Чтение онлайн

– И не забудь по дороге раздобыть еще один мех белого вина!

– Осторожнее!
– воскликнул Алесан, одновременно призывно махая рукой слуге, разносящему вино.
– шею сломаешь!
– прежде, чем кто-либо успел понять, что, собственно говоря, происходит, последовал за Моретой.

Скользя по камням , Морета и Алесан без приключений добрались до дороги. А оттуда, огибая стойла, роспешили через поле к замеченному сверху возвышению. Заметив, что ее юбки непрерывно цепляются за репейники, Морета подобрала их повыше.

– Вот уж совсем не подобающее твоему положению поведение, - покачал головой Алесан.

Сам он внимательно следил, куда становятся его обутые в элегантные туфли ноги.

– Это же Собрание. Неформальная, непринужденная атмосфера...

– Я бы не сказал, что ты одета неформально и непринужденно, - заметил Алесан, подхватывая под локоть споткнувшуюся Морету.
– Это платье явно не предназначено для лазанья по стенам и пролезания через кусты. Ага! Вот мы и на месте...
– Он остановился.
– И вот перед нами во всей своей красе открываются и старт, и финиш. Позволь мне наполнить твой бокал.

– С удовольствием, - Морета подняла свой кубок.

– И почему только я не знал, что Госпожа Форт Вейра так любит скачки, что ради них готова покинуть уют двора у входа в холд со столиками для почетных гостей.

– Я была на всех Собраниях в Руате за последние лесять Оборотов...

– Там, наверху, - Алесан показал на дворик.

– Разумеется! Как мне и положено по рангу. Л"малу очень бы не понравилось, если бы я стала разгуливать возле ограждения трассы.

– То есть там, где я обычно и находился, - усмехнулся Алесан.

– Учился выращивать чемпионов?

– Ну, конечно, нет!
– воскликнул Алесан с видом оскорбленной невинности.
– Прелполагалось, что я стремлюсь вывести выносливых лошадей, а вовсе не быстрых. Во время Собрания в мои обязанности входило помогать нашему распорядителю скачек, Норману.

Морета снова подняла кубок.

– За человека, который не сдался и выиграл свою скачку!

Оценив намек, Алесан улыбнулся тонкому комплименту. Их глаза встретились. Морете все больше и больше нравился новый Лорд холда Руата, и не только потому, что им обоим нравились скачки. У него был непривычный, живой ум, совсем не такой как у Лордов других холдов, например, Толокампа, Ратошигана или Диатиса. Он обладал чувством юмора, с ним было интересно, и если к тому же и хорошо танцует, то вполне возможно, она не удержиться и монополизирует его на этот вечер.

Отрвав взор от светло-зеленых глах Алесана, Морета посмотрела наверх, где как раз в этот момент появились два новых дракона. Затем, переведя взор на устровшуюся прямо над главным входом в холд Орлих, Морета подумала, как хорошо золото ее королевы сочетается с занавесками на самом верхнем окне. Смущенная, Морета отвернуласяь, и только тут заметила, что Алесан по-прежнему пристально смотрит на нее.

– Привычка, - пожала плеыами Морета.

– Проведя вместе двадцать Оборотов, наверняка...

– Ты уже привык к тому, что стал Лордом Руата?

– Еще нет. Но ведь я же только...
– Алесан запнулся, глядя на счастливую улыбку Мореты.
– Даже после двадцати Оборотов?!

– Смотри! Флаг нового заезда!
– наездница поспешила отвлечь молодого Лорда.

Лишь наездник дракона мог понять связь, возникающуюся вовремя Запечатления. Это было маленькое чудо. Очень личное чудо.

Глава 2

Холд Руат, 3.10.43

Второй заезд был на более длинную дистанцию, чем первый. И скакунов в нем участвовало несколько больше, чем в первом.

– Ты выставил кого-нибудь на этот заезд?
– поинтересовалась Морета, когда кони, поднимая клубы пыли, ушли со старта.

– Нет. В результате селекции мы вывели только длинноногих спринтеров и массивных тяжеловозов. Но один из жителей нашего холда выставил на эту скачку весьма сильного скакуна - его цвета синий с красным. Впрочем, все равно ничего не разглядеть.

Кони не прошли еще и четверти дистанции, когда вдруг один из них в середине основной группы упал, сбив с ног еще двух. Морета затаила дыхание, мысленно моля коней поскорее подняться. Она никогда не могла видеть завал без волнения. Два коня встали: один одурело тряся головой, другой - уже без своего жокея, испуганно помчался прочь. Но третий даже и не пытался подняться.

Подобрав юбки, Морета побежала к упавшему скакуну.

– Он не должен был упасть!.. Орлих!

– Слишком плотная группа. Вот и споткнулся, - озабоченный не меньше Мореты, Алесан бежал рядом с нею.

– Ну, не такая уж и тесная. И упал он вовсе не так, как если бы споткнулся...

Экономя дыхание, Морета замолчала, стараясь бежать побыстрее. Два жокея уже осматривали упавшего коня, а с линии старта к ним торопились конюхи.

– Орлих, что случилось? Почему он не встает?

Подбежав поближе, Морета увидела, как тяжело ходят бока лежащего на земле скакуна. Он лежал, уткнувшись носом в пыль, даже и не пытаясь подняться. А это было уже более чем странно. Скаковые лошади всегда прдпочитали стоять на ногах.

– Орлих, может он сломал ногу?

– Он не может отдышаться, - сказал один жокей другому.
– И видишь, у него весь нос в крови.

– Наверно, падая, порвал какой-нибудь сосудик. Надо только поднять его на ноги, - второй жокей начал тянуть коня за узду.

– Орлих, просыпайся! Ты мне нужна!

– Ему давно уже следовало бы встать. Лорд Алесан! Леди Марета!

Первый жокей повернулся к ним, и Морета узнала Гелли, умелого скотовода и фанатичного любителя скачек.

– Он не может дышать, - сонно отозвалась Орлих, которую похоже не слишком радовало, что ее разбудили.
– Его легкие полны жидкости.

Встав на колени у головы коня, Морета заметила, как раздуваются его ноздри, из которых теперь текла кровь. Она потрогала пульс - слабый и слишком неровный для коня, едва ли проскакавшего несколько длин дракона.

Вокруг них собралась толпа. Все наперебой кричали, что коня, дескать, надо поскорее поставить на ноги. Кто-то даже приготовился его поднимать. Жестом, не терпящим возражений, Морета велела им оставить несчастное животное в покое.

_ Ему нечем дышать, - пояснила она. В легкие не поступает воздух.

– Надо вскрыть ему дыхательное горло! У кого есть с собой нож?

– Поздно, - покачала головой Морета и закатив коню верхнюю губу, обнажила побелевшие десны.

Все собравшиеся здесь, так же как и сама Морета, прекрасно знали, что это означает. Конь умирал. Со стороны финиша донеслись радостные крики. Упавший конь тяжело, словно виновато, вздохнул, дернулся и затих.

– В жизни не видывал ничего подобного, - прошептал второй жокей. А я езжу верхом с тех пор, как впервые смог затянуть подпругу.