Молдавские сказки
Шрифт:
Скакали они, скакали, да вот конь говорит Петре:
— Оглянись-ка, Петря, не увидишь ли чего за нами.
Петря оглянулся и далеко-далеко увидел что-то вроде стаи журавлей.
— Ну, что видишь?
— Никак стая журавлей летит за нами.
А это табун со дна морского за своим жеребцом бежал. Конь сразу догадался и говорит:
— Ну-ка стегни меня плетью разок, а жеребца стегни дважды да покрепче.
Так Петря и сделал и понеслись они пуще прежнего. Через некоторое время конь опять молвит:
— Ну-ка, Петря, оглянись, не увидишь ли чего.
Оглянулся парень и увидел что-то вроде стада овец.
— Ну, что видишь?
— Никак стадо овец нас догоняет.
— Ладно. Стегни разок меня плетью, а жеребца трижды, да покрепче, чтоб не плелся в хвосте.
И опять они мчались не переводя дыхания, пока конь не велел:
— Оглянись-ка, Петря, не увидишь ли еще чего.
Оглянулся Петря и увидел табун страшных лошадей. Мчатся за ними, землю едят.
— Что видишь, Петря?
— Большой табун страшных лошадей нас догоняет.
— Вот теперь стегни меня плетью дважды, а жеребца четырежды.
Петря послушался и погнал скакунов еще сильнее.
Иляна Косынзяна уже знала, что табун скоро прибудет, и велела загоны построить. Только Петря явился, она всех кобыл в загон загнала, а жеребца в конюшню поставила.
— Вот, — говорит Петря, — доставил я тебе табун.
— Но от меня все еще не избавился. Теперь подои кобыл, вскипяти их молоко в котле и искупайся в нем.
Видит Петря, что Иляна хочет во что бы то ни стало жизни его порешить. Никогда ему еще так горько не было. Пришел он к коню хмурой тучей, а конь его и спрашивает:
— Что с тобой, хозяин?
— Вот что Иляна велела мне сделать, — и все коню рассказал.
— А ты ступай к Иляне и попроси позволения, чтобы и я с тобой пошел, поглядел, как ты мучиться будешь.
Пошел Петря к Иляне и стал просить:
— Вижу, пробил мой час последний, и очень прошу тебя, позволь, чтобы конь мой верный при мне был, когда я дух испускать буду.
— Ладно, — согласилась Иляна.
Под вечер Петря залил загон, где стоял табун, водой. А ночью мороз ударил и кобылы в лед вмерзли по самые колени.
Утром Петря подоил их, вылил молоко в большой котел, а как стало оно закипать, вывел коня своего из конюшни и привязал к ушку котла.
Подул конь зимней ноздрей и молоко застыло, потом подул летней и отогрел его — точь-в-точь как вода в пруду летним днем. Петря искупался и вылез из котла жив и невредим. Увидела это Иляна и приказала:
— Завтра опять кобыл подоишь и молоко вскипятишь. Я в нем купаться буду. А к котлу привяжи моего жеребца.
Парень сделал все, как она велела. А ее жеребец тоже был волшебный. Подул он на молоко зимней ноздрей и заморозил; затем подул летней ноздрей и отогрел. Искупалась Иляна, как в пруду среди лета, позвала Петрю и опять повелела:
— Теперь приготовь такую же купель и для боярина, а к котлу привяжи его коня.
Подоил Петря кобыл, молоко вскипятил, а к ушку котла привязал коня боярского. Да то был конь простой и ничего с молоком поделать не смог.
Боярин очень уж возгордился золотой птицей, златогривым конем и пленницей своей Иляной Косынзяной. Не хотел он от простого кучера в доблести отстать и побежал в молоке купаться. Только он прыгнул в котел, тут же сварился и дух испустил.
А Иляна Косынзяна позвала Петю и такую речь повела:
— Ну, Петря, теперь мы от боярина избавились и стали вольными птицами. Ты холостяк, а я вдовица, давай поженимся и будем вместе век свой коротать
Закатили они свадьбу веселую, пир горой, и я там был, ел и пил, а потом удрал и сказку вам рассказал.
ТЕБЕ ДОСТАЛАСЬ ОДНА ДУША, А МНЕ — ДВЕ
— На многих я спину гнул, только черту еще не служил. Послужу-ка теперь и ему, авось и мне что-нибудь достанется. Тут ему дьявол вышел навстречу да и спрашивает:
— Пойдешь ко мне в услужение?
— А чего бы и нет? За этим-то я и пошел, куда глаза глядят.
— Ну, так ступай за мной!
Пошел парень за чертом, и тот привел его к себе в дом.
— Вот что, парень, — говорит ему черт. — Снимай свою одежку да надень то, что я тебе дам. Целый год тебе запрещено переодеваться, умываться, стричься и бриться. А как пройдет год, так и службе твоей конец.
Парень так и сделал. Выстроил черт большую лавку у самой городской площади, забил ее всякими товарами красными, а парня посадил деньги принимать да счет им держать.
Принялся наш парень за дело. Приказчики снуют, товар продают, а он весь день-деньской на стульчике сидит, денежки считает.
Торговля шла бойко, деньги рекой текли, а Сатана каждый день приходит, казну себе забирает.
В один прекрасный день пришел к парню какой-то боярин и просит у него две тысячи рублей взаймы.
— Приходи под вечер, может и дам.
Только боярин вышел, и черт тут как тут. Парень его и спрашивает, как быть.
— Дай ему денег! — велел черт.
Под вечер опять боярин в лавку явился.
— Ну что, надумал? Дашь мне денег?
— Пиши расписку, — отвечает парень. — Деньги вот они.
Боярину того только и надо было. Написал он расписку, схватил деньги и побежал с другими боярами в карты играть. Да недолго он радовался, скоро все до копейки от него и уплыло.
И неделя не прошла, как боярин опять явился в лавку и попросил десять тысяч рублей взаймы; и опять велел ему парень прийти под вечер.
Пришел Сатана, а парень у него и спрашивает, как быть.
— Дай ему денег! — велел Сатана.