Чтение онлайн

Я приподнялся на колени, перемалывая клинком в дымную мешанину то, что по неосторожности протянули ко мне. Умирать, так с музыкой! Такой, чтобы никому мало не показалось!

Рядом просвистел еще один меч — кто-то из магов оказался со мной согласен. Он дернул меня с колен, короткими, быстрыми ударами начал отбиваться сам. С каждой секундой сделать это становилось все труднее и труднее, хоть и рубились мы уже вдвоем. Вдруг я понял, что он пытается мне что-то сказать, но не может пробиться сквозь звуковой вакуум. Я прислушался и услышал едва различимое «Отходи!» Куда? Я недоуменно оглянулся на дверь. Она была неподвижна. А потом понял, что высокий и широкий в плечах маг мне не знаком. Не из нашего отряда. Неужели?… Где-то в середине бурлящего котла, которым стал Малый зал, послышался всхлипывающий вой, когда туманный тела сомкнулись над чьей-то головой. Я прислушался и понял — последней. Остались только мы. Горевшие со всех сторон огоньки чуть помедлили, а потом ринулись вперед, на нас.

Я услышал только, как маг рявкнул: «Держись!» и схватил меня за пояс, приподняв над землей. Молнией к искалеченному лицу снова протянулись когти и…

Мир мелькнул как в калейдоскопе, на миг смазавшись, а потом снова обретши резкость. Но это был уже совсем другой мир.

Ноги ухнули на каменный пол, подогнулись, и я начал грузно оседать на колени. Жесткая рука подтянула меня за перевязь, удерживая на ногах.

Внезапно до меня дошло, что вокруг полно звуков. Более того — мимо сновали люди. Настоящие живые люди. И ни одной бестелесной твари.

— Спасибо тебе, Господи, — услышал я свое бормотание.

— Не за что, — отозвались сверху.

Я обалдело поднял глаза к потолку. На нос капнула увесистая и очень, очень холодная капля. Где-то на улице взвился в небо чей-то пронзительный крик, перешедший на визг. Я переступил с ноги на ногу и потер виски. Под ногой захлюпало. А совсем рядом… Кап. Кап. Кап-кап. Кап-кап. Кап…

Грохнул громовой раскат, ветер рванулся в лицо, сбив опору перил. Рассохшаяся деревяшка с сухим стуком покатилась в темноту. Я медленно, будто в трансе, пересек широкое темное пространство, подошел к огромным каменным столбам, между которыми неровным, сломанным рядом теснились столбики перил. Остановился, огладил ладонями мокрое дерево.

И глянул вниз.

Тысячи, десятки тысяч тусклых багровых огоньков заливали горизонт.

— Чудны дела твои, Господи, — шепнул я тихо.

— И не говори, парень! — донеслось до меня.

— Что?… — я оглянулся, наконец поняв, что голос идет не с небес, а с гораздо более близкого места. На меня с высоты своего непомерного роста смотрел мой спаситель. — Спасибо что с собой хоть захватили. Половина нашего отряда до этого не додумалась.

— Так скажи им об этом. И своему отрядному спасибо сказать не забудь, — тихо сказал он и кивнул назад. Я вскинул брови. Как?…

Грохнул залп, воздух вздрогнул и пошел зыбким маревом. А я вдруг проснулся, как ото сна. Нелюди накатывались на стену волнами, из клубящегося багрово-черного тумана вырывались вперед то гигантский волк, то кишащая щупальцами тварь, то клубок змей, а то и просто скопище рук с длинными, длинными когтями. И все — лишь скопище тумана, не меняющее даже цвета. А рядом со мной, на полтора десятка метров выше этой волны, стояли люди, в свободной мешковатой одежде замковых и… замотанные в темное с ног до головы патрульные.

Мать моя… Внутренний периметр, куда мы и шли. И, однако же, дошли. Кое-кто.

Я резко развернулся и пошел вглубь этого то ли балкона, то ли открытой галереи. Туда, где я слышал голоса. И один из них был мне знаком.

Замковый маг только ухмыльнулся со странным выражением, перед тем, как стать в общий строй. Опять мою шкуру спасает совершенно незнакомый человек. Я мельком глянул на него, проходя мимо. А он, будто прочитав мои мысли, обернулся.

Я вздрогнул. Вся левая сторона лица, начиная от уха, была пропахана четырьмя глубокими шрамами, перекашивающими лицо. Ближе к челюсти они исчезали под густыми бакенбардами, местами прячась под угольно-черные волосы, но на шее появлялись вновь, уходя, судя по всему, еще ниже. Вопрос на сто миллионов: как он после такого выжил? Я покачал головой. Он зеркально повторил мое движение, хлопнув рукой по правой щеке. Я машинально коснулся своей щеки и наконец осознал, что на шею струится кровь. Щека не болела, слишком онемевшая от холода, чтобы что-либо вообще чувствовать. Я стер кровь рукавом, и без того мокрым, и пошел дальше, с полным безразличием понимая, что в будущем я имею все шансы стать похожим на этого мага. Если сумею остановить кровь и не найду пластического хирурга. И если эти твари не ядовиты.

Голоса приблизились. Я нырнул в один из низких проемов, рядами выстроившихся у стены. Прыгающий свет факелов на секунду ослепил, настолько, что я сперва не смог различить, где люди, а где — извивающиеся тени. Но уж когда рассмотрел…

— Что случилось, боец? — буркнул один из трех мужчин, находящихся в длинном и узком, как пенал, помещении. — Приказано же было, без причины…

— Причина на данный момент с боем прорывается наверх, — я прищурился. — Командир, а не скажете ли случайно, каким волшебным образом вы здесь оказались?

— А?… — Крон, стоявший ко мне спиной, обернулся. Он определенно был удивлен. — Ты-то как сюда попал?

— Не важно.

— В таком случае, не о чем говорить. Иди на периметр, — бросил он через плечо.

— А вы?

— Мы составляем план обороны! — рявкнул он. — Вон!

— Как хотите, — пожал я плечами. Но не вышел. Просто отступил в тень. Про меня забыли сразу же. А я слушал, слушал, слушал…

«— Уважаемый, как вы не понимаете, это глупо! Людей слишком мало, хоть бы продержаться еще пару часов…»

«— Да вы что, не выглядывали наружу? Их тысячи! Ни о каких вылазках не может быть и речи, мы уже потеряли треть людей!»…

«— Это безумие!»…

«— Чушь! Мы обречены!»…

«— Болван, а еще военный!»…

«— Ну вот что, командую здесь я!»…

Я прислонился к стене и прикрыл лицо рукой. Глубоко-глубоко зарождалось нечто, пока нестойкое, неясное, но оно было. Люди что-то кричали и махали руками. Мешают… Я попробовал сосредоточиться. Нет, не выходит. Черт, да заткнетесь вы или нет?!… О, заткнулись. Тихо… Я прикрыл глаза. Мир успокоился, сгладился, опал. Не мешать. Не мешать… Тихо, я сказал!

Шаги, уверенные и четкие, гулом отдавались в каменных стенах. Ветер бросил в лицо горсть холодных капель. Вода потекла по открытым ранам, уже не кровоточащим. Я не чувствовал боли. Я вообще ничего не чувствовал. Люди невольно оборачивались. Оборачивались, чтобы не выдержать взгляда и отвести глаза.

Чтобы вспомнить, как делали это раньше.

Я подошел к перилам. Кто-то крикнул:

— Куда, это ж мое мес… — я повернул голову на голос.

И посмотрел. Говоривший замер. Отшатнулся и растворился в темноте. Что-то, лепившееся в глубине сознания бесконечно долго, наконец сплавилось в один идеально выверенный клубок и поднялось, сияющее, цельное, на поверхность. И теперь оно смотрело из моих глаз, сливаясь — теперь уже — да, с тем, чем я был.

И не проживу я человеческую жизнь. Пусть. Это — не мое.