Чтение онлайн

«Знайте, — говорит король своим детям, — что тог, кто плачет, скорбит, вздыхает, молится и созерцает, и тот, кто но своей охоте бодрствует ночью и поднимается на рассвете, чтобы подметать на улицах и дорогах, убирать в своих жилищах, приводить в порядок циновки и кресла и подготавливать места, где боги принимают жертвы и подношения, не забыв с раннего утра зажечь фимиам... — все они оказываются в присутствии бога, становятся его друзьями и получают его милости. Он открывает им сво$ сердце, чтобы одарить их почестями, процветанием и богатством при условии, что эго отважные люди, пригодные для военных предприятий».

Что касается почестей, то не следует их домогаться. Всякое воспитание направлено па привитие скромности, покорности, сдержанности, чувства меры. Это прекрасно подтверждается в мифах: заносчивость, гордость, тщеславие, упрямство всегда наказываются. С момента создания Солнца в Теотиуакаие побеждала не Луна — тщеславная и богатая, побеждал Кецалькоатль-Нанауатль — скромный, бедный и больной. Поэтому король призывает своего сына не быть гордым, высокомерным или тщеславным. Если тот или иной родственник отмечен высокой должностью, то это лишь потому, что он был скромен и услужлив, бодрствовал но ночам в раскаянии и молитве, по утрам быстро хватал метлу и бежал подметать в храме. И йотом, несмотря на все почести, он не изменился: «Слышал ли ты когда-либо, чтобы он говорил: “Я господин, я король!” И сейчас он бодрствует но ночам, подметает в храме и подносит ладан — все точно так же, как раньше». «Скромность, склонение тела и смирение души, рыдания, слезы и вздохи — вот настоящее благородство, заслуга и честь. Хорошо запомни, сын мой: ни один гордец, честолюбец, самохвал или пустослов не стал королем». «Честь быть королем зависит не от меня, не от моих заслуг, не от моих желаний; я ведь никогда не сказал: я хочу быть тем-то, я хочу занимать такую-то должность. Это наш Бог гак захотел: это случилось лишь но его милости... никто не волей выбирать по своему желанию...». Поскольку ничто не дается раз и навсегда, то следует готовить себя к разного рода превратностям судьбы: «Старайтесь изучить какое-нибудь честное ремесло, например, изготовление предметов из птичьих перьев; ручной груд может помочь вам продержаться в случае нужды. Особое внимание уделяйте всему, что имеет отношение к сельскому хозяйству».

В calmecac целомудрие было обязательным. Всякого переспавшего с женщиной могли, по-видимому, сжечь живьем, задушить или пронзить стрелой. Подросток должен был жить «чисто». Практиковалось опасное и мучительное испытание, состоявшее в том, что в половой орган испытуемого продевалась толстая веревка. Считалось, что только тот, кто сохранил чистоту, не потеряет сознание при этой процедуре.

Цитируемые выше советы, извлеченные из различных сохранившихся до наших дней «Наставлений отца сыну», были обращены к молодым дворянам из calmecac. Молодой человек должен терпеливо ожидать того возраста, когда он соединится с определенной ему судьбой женщиной. Конечно, земля должна быть заселена, поэтому секс необходим: однако не нужно набрасываться на женщин со звериной яростью; не следует стремиться к сексуальным отношениям в слишком юном возрасте, потому что в этом случае возникает риск полового истощения с соответствующими последствиями в семейной жизни.

Излишества в половой жизни портят кровь и семя. «Даже если у тебя есть влечение к женщине, — продолжает наставлять отец, — сопротивляйся ему пока не станешь настоящим, сильным мужчиной; подумай: если разрезают слишком молодую агаву, пытаясь извлечь из нее сок, то лишь губят при этом растение».

Даже будучи женатым, человек должен сохранять умеренность в своих сексуальных стремлениях — так же, впрочем, как и во всем остальном. По улице надлежит ходить спокойно, важно, чинно, не оглядываясь по сторонам. В разговоре и в одежде также должна присутствовать сдержанность. Пить и есть следует неснеша: тогда легче будет уберечь себя от отравления ядом. Женщины в этом смысле особенно опасны, поскольку они самым бессовестным образом подсовывают мужчинам возбуждающие средства, а «тот, кто попробует этого, приходит в исступление и может туг же умереть». Поэтому, если кто-нибудь из предлагающих тебе еду или питье не внушает тебе доверия, то ешь и пей не иначе как после того, как сам он попробует от всего». Ацтекские короли не пришли еще к тому, чтобы учредить специальную должность дегустатора блюд. И напрасно, как показывает трагическая судьба Тизока.

Строгость воспитания в calmecac не исключала игру. В одном из источников Монтесума уже в ранней юности представлен таким, каким он останется и в более зрелом возрасте: великим воином и смелым вождем. Когда он играет в войну со своими сверстниками, он, естественно, — генерал. Увидев однажды малыша, плачущего от полученных ударов, он велел одеть плаксу в женское платье и временно запретил ему участвовать в сражениях. Придет, однако, день, когда его самого обвинят в недостатке мужества, в нерешительности...

ХРАБРЕЦ, НЕ ОТСТУПАЮЩИЙ НИКОГДА

В возрасте четырнадцати лег будущий король начинает готовиться к военному ремеслу, а пятью годами позже он впервые вступает на иоле сражения. Принца поручают тщательно подобранным, закаленным в боях воинам, которых его отец приглашает к своему столу и одаривает великолепными одеяниями. Именно они должны будут следить за будущим королем во время сражения, формировать

его воинское мастерство и учить приемам захвата в плен воинов противника.

Очень скоро он проявляет себя как грозный воин. При покорении Ахвицотлем Куаутлы он проявляет блестящую храбрость и сам захватывает пленных. В результате он удостаивается чести быть представленным Ахвицотлю, от которого получает богато украшенную одежду: плащ и набедренную повязку — с разрешением их носить. Его раскрашивают цветами огня: тело — желтым, голову — красным. Его пленные принесены в жертву, что существенно для благосклонного внимания богов.

Монтесума участвует в нескольких других кампаниях. Он настолько хорошо себя зарекомендовал, что удостаивается высокого звания cuachic, которое присуждалось в исключительных случаях — храбрецам, проявившим неоднократно свое мужество и никогда не отступавшим. Cuachic («бритая голова» — шевелюра у воинов такого ранга имела вид гривы, идущей от лба к затылку, тогда как но бокам голова была пострижена) взял в плен солдат из провинции Хуэксоциико, воины которой имели очень славную репутацию.

Воспитание молодого человека завершено. Если судить но результатам, то оно было замечательным. Монтесума обладает всеми добродетелями, которыми должен обладать ме- шикский принц. Именно так, потому что мы можем судить о его характере не только по индейским стереотипам, которые приписывают ему либо все качества хорошего короля, либо все недостатки плохого. Мы располагаем свидетельствами испанцев, которые видели его в деле и которые присоединяются к доброжелательным характеристикам местных хронистов. Говоря о поведении Монтесу мы в конце его карьеры нельзя не вспомнить гот факт, что уже в юности будущий император проявляет себя как бесстрашный воин, наделенный притом мудростью опытного вождя. Если верить источникам, он одержал на поле боя восемнадцать побед. Его сдержанность и рассудительность проявляются во всяком деле. Будучи исключительно набожным, он проводит долгие часы в храме Уицилоночтли, беседуя со статуей бога.

Моптесума со всей серьезностью относился к существующим законам. В одном из источников рассказывается, как однажды во время охоты на нтиц он забрел на крестьянское поле и, увидев особенно поправившийся ему початок маиса, сорвал его. Все же, уходя с поля, он хочет увидеть хозяина плантации и спросить у пего разрешения на то, чтобы унести с собой полюбившийся ему початок. Как раз в этот момент появился этот самый хозяин и, увидев Монте- суму с сорванным початком в руках, стал его отчитывать: «Как же ты, такой знатный и могущественный сеньор, осмеливаешься воровать у меня маис? Разве не ты издал указ, запрещающий под страхом смерти воровать маис и другие плоды земли?» Император хочет вернуть крестьянину початок, по тот говорит ему: «Господин, ничего подобного не было в моих мыслях, поскольку все мы: я сам, моя жена и мои дети — принадлежим тебе. Я хотел лишь пошутить». Тогда Монтесу ма дал крестьянину взамен початка роскошный плащ со своего плеча.

На следующий день шутника призвали во дворец. Придя в испуг, он хочет бежать, но его останавливают и успокаивают. Император при виде крестьянина говорит стоящим возле пего вождям: «Это тот человек, который украл у меня мой плащ». Придворные негодуют. Моптесума сразу их успокаивает и, отплатив шутнику его же монетой, продолжает: «У этого несчастного больше храбрости и твердости, чем у нас всех. Он имел смелость сказать мне, что я нарушаю свои же законы, и он был прав. Я действительно хочу, чтобы мне говорили правду, а не просто красивые слова». Таким образом, заключает рассказчик, крестьянин сделался сеньором Хочимилько, и Моптесума питал к нему дружеское расположение.

Строгий, но справедливый, он суров и к себе, и к другим, так что многие считают его жестоким. Испанец, потерявший двух своих слуг-ипдейцев, обращается к королю с просьбой помочь ему их разыскать. Император-пленник обещает. Через два дня беглецы все еще не вернулись, и испанец возвращается к своему делу, используя при этом бранные слова. Оказавшийся неподалеку Кортес приговаривает своего солдата к наказанию плетьми. Напрасно просят Моитесуму вступиться. «Кортес, — говорит он, — действует как и положено командиру, а солдат заслужил казни».