Чтение онлайн

— Законы королевства, как и гнет инквизиции, имеют власть только в этих краях, а вот за границей уже другой расклад. Расстановка сил изменилась, теперь между двумя нашими странами не пунктир, а жирная черная линия, продавливающая карту насквозь.

— Разумно. — Согласился Алистер. — По глазам вижу, что ты уже построил план, которым так сильно хочешь с нами поделиться. И не волнуйтесь девочки, ни один отбитый на голову стражник, не пойдет за нами в Темнолесье. Незачем бросаться в крайности, на одной лишь границе до старости доживают далеко не все.

— Вы проводите меня через опасные земли, а я делаю так, чтобы там, вдали от родины, вам легче дышалось. Никаких проблем и беззаботная жизнь, прямо за горами, без гонений стражи и безумных королей. Думаю, это будет честная сделка.

— Как мы можем быть уверены, что ты сдержишь слово?

— Я рыцарь, который пообещал услугу за услугу. А вы дезертиры, так какого черта вам не поверить мне? Я вижу, что вы хорошие люди, надеюсь мое доверие взаимно. Хотя бы потому, что мы нужны друг другу, это ведь весомый аргумент для тебя, Алистер? Там, я догоню Кроули, а вы станете свободны, сможете безмятежно жить и наживать добро любым доступным для вас способом. И пусть после резни в том городке война между нашими королевствами снова станет неминуемой, вас она не коснется. У рыцарей, есть такое понятие как честь: я сдержу обещание, если не сгину по дороге, о чем вам и придется позаботиться.

— Хорошо, пусть так. — Роланд пожал руку Титусу, а Алистер, неохотно улыбнулся, принявшись готовить. — Раз такое дело, сделаю все возможное, чтобы ты дожил до выполнения своего обещания, так что ужинаем, спим и на рассвете выдвигаемся в самый мрачный поход в твоей жизни. — Титус искренне улыбнулся, уставившись в костер, в котором потрескивали угли. Кроули тоже увидит похожую картину — подумал рыцарь — когда я сожгу его живьем. Роланд облокотился на поросший мхом камень: он питал приязнь к истинным воинам, каковым сам себя считал. Видя во всем знаки судьбы, бывший легионер искренне верил, что эта встреча с Титусом была неслучайной, а значит нужно пойти с ним одной дорогой. Еще бы бутылку вина — задумался он. Алистер был погружен в приготовление мяса, как могло показаться с первого взгляда. Но в голове разведчика словно звучал голос, глушивший все прочие мысли: интересно, сколько золота скрывает в себе их храм?

*****

Инквизиция — это орден на службе у короны Нортленда, главная цель которого — полное истребление магии. Уничтожение всего, что несет в себе магическую энергию — смысл жизни каждого члена ордена. Воспитание молодых инквизиторов начинается с восьмилетнего возраста, их подвергают мучительным тренировкам, превращая в хладнокровных убийц, охотников на магов — хранителей природного баланса. Исключением выступают шкуродеры, их помощники, которые просто любят причинять боль живым существам. Это не только заключенные, обреченные на казнь, но и обычные наемники, желающие работать в паре. Имен инквизиторы не имеют и обязаны обращаться друг к другу исключительно по званиям и порядковым номерам, в то время как шкуродеры знают свои имена, но не произносят их. Все строго по уставу. На вооружении ордена — самые новые изобретения, которые позволяют его членам победить любого, даже самого сильного волшебника.

Магия — всего лишь особая энергия, об этом написано много книг и научных трактатов, однако большинство верит в ее исключительно мистическое происхождение. Магическая энергия, не теряя свойств, с легкостью проходит через медь и растворяется от контакта с серебром, а особая ткань, разработанная инженерами и алхимиками — Шкура Инквизиции, вовсе ее игнорирует. Подобную взаимосвязь религиозные культы пояснить не могут и даже не пытаются, словно не желают признать очевидное. Поглощать энергию магов и использовать ее в своих целях инквизиторам позволяет особое медно-тканевое снаряжение. А лишать своих противников врожденного преимущества помогают хитрые механизмы из серебра.

Орден был основан более трехсот лет тому назад и насчитывает около сотни бойцов. Но только для одного сегодняшняя ночь станет началом неожиданного пути, о котором он пока еще не подозревает.

Уверенные шаги эхом отдавались в коридоре королевской темницы. Сидевшие в камерах заключенные, опускали взгляд вниз, стараясь не смотреть на проходящего мимо инквизитора, который насвистывал веселую мелодию. Его тяжелая поступь приводила их в еще большее отчаяние. В темноте едва заметно мелькало черное инквизиторское пальто, а обвиняемые в использовании магии, не успевшие опустить глаза, замечали медный шлем с бордовыми окулярами, испускающими легкое свечение — это были очки ночного видения, созданные совсем недавно, в их изготовлении участвовали представители нескольких стран, поддерживавших инквизицию. Дойдя до конца коридора, он зазвенел ключами, отрывая решетку. В камере, избитый и потерявший волю к жизни, лежал заключенный в изорванном бушлате, измазанном не только кровью. На шее, под коркой грязи, был едва заметен символ Серого легиона.

— Прошу, не надо! Только не снова, прошу вас! — Умолял он, прикрыв разбитое лицо окровавленной рукой. При этом некоторые пальцы были неестественно согнуты и искривлены, а на месте вырванных ногтей виднелись гнойники.

— Я всего лишь выполняю свою работу. — Неправдоподобно оправдался мучитель, с голосом как у аристократа — надменным и высоким. Говоривший был шкуродером: они одевались так же, как и инквизиторы, но заключенные не могли знать об этом. Выказываемое отвращение к пыткам звучало, как насмешка. Увидев, что под жертвой растекается моча вперемешку с кровью, инквизитор улыбнулся. — Вернее, не совсем свою работу, ну ты должен понимать, что я служу короне, и это дельце вполне могли подкинуть кому-то другому. Молить о пощаде не стоит, в рабочее время я не человек. — Посчитав свою шутку смешной, он повторил ее еще раз, но никак не развеселил свою жертву. — Думаешь, маги не умоляли меня, перед тем как я казнил их? Да каждый второй. Мы здесь уже больше двух дней, ты еще жив, а я так и не услышал то, что могло бы меня заинтересовать. Я спрошу еще раз, где второй легионер?

— Просто убей меня…

— Ну и придумали же вы бежать в разные стороны. Пожалуй, я не стану этого делать, умрешь сам: истечешь кровью или тебя доконает жажда, я еще не решил. Есть слух, что искусный в пытках наемник, живущий в дальних землях, мучил свою жертву полтора месяца. У него было интересное имя: Износил, Изменил, Измаил, верно, кажется, Измаил. Хотел бы я с ним когда-нибудь встретиться, обменяться опытом. Это ведь почти мой кумир. Возможно даже, я побью его рекорд. Эх! Пойми же, мне нравится тебя пытать, жалкий трус. Я презираю дезертиров, и король со мной солидарен. В той битве вы предали корону, принца, да и самого правителя, будь он неладен. За каждый кусок кожи с символом Легиона я получаю почти сотню золотых и полторы сотни за живого, это вдобавок к удовольствию, которое испытываю за свежевание таких как ты. Знаешь, что с тобой сделают? Много плохих вещей, не только с волей, но и с телом. — Мучитель не умолкал, страдалец поднял взгляд и увидел свое несчастное изувеченное лицо в отражении красных очков. — Но у тебя есть выход, расскажи мне, куда направился твой товарищ, и я смогу получить сотню монет, а не полторы. Даю клятву, что убью тебя быстро и безболезненно. — Шкуродер встал на одно колено перед заключенным, не боясь измазать черные штаны в крови и моче, снял медный шлем с окулярами и вгляделся в его мокрые от слез глаза. Это был крепкий, бледный мужчина, с выбритой наголо головой. На мерзком лице играла улыбка, выражая неподдельное наслаждение, которое он не стыдился показывать.

— Деревня за болотом, на границе Темнолесья. Один день верхом, до рассвета будешь там, если выехать прямо сейчас. У нас там было что-то вроде лагеря, около пятнадцати человек. Однако, многие покинули стоянку, отправившись вглубь леса. Мы остались вдвоем. — Простонал заключенный, после чего инквизитор достал из сапога изогнутое лезвие, невероятно острое.

— Я дал клятву человеку, не сдержавшему свой обет. Не жди, что я поступлю с тобой иначе. — Заключенный завопил, когда острое лезвие стало медленно срезать символ Легиона, все другие заключенные вздрогнули от ужаса, стараясь не издать и звука. — Или замолчи, или кричи громче! Тебя никто не услышит! Я получу намного больше монет, вернув и символ, и тебя.

— Прошу тебя! У меня дети! — Инквизитор остановился, но продолжал натянуто улыбаться, это больше было похоже на что-то нервное. — Просто знай, что ты сделаешь их сиротами. Инквизитор — просто меч в руках убийц и тиранов.

— Я бы с радостью убил и твоих детей, но за них я ничего не получу. — Резким движением, срезав кусок кожи с символикой, мучитель оскалился. От заключенного были слышны лишь всхлипы. — Вот и все, мой друг. Придет лекарь и сделает все возможное, чтобы ты не умер до рассвета. А завтра я загляну сюда еще раз, после чего тебя отправят в охотничье угодье короля, где ты будешь делать то, что умеешь лучше всего — бежать со всех ног, вспоминая имена всех богов…

Выход из темницы вел в обычный с виду подвал, с той лишь разницей, что находился он в замке. Доступ сюда имели лишь люди, верные инквизиции, их пленные и сам король, но только последний ни разу не спускался сюда. На выходе, сложив руки на груди, стоял инквизитор с длинными каштановыми волосами, собранными назад. Кожа этого человека была белоснежной, ведь он почти не бывал на солнце — откуда взяться загару? Толстая дубовая дверь распахнулась, из нее вышел бледный, словно поганка, шкуродер с нездоровой улыбкой, и измазанными в крови руками и коленями. Настоящий инквизитор окинул своего помощника спокойным взглядом.