Чтение онлайн

6. Дантесовская пуля застряла у Пушкина в области живота, «брюха», как выразился лечивший его медик.

7. Намек на стихотворение А. Блока «Шаги командора», замечательное исполнение которого Багрицким записано на пленку.

8. Блоковскую поэму «Скифы» Багрицкий с огромным воодушевлением и силой прочел в 1921-м году в Одессе на вечере памяти Блока.

То было голодное и тифозное время, когда Ленин сказал: «либо вошь победит социализм, либо социализм победит вошь».

9. «Облако в штанах» — одна из ранних и наиболее замечательных поэм Маяковского.

Багрицкий очень рано, одним из первых в Росси, принял и признал Маяковского. Уже в 1915 году в сборнике <«Авто в облаках»> было напечатано его стихотворение «Гимн Маяковскому», где он, между прочим, говорит (……..). В 1920-м году, на большом литературном вечере, когда какие-то эстеты пытались нападать на Маяковского, Багрицкий вскочил на трибуну и исступленно закричал, что Маяковский не только великий поэт, но и великий пророк, в доказательство чего прочел следующие строки Маяковского (очевидно, сознательно изменив слово «шестнадцатый на «семнадцатый, хотя и так эти строки, написанные в 191<5> году, были достаточным пророчеством): «где глаз людей обрывается куцый, главой голодных орд, в терновом венце революций грядет семнадцатый год».

«Проувертюрить» — то оттого, что «Облако в штанах» было увертюрой к грандиозному творчеству Маяковского, то ли оттого, что Багрицкий очень любил начало этой поэмы, ее увертюру… толком объяснить не могу, но чувствую, что это слово здесь на своем месте.

Между прочим, кое-кто пытается теперь сравнивать этих двух поэтов, вызывая ожесточенные протесты со стороны поклонников Маяковского и провоцируя обиженных за него на чрезмерное снижение роли Багрицкого. Кстати, сам Маяковский, по слухам, называл Багрицкого «лучшим из краснонивских». Этих поэтов вообще нельзя сравнивать, они слишком различны. Для наглядности достаточно, пожалуй, сравнить, что и как говорит о весне Багрицкий в своем стихотворении «Весна», с тем, что и как о ней говорит Маяковский в своем стихотворении, носящем то же название. Для того, чтобы сравнивать этих столь непохожих поэтов, их пришлось бы какими-то противоестественными приемами приводить к общему знаменателю. Несомненно, числитель Маяковского тогда оказался бы большим, нежели у Багрицкого. но в том-то и дело, что от этого приведения к общему знаменателю и тот и другой перестали бы быть самими собою, и налицо были бы два совершенно нереальных выдуманных поэта.

12. Киплингом — его стихами и рассказами о природе жарких стран — Багрицкий очень увлекался [298] .

13. О молчаливости рыб Багрицкий говорит патетически в своем стихотворении «Ода».

[Тело Багрицкого было предано сожжению в Московском крематории.]

14. 2-я строка — парафраза строки из стихотворения «Птицелов», где говорится о мире «зеленом снизу».

Несколько лет, за неимением квартиры в Москве, Багрицкий прожил в подмосковном селе Кунцеве. Перед его домом стояла сосна, которая фигурировала в его болезненных сновидениях, отраженных в стихотворении «Бессонница», «Папиросный коробок».

15. Голос Багрицкого записан на пленку.

Ираклий Андроников — замечательный чтец и имитатор, с громадным успехом шаржирующий современных деятелей науки и искусства и просто простых смертных.

20. Багрицкий всегда восторгался личностью Петра. Однако, кроме строки о кошачьем крутоскулом лице («Чертовы куклы»), он, кажется, ничего ему не посвятил.

21. В первом Азовском походе Петр носил звание бомбардира.

Командир Котовский воспет Багрицким в «Думе про Опанаса».

Чапли (б. Аскания-Нова) — огромный украинский заповедник (недалеко от Перекопа), где водятся многие экзотические, главным образом, африканские животные, в том числе своеобразная по внешности антилопа гну, походящая телом на лошадь, ногами на лань, а головой на буйвола. Чапли в гражданскую войну были ареной боев, и их животное население сильно тогда пострадало. На животных даже охотились.

22. Панько — так называет Багрицкий Опанаса в начале своей поэмы.

«Гривун» — слово, употребленное Багрицким при описании лошади Опанаса.

23. См. примечание к строфе 23-й Вступления.

Попов Луг упоминается в «Думе про Опанаса».

Конец комментариев

Преодоление влияния допролетарской культуры далось мне не сразу. Пожалуй, оно вполне еще и не далось. Между нашей действительностью и тематикой многих моих произведений (а также их оформлением и самой трактовкой тем) был разрыв. Рост моего политического самосознания на протяжении ряда лет опережал мою литературную практику. Угол расхождения граней этого разрыва за последнее время начал, однако, уменьшатся. Это нетрудно усмотреть из настоящего сборника. Наличие в нем вещей, написанных в разные годы и расположенных в хронологическом порядке, должно дать представление о диалектике постепенного формирования моего мировоззрения и о влиянии этого формирования на мою литературную работу. Сопоставление различных частей этого сборника должно показать, что для советского писателя перестройка в сторону приближения к нашей действительности совершенно неизбежна, и, раз начавшись, она должна всё более и более приближать его работу к повседневным задачам нашего социалистического строительства. В этой связи сожалею о том, что не успел включить в настоящий сборник своего стихотворения «(Техника х Чутье)» и некоторых других вещей, написанных в последний период.

Бумеранг

I

Стриж

Дорога

Песок

Ярость предков

Пир Петра

Морская болезнь

Ворон

Урожай

«Муза»

Словарь и песня (см. «Тоскуя»)

Москва

Царская ссылка

II

Два вала

Горы

По следам весны

Экскурсия

Ахштарское ущелье

Стиль «a la brasse»

Мир

Свершитель треб

Обреченный (см. «Зверь»)

Косноязычье

Акробат

Ярославна

III

Ночь в Феодосии

Балаклава

Бахчисарай

Великий ветер

Гриф

Сфинксы

За окном

Убийство посла

Алай (см. «1914–1931»)

IV

Вуадиль

Фергана

План

Товарищи, Российская Ассоциация пролетарских писателей пригласила меня к участию в работах поэтического совещанию, так было сформулировано полученное мной письмо. Меня Ассоциация просила принять участие в работах совещания. Я думаю, что если бы она не обратилась ко мне с такой просьбой, то я обратился бы к ней с просьбой хотя бы разрешить мне присутствовать на заседаниях поэтического совещания, потому что я, как всякий, стоящий вне РАПП'а, с величайшим вниманием, вполне РАПП'ом заслуженным, присматриваюсь и прислушиваюсь ко всей его работе, чем дальше, тем больше.

Поскольку меня на совещание не только допустили, но и пригласили, я думал, что будет несомненно создана обстановка для работы спокойной, деловой благотворной.

Не думал я, что на мою творческую работу будет обращено внимание, я знал, что перед РАПП'ом очень много важных вопросов стоят в значительной мере еще не разрешенными, но, допуская мысль, что в какой-то мере моя работа будет затронута, я не думал, что, будучи затронутой, эта работа встретит большую поддержку, что очень мягко будут ее будут критиковать. Я знал, что критика будет жесткой и заслуженной, но никак не думал, что меня будут ругать великодержавной шовинистической сволочью. Не знал я вообще, что такие бранные слова будут употребляться на таком серьезном собрании (смех). Это по меньшей мере, мягко выражаясь, негостеприимно. (Смех). (Авербах: вот это, пожалуй, верно). Я попрошу принять во внимание реплику товарища Авербаха и зафиксировать ее в стенограмме.