Чтение онлайн

Глава третья

Прошло четыре месяца. Жизнь шла своим чередом. Наша переписка окончательно разожгла сердца, и пламя любви ни на секунду не угасало в моём сердце. Осень уже давно уступила свои права матушке зиме. За окном не кружили хороводом листья, а падали лёгкие пушистые хлопья снега. Чувствовалось приближения Нового Года. Этот праздник я полюбила всем сердцем ещё в детстве. Запах мандарин и ёлки, навсегда остался в моей памяти, и каждый год радостно будоражил душу. Свою переписку с Сергеем я не афишировала, понимала, что Светка не одобрит моего поступка. Я решила, маленькая тайна никак не повлияет на нашу дружбу, моя личная жизнь, — это сейф, куда даже близким подругам заглядывать вредно, а то ещё умрут от завести и любопытства. Я вновь зажила нормальной жизнью, и каждый день наслаждалась гармонией в своей душе. Странно, но всё вокруг утихло. Не было больше Чёрного, не было так же и не прошеных визитов. Будто все про меня забыли, интересно, как можно вот так спустить полмиллиона долларов? Естественно, здесь кроется очередной подвох, интуиция подсказывала мне. Упиваясь своим счастьем, я растеряла чувство осторожности и напрочь забыла, что располагаю такой бешеной суммой денег. В сущности я особо не переживала по поводу денег, так-так была богата духовно. Да и за свою безопасность переживать не приходилось. Очень часто бывают моменты, когда я ощущаю за собой слежку. Стоит лишь обернуться, как мои преследователи глушат мотор и останавливаются. Вот, к примеру, месяца два назад у меня на хвосте целыми днями дежурила «БМВ», а последние два месяца дежурит «Ланд Крузер». Я привыкла, а значит, не чувствовала опасности. Моя стойкая жизненная позиция — хочешь быть счастливым будь им, помогала преодолеть все страхи и сомнения. Каждый новый день, я жила, дышала любовью в надежде на встречу со своим любимым. Новый день пробуждал новые желания, новые надежды и великую непоколебимую веру в успех и счастье Вихрь благотворной энергии, заряжал могучей силой духа, и пробуждал неиссякаемое желание — жить, любить и дарить радость всем окружающим людям. Азарт подогревался предвкушением встречи, о которой я бредила и днём и ночью. Непременно хотелось увидеть человека, с которым связывает гораздо больше, чем простое общение, — эта связь ещё настолько тонка и едва ощутима, любое неосторожное вмешательство способно разрушить всё до основания. Мне казалось, что за спиной выросли крылья, я парю. Уверенность буквально волнами исходила от меня. Я удивлялась, что окружающие люди замечают, парение моей души. Всё шло, по течению, а мне уже было мало одних писем. Всё о чём я мечтала, — это услышать хотя бы голос любимого. Долгими скучными зимними вечерами я доставала пачки писем и перечитывала. Иногда злость переполняла меня, и доходила до глубокого отчаяния, почему этих строчек так мало, почему расстояние между нами разделено на года? Тысячи, почему одолевали меня не раз. К сожалению, не менялось ничего, кроме моей тоски.

— «Проклятая жизнь!» — думала я, лёжа на спине, морща лоб, и повторяла, словно в полудрёме:- «Проклятая жизнь!». Что это за жизнь! Жизнь, в которой существуют сплошные разлуки и разочарования, в которой за минутное счастье приходится расплачиваться вечностью. Я открыла глаза и уставилась в потолок. Причём здесь жизнь? Скорее всего, дело в выборе, моём выборе. Ведь каждый сам творит свою жизнь. Это заблуждение, что все люди живут в одном мире. Мы все живём именно в том мире, который создали себе сами. Я потянулась, прогоняя остатки сна. Бросила взгляд на будильник. Без четверти восемь. Можно ещё полежать. И поразмышлять о жизни. Да, ну! Ерунда! Я тихонько рассмеялась. И с чего в голову ползёт весь негатив? У нас обязательно будет встреча, это даже не обсуждается. Пройдёт полгода, Серёге дадут свиданку. Просто немножечко набраться терпения и подождать. Надо вставать. Работу ещё никто не отменял. Вспомнив, что сегодня у меня две пары с десяти часов, я расслабилась, но что-то не давало покоя. Чувство тревоги не покидало. И вдруг я вспомнила: сегодня проверка из Гороно. А значит, тем более следует быть в форме. Я вскочила с дивана, заправила постель и пошла, делать гимнастику, потом полетела в ванную. Душ контрастный чтобы войти в гармоничное состояние. Помыть голову. Потом наложить крем. Без крема уже никуда. Лет восемь назад я могла не вспоминать неделями о нём, а сейчас не намажешься — будешь чувствовать себя отвратительно. Выйдя из ванны, я мельком взглянула на своё отражения и осталась довольна. Проверка. И скорее всего, начнут с начальных классов. Бумаги вроде в порядке, дети предупреждены. Вспомнилось, что я не успела подготовить квартальный отчёт по успеваемости. При этой мысли кольнуло сердце. Как же так! Я всегда ответственно относилась к работе, а, получается, подведу всю администрацию школы. Я попыталась взять себя в руки. На счёт раз, два, три, сделала глубокий вдох, а затем выдох. Главное не паниковать. Угораздило же меня вспомнить об этом сейчас! Я раздражённо застегнула блузку."Не о том думаешь, Танечка, смени пластинку,»- приказала я сама себе. Накинула шубу, схватила сумочку и выскользнула из квартиры.

Итак, моя последняя надежда Светка. Всё в порядке, если она ответит. Её мобильник молчит, — значит на уроке. С этими мыслями я спустилась по лестнице, вышла из подъезда, села в машину и покатила на работу. Чёрный «Лэнд Крузер» не отставая следовал за мной. Я посмотрела в боковое зеркало и помахала рукой.

Приехав в школу, я сразу прошла по коридору и постучала в Светкин класс. Дверь открылась, но к моему удивлению на пороге стояла Вера Степановна. Вид у неё был расстроенный. Она вышла, плотно закрыв за собой дверь. Приподняв очки, она уставилась на меня:

— Здравствуйте, Танечка — кивнула она. — Вы что-то хотели? У меня урок, меня ждут ребята.

Я, молча, кивнула, растерянно пожала плечами, а затем, опомнившись, спросила:

— Вообще — то я пришла к Светлане Сергеевне.

Лицо Веры Степановны сделалось настолько грустным, что в душе неприятно кольнуло.

— Танечка, а вы ничего не знаете?

Я остолбенела. У меня замерло сердце.

— Что случилось? — спросила я.

— У меня плохие новости. Я даже не знаю, как вам это сказать. Вы, насколько мне известно, подруги.

— Говорите, как есть, только ради бога не тяните.

— Утром нашу Светочку сбила машина.

— Светку?!

— Светлану Сергеевну.

— Она жива? Что с ней?

— Она в больнице в тяжёлом состоянии. Ещё час назад должны были оперировать. Муж её звонил.

— Где она? В реанимации?

Вера Степановна тяжело вздохнула.

— Там.

Взяв точные координаты больницы, я помчалась к директору, чтобы уладить вопрос отгула на сегодняшний день. Директор без лишних слов подписала моё заявление. Я пулей выскочила из школы, села в машину и быстро домчалась до больницы. Я старалась держать себя в руках, но тело содрогалось, хотелось кричать, что есть сил.

«Да, не трясись, ты так" — уговаривала я себя. — «Главное, что она жива. А может уже и нет». От этих мыслей похолодело в душе. Ноги меня не слушались. Душа дрожала, содрогаясь от боли. Я не успокоюсь, пока не увижу её, и не узнаю, как прошла операция, и как это случилось.

В коридоре я встретила Светкиного мужа и свекровь. Буквально следом за мной появилась Светина мать. Она промчалась мимо меня, как ошпаренная. Я подошла к родственникам и дрожащим голосом спросила:

— Как это случилось?

Светкин муж выглядел плохо и вытирал пот со лба. Вряд ли он сейчас обратил на меня внимания. Мне даже показалось, что он ничего и никого не видит и не слышит. По всей вероятности он находился в шоке и не собирался отвечать на мой вопрос. Он сидел, уткнувшись глазами в пол, и думал о чём-то своём. Пояснила ситуацию свекровь. Она выплюнула какую-то таблетку изо рта и испуганно произнесла:

— Полицейские говорят, что её сбила машина похожая на Джип. Даже осмелились предположить, что наезд не случайный.

Я почувствовала, как задрожали ноги, стало трудно дышать. Глубоко вздохнув, я спросила:

— Как? Что значит не случайный?

— Значит, что Свету сбили умышленно, заранее зная, где она пойдёт. Там и разогнаться негде. Ей повезло, машина ехала на не большой скорости, — еле сдерживая слезы, произнесла свекровь, затем медленно опустилась на скамейку и, закрыв лицо руками, заплакала.

Получается, что за Светкой следили, от самого дома, и сбили специально, когда она переходила улицу. Господи, ну зачем и кому это понадобилось? Вдруг мне вспомнилась Светина улыбка, такая добрая и лучезарная. Как она была счастлива, когда родился Владька! Вот мы встречаем её с роддома, вот акушерка отдаёт ей сверток. Она осторожно принимает Владьку и прижимает к своему сердцу. В этот момент её глаза светятся счастьем, а губы расплываются в улыбке. А ещё я вспомнила прошлый Новый год, когда мы с ней водили хоровод под ёлкой, и орали во всё горло песни, а потом весело катались с горки и наш звонкий смех разносился по всей улице. Мы были неимоверно счастливы, а так же много мечтали. Наши заоблачные мечты уносили нас далеко за пределы нашей Родины. От воспоминаний в голове помутнело. Слёзы душили. Я собрала всю свою волю в кулак, и смахнула слёзы.

— А, вы уверенны, что это умышленное покушение?

Тут вмешался Артём. Он поднял голову и посмотрел мне в глаза.

— Уверен. Сначала я не поверил, но полиция ГИБДД передала дело в уголовный розыск, так-так у них нет сомнений, что покушение носит заказной характер, — мрачно произнёс он.

— Когда это произошло?

— Утром. Сразу, как только Света стала переходить дорогу, она и понять ничего не успела. Удар мгновенный. Машина скрылась. Один свидетель нашёлся, говорит: Джип чёрный стоял минут пять, а когда девушка переходить дорогу стала, рванул с места и проехал по ней. Он так опешил, что и номеров не успел запомнить, а когда опомнился, вызвал ГАИ и скорую.

— Понятно. Теперь скажи, как её состояние?

— Тяжёлое. Основной удар пришёлся на голову и позвоночник. Множество ушибов, переломы двух рёбер, открытая черепно — мозговая травма. Частичное кровоизлияние в мозг, перелом позвоночника.

— Что за операцию ей делают?

— Что-то нейрохирургическое.

— Жить будет?

— Я ничего не знаю. Сейчас скажут, когда закончится операция.

— Артём, надежда — то есть?! — закричала я, и затрясла Тёмку за плечи.