Чтение онлайн

Она быстро учится.

Качая головой, я завожу байк.

Рэйн получила то, за чем пришла. Настала моя очередь.

Я выезжаю из-за укрытия, ожидая, что она обернется на приближающийся звук работающего двигателя и улыбнется при виде меня.

Вместо этого она резко оборачивается, держа в руках «Узи» мертвого чувака.

Ремень от автомата все еще перекинут через жирное тело, но она держит его в руках, направляя ствол на меня, и пытается снять. Когда я подъезжаю ближе, то вижу, как от напряжения порозовели ее щеки. Я останавливаюсь и продолжаю сидеть с самодовольной ухмылкой, спрятанной под шлемом, прекрасно осознавая, что она не станет стрелять в…

Звук автоматной очереди доносится до меня в тот же момент, когда жгучая боль пронзает мое плечо. Я смотрю на Рэйн, не веря в то, что эта сука действительно нажала на курок, но она больше не смотрит на меня. Она стоит лицом к главному входу, где двое отбросов общества в красных банданах лежат на горе битого стекла, истекая кровью.

Испуганные глаза Рэйн устремляются на меня, затем она бросает «Узи» и вскакивает на ноги. Она секунду колеблется, затем делает безумный рывок в сторону моего байка, останавливаясь, чтобы подобрать по пути один из упавших бандитских пистолетов.

«Припасы, укрытие и самозащита», — мысленно повторяю я, пока Рэйн укутывает меня своим маленьким нежным телом.

Двое готовы, остался один.

Я только что убила парня.

Двух парней. Кажется, я только что убила двух парней.

Подпрыгивая на сиденье мчащегося мотоцикла Уэса, я прокручиваю в голове то, что только что произошло. Я не переживаю это заново, нет. Просто я как будто смотрю плохое телешоу, ожидая, когда подействует гидрокодон, и все это исчезнет.

Я вижу отражение открывающихся раздвижных стеклянных дверей в блестящем черном шлеме Уэса. Я вижу парней в красных банданах, выходящих из этих дверей. Я вижу пистолеты, направленные на Уэса. Затем я вижу, как парни, держащие эти пистолеты, падают на спины, когда стеклянные двери позади них разбиваются вдребезги. Как будто в воздух запустили сверкающее хрустальное конфетти. И все вокруг так громко. Не могу поверить, что Уэс действительно застрелил этих парней. Я оборачиваюсь и смотрю на него.

Но в его руках нет пистолета.

Я закрываю глаза и еще сильнее прижимаюсь щекой к спине Уэса. Затем запираю этот постоянно повторяющийся клип в крепости с другим дерьмом, о котором я больше никогда не буду вспоминать. Потому что все это уже не имеет значения, и мы все умрем.

Я чувствую, как под моими руками тело Уэса начинает выгибаться, как будто он пытается что-то сделать, поэтому я выпрямляюсь и заглядываю ему через плечо. Он держит одну руку на руле, а другой возится с кобурой. Я задумываюсь о том, не нужна ли ему моя помощь, но прежде чем успеваю предложить, он вытаскивает пистолет и бросает его в лес.

Я поворачиваю голову, провожая взглядом исчезающее в кустах оружие. Затем вздрагиваю, когда пистолет, о котором я совсем забыла, вырывается из моей руки и исчезает в его кобуре. Это был мой пистолет. Я открываю рот, чтобы возразить, и чувствую, как его тело сотрясается от смеха.

Мудак.

Я хлопаю его по плечу и слышу крик, даже через рев мотора.

Когда я смотрю на свою ладонь, то вижу на ней кровь.

О боже!

Уэс останавливается на обочине и сдергивает с головы шлем.

— Какого хрена?

— Мне очень жаль! Я не знала! — Я соскальзываю с кожаного сиденья и тянусь к рукаву его рубашки. Розовый цветок стал ярко-красного цвета. — Дай мне взглянуть.

Уэс сердито смотрит на меня и кивает. Один раз.

Он безжалостно жует свою нижнюю губу, когда я осторожно берусь за край рукава. Приподняв ткань, я нахожу на его предплечье глубокую рану. Дела обстоят плохо. Она около двух дюймов в длину и полдюйма в ширину, но не слишком сильно кровоточит. Как будто раскаленная пуля ее прижгла.

— Ну, есть хорошие и плохие новости.

Уэс раздраженно поднимает бровь, глядя на меня.

— Хорошая новость заключается в том, что это всего лишь поверхностная рана. Плохая новость — ты испортил свою красивую рубашку.

Уэс отодвигает от меня свое плечо и дергает рукав обратно вниз.

— Я испортил?

— Не смотри на меня так! Единственная причина, по которой эти парни вышли на улицу и стреляли в тебя, была в том, что они услышали твой шумный мотоцикл!

— Ну, если бы ты не сбежала, моего шумного мотоцикла там бы не было.

— Ну, а тебе не обязательно было приезжать за мной, ведь так?

Уэс поджимает губы и смотрит на меня так, как он смотрел бы на полку с консервами или стойку с инструментами. Как будто он обдумывает мою ценность.

— Да, это так.

Он ставит свой байк на подставку, затем слезает с него, не сводя с меня глаз, мое сердце начинает бешено колотиться. Мотоцикл стоит между нами, создавая границу, как линия на песке.

— Как бы ни приятно это было признавать, — выражение его лица немного смягчается, — ты довольно полезна, когда не пытаешься убить нас обоих.

Я сглатываю и выпрямляю спину, заставляя себя посмотреть ему в глаза. Трудно вести себя жестко, когда перед тобой что-то настолько красивое. Черт возьми, даже трудно вспомнить, что я собиралась сказать.

Так. И что же я собиралась сказать? Ах, да.

— Почему ты считаешь, что я хочу тебе помочь?

— А с чего ты взяла, что мне есть дело до того, чего ты хочешь? — Пуф! Мягкость исчезла.

— Ого, Уэс! Не обязательно быть таким мудаком. Можно просто вежливо попросить, не находишь?

Он вытаскивает мой пистолет из кобуры и с ухмылкой направляет его мне в голову.

— Я не обязан просить вежливо. Из нас двоих, пистолет есть только у меня.

Я закатываю глаза и скрещиваю руки на груди.

— Знаешь, что мне нравится в «Глоках»? — ухмылка Уэса превращается в презрительную усмешку. — Предохранитель находится прямо здесь. — Он постукивает указательным пальцем по спусковому крючку. Тук, тук, тук. — Тебе даже не придется снова взводить курок, прежде чем выстрелить. Ты просто… нажимаешь и все.