по стойке смирно с того мгновения, как я увидел ее стоящей на лужайке, и облизывающей ствол этого везунчика Сэма.
Блядство. Я ведь прервал их милый урок страсти не потому, что мне стало жаль девочку. Хрен там! Я просто позавидовал Сэму! Тому, что его член оказался первооткрывателем этого милого ротика…
Беру Лану на руки.
– Отнесу тебя в комнату, ты замерзла.
– Я… я могу сама пойти…
– Куда ты пойдешь в таком виде?
– Я могу взять полотенце.
– Не надо, - понимаю, что голос хрипит от того, что я сдерживаю себя. И мой каменный болт, поднявшийся до пупа, она точно чувствует.
– Ничего не будет, - из объятий не выпускаю и стискиваю зубы.
Заверяю скорее себя, чем её. Почти клятву даю, бля.
Пока несу ее в комнату, вспоминаю разговор, который был у меня с Дамиром…
Я сообщил, что видео отправлено, получено, и даже просмотрено.
Но мамаша нашей Ланы, Ольга, молчит.
Молчит, падла! Прекрасно понимая, что ее дочь в опасности!
Дам объясняет, что прощупывает почву. Ясно, что Орел засуетился. По каналам прошли месседжи, что Лану ищут. Но ищут, сука, совсем не там!
– Динар, они уверены, что девчонку взяли, чтобы продать на аукционе подороже.
– Блядь, мы же выставили мамаше четкие требования?
– Мне кажется, - Дамир сидит, сцепив пальцы, закрыв глаза, я вижу, что он явно дико устал, - кажется они думают, что ваше сообщение – блеф. Что вы тупо пытаетесь разыграть левую карту, пока сами сдаете себе козыри.
– Не понимаю, зачем Лану продавать на аукционе?
– Не понимаешь? Реально, Дин? Ну, во-первых, за такую зайку как ваша Лана можно реально получить хорошее бабло. Она красивая, невинная, ебабельная. Такую трахать одно удовольствие, даже неопытную. Ты же знаешь, сколько извращенцев в нашем кругу. Только представь, как они раскладывают ее, такую несчастную, трясущуюся от страха, плачущую…
Блядь, Дамир, сука, словно нарочно говорил мне это! Я ощущаю волну неконтролируемой ярости! Ни одной падле не позволю так поступить с нашей девочкой!
Стоп. Что я говорю? С нашей? Она не наша! Она нужна нам, чтобы вернуть бабло. А что с ней будет потом меня не волнует…
Нет, блядь, волнует. Очень волнует! Я… я хочу защитить ее. Прикрыть собой, как щитом. Именно. Именно этого ты и хочешь, Динар! Накрыть ее собой как щитом. Придавить этим щитом к кровати, так, чтобы не сбежала и...
Твою ж мать.
Дамир явно читает мои мысли, потому что похабно ухмыляется.
– Это еще не все, брат. Девочка стоит дорого не только потому, что целочка. А еще и потому, что это целочка Орлова! Сечешь?
Сука, он прав! За ней будет настоящая охота, если кто-то вздумает выставить ее на торги. Девка, которую хотел взять в жены сам Орел!
Да ее же будут трахать и записывать на видео, чтобы отправить момент триумфа всей братве!
Нагибая ее – нагнут Орла!
– Так, блядь… и что делать, Дам?