Монстры носят короны
Шрифт:
— Ты принимаешь правильное решение, оставаясь здесь, — мягко сказал он. — И я сделаю всё, что нужно, чтобы защитить тебя.
Его слова успокаивали. Я знала — он способен меня защитить. Он был силён во всех смыслах.
Я повернулась к панорамным окнам, наблюдая, как лунный свет заливает просторный участок.
— Я не привыкла… чтобы за мной следили.
Рэйф подошёл сзади, его тепло ощущалось через спину.
— Это не надзор. Это защита.
Я тихо, горько рассмеялась.
— А в чём разница?
Его руки обхватили талию, хватка была крепкой, но осторожной.
— Разница в том, — прошептал он, губы коснулись моего уха, — что это был твой выбор.
Я стояла, чувствуя тепло и собственническую власть его рук на своей талии, дыхание его играло на коже, и вдруг поняла: я уже была его. Неважно, выбирала я это или нет. Скорее всего, он забрал бы меня в любом случае.
Может, я не произносила это вслух, но это было не важно. Я впустила его в свою жизнь. В свою постель. А теперь и в свой дом, потому что этот дом — его дом — станет и моим, не так ли? Я так долго боролась за контроль. Чтобы остаться недосягаемой. Но с Рэйфом у меня никогда не было шансов. И, возможно… я даже не хотела их иметь.
Мне не хватало важного кусочка того, что было нужно в жизни до его появления. Я повернулась в его объятиях, встретила взгляд тех ледяных голубых глаз, что преследовали меня с самого начала.
— Ты хочешь, чтобы я была здесь? — спросила тихо.
Его пальцы сжались чуть сильнее.
— Да.
— Ты хочешь, чтобы я была в безопасности?
— Всегда.
— Тогда убеди, Рэйф. Я подняла подбородок, не отводя взгляд. — Потому что я не на полпути. Мне не подходит «может быть».
Он улыбнулся — медленно и опасно.
— И я тоже.
Я не была уверена, верю ли я ему полностью.
Утренний свет заливал кровать, но не мог развеять холодное напряжение в животе. Я моргнула на мягкий свет, тело болело — в самом лучшем смысле. Рука Рэйфа тяжело лежала на моей талии, тепло прижималось к спине, дыхание было ровным у шеи. Но как только телефон на тумбочке зазвенел, я поняла — покой кончился. Я потянулась за ним, стараясь не разбудить его, но его хватка усилилась в тот же момент, как я сдвинулась.
— Оставайся, — пробормотал он, голос хриплый от сна. Этот звук заставил меня хотеть раствориться. Но экран уже был светящимся, и сообщение на нём превратило в лед мои вены:
[SMS]
Вы оба сердечно приглашены.
К сообщению был прикреплён адрес какого-то мероприятия. Время — 22:00. Больше никаких объяснений. Просто требование и угроза.
Рэйф сдвинулся сзади.
— Что там? — голос стал резче, он был бодр и настороже.
Я повернула экран к нему. Он долго смотрел, лицо застывало. Потом сел, простыни спадали с его талии, он потянулся за своим телефоном.
— Нет, — сказал ровно. — Ты не пойдёшь.
Я сузила глаза.
— Извини?
— Это ловушка, Адела. — Он уже набирал номер. — Ты не войдёшь в неё.
— Я могу о себе позаботиться.
— Не против этого.
Я выскользнула из кровати и направилась в гардероб, раздражение росло.
— Ты всё время так говоришь, но забываешь, кто я. Я руковожу собственной империей с двадцати двух лет. Думаешь, я не умею справляться с угрозами?
— Не с такими угрозами.
Я взяла облегающее чёрное платье и надела его, не глядя на него, когда говорила.
— Ты забываешь одно, Рэйф.
Я достала пистолет из запертого ящика и засунула в кобуру на бедре. Когда повернулась к нему, в его глазах горело не зло, а что-то темнее. И потом, к моему большому удивлению, он улыбнулся.
— Mon amour, — пробормотал он, голос хриплый от удовольствия. — Ты, наверное, будешь моей смертью, да?
Я приподняла бровь.
— Посмотрим, не так ли?
Он вздохнул, провёл рукой по растрёпанным волосам.
— Ладно. Мы пойдём вместе. Но ты будешь рядом со мной. Не говоришь, если я не разрешу. Не двигаешься без моего слова. Поняла?
Я мило улыбнулась.
— Конечно.
Но мы оба знали, что я лгу.
Поездка на мероприятие казалась сценой из кошмара. Тонированная машина плавно ехала по улицам, но чем дальше мы шли, тем сильнее сводило живот. Рэйф сидел рядом — буря сдержанного насилия. С тех пор как мы покинули особняк, он молчал — просто смотрел, как город мелькает за окном, с каменным, непроницаемым лицом. Адрес привёл нас далеко за пределы Манхэттена, в часть города, где я редко бывала. Когда машина наконец остановилась, я уставилась на здание в окне… Здание впереди выглядело как старый склад — заброшенный, ветхий, — но ряд роскошных дорогих машин у входа рассказывал другую историю.
— Держись рядом, — тихо сказал Рэйф, и на этот раз я не стала спорить.
Внутри воздух был густым от дыма, а низкий гул разговоров наполнял пространство. Здесь собралась публика богатства и коррупции — весь блеск и тьма. Мужчины в безупречных костюмах, женщины, одетые в шёлк и бриллианты, но напряжение было невыносимым. Это была не вечеринка, а поле боя. Внимание зала сместилось в момент, когда мы вошли. Глаза следили за Рэйфом, а значит, и за мной. Я держала голову высоко и лицо спокойно, но пульс бился в горле. Атмосфера здесь была неправильной. Тяжёлой.
— Рэйф, — раздался голос, ровный, насмешливый и ледяной.
Я обернулась, и живот сжался. Никос Моро. Он улыбался хищно, его взъерошенные светлые волосы были безупречно уложены, а карие глаза странно завораживали. Я глубоко сглотнула. На нём были аккуратные брюки цвета хаки и белая рубашка на пуговицах. Он… был красив. Примечательно, что ему было около тридцати. Мне было известно, что он начал руководить бизнесом после того, как его тётя и дядя были убиты торговцем оружием.
— Адела Синклер, — сказал он, и кровь в жилах застыла. — Какая честь.
Тело Рэйфа напряглось рядом со мной — молчаливое предупреждение.
— Ладно, Моро. Что тебе нужно?
— О, это не про то, чего я хочу, — его взгляд мелькнул на мне, и улыбка расширилась. — Это про то, что она заслуживает.
Кожа покрылась мурашками.
— И что же это?
— Ты безумно прекрасная женщина. Он приблизился, и даже Рэйф застыл. — Но человек, с которым ты связалась? Он яд. Он разрушит всё, что ты построила. И когда закончит — разрушит и тебя. Этот человек неспособен ни на любовь, ни на доброту.