Чтение онлайн

– Что с тобой стряслось? Какая беда помешала тебе принести вату? И может заодно скажешь, где ты находишься, чтобы я смогла приехать и собственноручно придушить тебя!

Я хлопнула себя по лбу.

– Я думала, тебя похитили! – не унималась Ви, - Я думала, что на тебя напали! Я думала, что тебя убили!

Я пыталась отыскать в темноте часы, нечаянно задела одну из фотографий, стоящих на тумбочке, и все они повалились друг за дружкой как домино.

– Я вроде как задержалась, - пробормотала я, - когда я вернулась, вас уже не было.

– «Задержалась»? Это что за отмазка такая?

Взгляд, наконец, сфокусировался на красных цифрах на часах. Было начало третьего ночи.

– Я целый час кружила по стоянке, - говорила Ви, - Эллиот ходил по парку, показывая всем твою фотографию, у меня была только одна на моем телефоне. Я пыталась дозвониться до тебя тысячу раз! Стоп. Ты дома? Как ты там оказалась?

Я прищурила глаза:

– Патч.

– Патч - преследователь?

– Да, у меня небольшой был выбор, - я постаралась быть немногословной, - ты уехала без меня.

– Как-то ты неспокойно это говоришь. Совсем неспокойно. Нет, не то. Ты взволнована…взбудоражена…возбуждена

Я прямо-таки почувствовала, что у нее глаза вылезают из орбит.

– Он что? Поцеловал тебя?

Я молчала.

– Поцеловал! Я так и знала! Я видела, как он на тебя смотрит. Я знала, что так оно и будет, я за милю это чувствовала!

Я не хотела и думать об этом.

– Как это было? – не отставала Ви, - Персиковый поцелуй? Сливовый? Люцерновый?

– Чего?

– Это был совсем легкий поцелуй, или более крепкий, но только губами, или там и язык был? Ладно, можешь не отвечать. Патч не из тех, кто тратил бы время на прелюдию. Без языка не обошлось. 100% процентов.

Я спрятала лицо в ладонях. Патч наверняка решил, что сила воли у меня отсутствует напрочь. Я ничего не чувствовала, кроме его рук. Я таяла в объятиях как масло. Я была уверена, что как раз перед тем, как сказать ему, что ему пора идти, я выдала что-то среднее между вздохом абсолютного счастья и стоном удовольствия. Это объясняет его нахальную улыбку.

– Давай попозже поговорим, - попросила я, потирая переносицу.

– Ни за что.

Я вздохнула:

– Я смертельно устала.

– Поверить не могу, что ты хочешь, чтобы я мучалась в догадках.

– Я надеялась, что ты забудешь об этом.

– Зря надеялась.

Я попыталась пошевелить шеей, расслабляя затекшие мышцы, чтобы усмирить подступающую головную боль.

– Мы еще едем за покупками?

– Я заберу тебя в четыре.

– Ты же говорила, что не раньше пяти.

– Обстоятельства изменились. Я бы и раньше приехала, если бы смогла отменить семейный час. У мамы нервный срыв, она считает, что из-за ее никудышных родительских навыков, у меня плохие оценки. Надеюсь, что часок вместе избавит ее от этих мыслей. Пожелай мне удачи.

Я закрыла телефон и нырнула в кровать. Я представила бесцеремонную улыбку Патча и его блестящие черные глаза. После нескольких минут, проведенных в бесполезных попытках устроиться поудобнее, я сдалась. Пока я буду думать о Патче, покоя мне не видать.

Когда я была совсем маленькой, крестник Доротеи, Лайонел, разбил на кухне один из стаканов. Он выкинул все осколки кроме одного, который протянул мне и предложил лизнуть его. Мои чувства к Патчу были похожи на то прикосновение к осколку. Я знала, что это глупо. Я знала, что порежусь. После всех этих лет не изменилось одно: меня так и тянуло к опасности.

Я резко села в кровати и схватила свой телефон, включила лампу.

Аккумулятор был полностью заряжен.

Я вздрогнула. Телефону положено быть совершенно мертвым. Как же тогда мама и Ви дозвонились до меня?

Дождь колошматил по натянутым тентам магазинов и потоками выливался на тротуар. По обеим сторонам улицы были зажжены старые газовые лампы. Под сцепившимися зонтами мы с Ви бежали по тротуару под укрытие полосатого розово-белого тента магазина Victoria’s secrets. Мы одновременно встряхнули наши зонты и сложили их уже перед самым входом. Раскат грома вогнал нас в двери магазина.

Я стряхнула воду со своих туфель и поежилась от холода. На возвышении в центре магазина было установлено несколько масляных ароматических диффузоров, они окружили нас терпким экзотическим ароматом.

Женщина в черных слаксах и обтягивающем черном топе шагнула к нам. Вокруг ее шеи змеей обвивался портновский сантиметр, она потянулась к нему:

– Девушки, предложить вам бесплатный обмер…

– Уберите к черту вашу рулетку, - распорядилась Ви, - я знаю свой размер и не нуждаюсь в напоминании.

Я виновато улыбнулась продавщице и поспешила за Ви, которая прямиком направилась в отдел скидок.

– Нечего стесняться четвертого размера, - сказала я ей. Я сняла голубой шелковый бюстгальтер и искала на нем ценник.

– А кто сказал, что я стесняюсь? – возмутилась Ви, - вовсе нет. С чего бы мне стесняться? Все остальные шестнадцатилетние могут похвастаться такими же буферами только если их накачали силиконом, и все об этом знают. Так что у меня нет ни одной причины стесняться! – она торопливо перебирала все подряд, - Думаешь, у них здесь найдется что-нибудь подходящее, чтобы мои малышки не выпадали наружу.

– Есть, спортивные бюстгальтеры, но у них один раздражающий недостаток: они объединяют две в одну, - говорила я, уцепившись взглядом за кружевной черный бюстгальтер, висящий на кронштейне.

Не стоило мне рассматривать белье. Это наталкивало на всевозможные сексуальные мысли. Вроде мыслей о поцелуях. Мыслях о Патче.

Я закрыла глаза и мысленно проиграла прошедшую ночь. Вспомнила ощущение рук Патча на своих бедрах, прикосновения его губ к шее…

Ви застала меня врасплох, приложив мне к груди бирюзовый комплект с леопардовым принтом.

– Вот это бы на тебе хорошо смотрелось, - заключила она, - только надо объем вроде моего.

О чем я только думала? Я подошла к самому краю, чуть не поцеловав Патча. Того самого Патча, голос которого я, возможно, слышала в своей голове. Того самого Патча, который спас меня в момент смертельного падения с Архангела, потому что только это и могло случиться; у меня не было других логичных объяснений. Может быть он каким-то образом остановил время и поймал меня на лету. Если уж он мог проникать в мои мысли, может ему и остальное по плечу. Или, возможно, - при этой мысли холодная дрожь пробежала по позвоночнику, - мне уже не стоит доверять собственному рассудку.