Чтение онлайн

— Кто-то может подтвердить, что в начале осени этого года Вы находились именно на территории Глудио? — спросил судья, и Аделаида уверенно кивнула.

— Страж ворот Скотти, Мартин-животновод, а также Ее Преосвященство Левиан, старший епископ церкви Эйнхасад в Глудине, — с ходу выпалила она.

Аделаида стояла посреди огромной каменной площади и, раскрыв рот, смотрела по сторонам — никогда ей еще не доводилось бывать в таком крупном поселении. Никто ее не торопил, никто ничего не запрещал. Она вольна была делать все что пожелает и идти куда вздумается. И это ее озадачивало: в последние пять лет она научилась неукоснительно следовать указаниям своего лидера и почти разучилась думать своей головой. Так что единственное, что пришло ей на ум, — навестить местный храм и помолиться.

Алтарь венчала прекрасная каменная статуя, изображающая Богиню Света в виде крылатой девы. Аделаида ожидала, что искренняя молитва укажет ей путь, но боги в ее голове все как один молчали.

— Могу я чем-то помочь тебе, дочь моя? — обратилась к ней немолодая женщина в скромном монашеском платье. Ее по-матерински добрые серые глаза успокоили растерянность стоящей перед огромным божеством темнокожей женщины. — Ты ведь епископ с Говорящего Острова? — спросила она, и Аделаида кивнула. Она и сама вспомнила возникшую перед ней персону. Ее Преосвященство старший епископ Левиан однажды посещала их островную церквушку, когда юную тогда целительницу посвящали в профессию около десяти лет тому назад. Левиан представляла духовное посольство с большой земли и помогала Первосвященнику Баэтину, главе их церкви, возводить юных послушников в духовный сан.

Аделаида мягко улыбнулась и сказала, что она просто зашла помолиться перед дальней дорогой.

— Пусть свет Эйнхасад укажет тебе верный путь, — промолвила Ее Преосвященство, прежде чем вновь оставила Аделаиду одну перед алтарем.

Когда-то давно эти слова обволокли бы ее сердце теплыми лучами благоговения, но теперь она лишь продолжала растерянно рассматривать вознесшую меч под самый купол Богиню Света.

Мать Аделаиды была женщиной набожной и религиозной, и лишь юный возраст и душевная наивность подтолкнули ее тогда к странному шагу, заставив бежать с тем, кого все ее окружение считало злейшим врагом. Ника с лихвой поплатилась за ту оплошность и дочь воспитывала в атмосфере веры и благочестия. Аделаида с детства слушала ее рассказы об Эйнхасад, Богине Жизни, что сотворила весь мир и людей, и ее детях, что создали потом все остальные расы. Она всегда твердо верила, что есть свет и есть тьма, и что свет — это хорошо, а тьма — не очень, и каждый раз чувствовала себя виноватой, осознавая, что и в ней самой заложена частичка этой самой тьмы. Но мать никогда не давала ей повода сомневаться в себе.

— Доверься Богине Света, стань ее голосом в этом мире, и тогда твое сердце сможет очиститься от любой разрушающей его скверны, — говорила Ника, и девочка верила, что рождена для того, чтобы нести в мир свет и гармонию, и утвердилась в этой мысли, когда была принята в храм сначала послушницей, потом выучилась на клирика и за безупречную службу и помощь обществу была в итоге произведена в сан епископа местной церкви Эйнхасад.

И все было хорошо до тех пор, пока на Говорящий Остров не зашел корабль с наемниками и она не поддалась на уговоры могущественного чародея и тайно не покинула родную деревню в надежде окунуться с головой в захватывающий мир приключений. Но вместе с разочарованием, последовавшим после того, как все приключения свелись в итоге к зарабатыванию денег, а потом и вовсе обернулись принудительной службой в военном лагере во время конфликта с Грасией, Аделаиде пришлось принять еще более мощный удар по своей вере. Темный лучник, угрюмый неразговорчивый эльф, сопровождающий их самодовольного лидера, как-то раз разоткровенничался с девушкой, внешне больше всего похожей на него самого из всей их компании, и рассказал ей свою версию божественных событий, которую впитал с молоком матери, принадлежащей к древнему роду пещерных эльфов.

Темный эльф поведал ей сказание, которое не только объясняло непрекращающуюся вражду между эльфами, но и пошатнуло все постулаты, на которых прежде зиждилось ее, казалось бы, непоколебимое мировоззрение.

Вначале было яйцо, гласила забытая эльфийская легенда, и не было в безграничном пространстве ничего, кроме него. Но однажды силы, заключенные в этом яйце, объединились, и совместными стараниями им удалось прорвать его оболочку. Какие-то осколки его скорлупы стали небом, а какие-то — сушей: так появились мир смертных и мир вечных. Вечных энергий было две: одна, направленная на созидание и порядок, вторая — на разрушение и хаос. Без сил разрушения невозможно бы было вскрыть яйцо, а без энергий созидания — создать устойчивый мир. Сила созидания первой приняла форму и назвала себя Эйнхасад, а сила разрушения и хаоса вселила свою форму в тело и нарекла себя Гран Каином. Отныне Эйнхасад властвовала над духом, вечным и неизменным, а Гран Каин — над материей, грубой и непостоянной. Из эфира, заполнявшего яйцо, вышло все сущее, а из его сердца появилась раса гигантов, смертных созданий, которые поклялись подчиняться богам и наполнять их мир гармонией.

Богиня Эйнхасад стремилась к созиданию и попросила Гран Каина поделиться с ней подвластной ему материей. Так появились у них пятеро детей. Старшая дочь, красавица Шилен, была поставлена матерью управлять мировыми и небесными водами. Старший сын, могучий Паагрио, принял на себя руководство стихией огня. Средняя дочь, мудрая Мафр, взяла на себя управление землей, а младший сын, любимец матери Сайха, — ветрами. Младшей дочери Эйнхасад, Эве, меньше всего походившей на отца, а больше на бестелесную мать, наказали управлять бесплотными стихиями мыслей и чувств.

Со временем и в детях первобогов возникло желание творить, и они попросили родителей дать им материал для создания новых разумных форм жизни, и Эйнхасад поделилась с ними своим духом, а Гран Каин — собственной плотью. Одушевив свои создания энергией воды, Шилен, а вовсе не Эва, как теперь полагают, создала тогда эльфов.

Закалив свои творения силой огня, Паагрио призвал к жизни первых орков[3]. Мафр слепила из земли своих будущих детей, и получились гномы[4], а жизнерадостный Сайха создал крылатых неуловимых эртей[5]. Эва же управляла чувствами всех живых существ, побуждая их плодиться и размножаться, строить прекрасные жилища, исследовать мир и создавать произведения искусства в честь своих богов. Гиганты, до этого единственные разумные в мире существа, с недовольством обратились к богам, но те пообещали, что они останутся самой разумной и долгоживущей расой, и все остальные молодые создания беспрекословно будут им подчиняться и чтить их как богоподобных существ.

Так продолжалось долгие века и тысячелетия, пока Гран Каин не решил, что он обладает большей силой, чем Эйнхасад. Он во весь голос заявил, что даже без помощи Богини Жизни сможет создать самых выдающихся в мире существ. Но как он ни пытался, у него выходили лишь бездушные големы и безрассудные куски материи. Тогда он призвал на помощь своих детей, потребовав, чтобы те поделились с ним подвластными им элементами. Даже боги не могли возразить отцу. Шилен дала ему силу воды, Паагрио — искру огня, Мафр — кусочек земли, а Сайха — порыв ветра. И тогда у Гран Каина наконец получились жизнеспособные разумные создания. Но, не обладая силой духа, они отличались глупостью, недальновидностью, безрассудством, ленью, слабым здоровьем и невиданной доселе похотью. Эва, видя разочарование отца, пообещала даровать им творческое начало, что позволило даже этим жалким созданиям выражать себя в музыке, поэзии и танце. Но это мало чем исправило ситуацию. Создания Гран Каина, люди, стали низшей из всех рас, зато у всех остальных мудрых существ теперь появились в меру толковые и исполнительные подданные.

Эйнхасад же, принявшая вызов Гран Каина, создала девять существ из своего собственного духа и нарекла их архангелами. Архангелы получились прекрасными, мудрыми, бессмертными и всесильными, но, не обладая никакими собственными желаниями или стремлениями и имея чересчур обостренное чувство долга и справедливости, они не смогли жить на земле рядом с остальными смертными созданиями и лишь изредка появлялись в мире живых, чтобы исполнить волю своей матери.

Время шло, минула еще пара тысяч лет, и Богиня Воды Шилен вдруг заявила, что во всем превосходит свою мать, Верховную Богиню Эйнхасад. Созданные Шилен существа превосходили разумностью и долголетием все остальные расы мира, кроме разве что гигантов. Одним взмахом руки она могла наслать на землю бури и шторма, низвергнуть в пучину весь континент, даже движением небесных вод она управляла так умело, что дворцы и города богов были полностью во власти ее мысли. Красотой она также оставляла позади всех остальных бессмертных созданий, включая мать. Услышав подобные речи своей старшей дочери, Эйнхасад, Богиня Жизни и Порядка, не стерпела. Она обвинила Шилен в нарушении небесных законов иерархии и в назидание всем остальным своим детям и их детям лишила ее власти над водой и выдворила из небесного дворца. Разъяренная Шилен тогда бросила все свои силы на создание подземного царства, где с неистовым усердием начала производить на свет страшных существ, наполненных ее гневом и злобой. Так в мире появились демоны, и гармония навсегда покинула созданный богами земной рай.

Вот и получалось, согласно этой легенде, что одни эльфы с легкостью приняли власть над собой богини Эвы, которая была поставлена управлять стихией воды вместо лишенной власти старшей сестры. Но малая их часть все же осталась верна своей истинной богине, за что и подверглась гонению со стороны своих сородичей и самой Богини Света.

Но на этом история не закончилась, а как раз начался самый важный для всего человеческого рода ее эпизод. После того, как гиганты, не наученные горьким опытом Шилен, ввязались в битву с богами и были все до единого истреблены, и когда после их исчезновения все остальные расы мира вступили в продолжительную кровавую войну за власть, и люди вышли победителями, тогда Эйнхасад согласилась, что бездушные существа наиболее подходят для жизни в этом мире. Она признала победу Гран Каина и пообещала, что сделает из созданных им существ самых выдающихся правителей земли, если они изберут ее своим верховным божеством.

Так около трех веков назад произошел переворот в человеческом мировоззрении. Люди признали Богиню Света своим главным божеством и стали почитать ее как свою создательницу, за что та наделила весь их род своим благословением и даровала миру знания, которыми теперь обладают люди, превосходя своими умениями, магией и многочисленностью все остальные расы мира. Гран Каин и Шилен отныне вспоминались лишь как темные сущности, пытающиеся подчинить этот мир демонической власти.

Когда Аделаида впервые услышала эту историю, она подумала, что темный эльф пытается ввести ее в небывалое заблуждение. До этого она всей душой верила, что людей создала Богиня Жизни и что Богиня Смерти была изначальным злом, посягнувшим на созданный Эйнхасад мир. Но чем больше женщина размышляла над рассказом эльфийского лучника, тем больше логики и смысла она в нем находила. И вот теперь, стоя перед ангелоподобной статуей Эйнхасад, она никак не могла себя заставить чувствовать перед Богиней Света прежнего благоговения, которое всегда нисходило на нее при посещении церкви или во время долгой проникновенной молитвы. Заученные слова духовных текстов так же легко, как и раньше, слетали с ее губ, но теперь они несли с собой не успокоение и гармонию, а растерянность и сомнение во всем, что она знала всю свою жизнь.