Чтение онлайн

Энцо сидит возле ряда стульев. Церемония только что закончилась, и они готовы опустить гроб в землю. Наконец-то я навсегда избавлюсь от старика. Я мысленно говорю себе, набраться терпения и выдержать это зрелище.

Удивительно, что Адриан не попытался отговорить меня заходить так далеко, но даже он знает, что видимость нужно поддерживать.

После того, как все сказано и сделано, мы приглашаем всех обратно в дом. Я благодарна Адриану за то, что он развлекает всех, и я могу передохнуть. Фальшивые слезы негативно сказываются на здоровье.

Аллегра, кажется, тоже вспомнила эту памятку, когда потеряла сознание в гостиной. Интересно, это часть спектакля или она слишком устала от плача? Энцо поднимает ее с пола, не слишком довольный тем, что его поставили в такое положение, и усаживает на один из диванов.

— Она приняла это довольно плохо, не так ли? — с сарказмом спрашиваю я, когда он оставляет ее и направляется к столу с напитками.

— У нее истерика уже несколько дней.

— Как долго они были вместе?

— Насколько я знаю несколько месяцев. — Он наливает себе бокал вина и непринужденно прислоняется к стене. Уголком глаза я вижу, как Адриан разговаривает с какими-то стариками. Он ловит мой взгляд и почему-то смотрит на меня.

Наверное, злится, что я бросаю его на растерзание волкам.

— Не понимаю, что она в нем нашла. — Я качаю головой при мысленном образе Аллегры и Мартина. Аллегра примерно моего возраста, ради всего святого. Вся эта ситуация слишком отвратительна, чтобы ее обдумывать.

— У моей жены необычные вкусы на мужчин. — Я почти улыбаюсь, когда он произносит эти слова, но улыбка быстро исчезает, когда он спрашивает меня. — Но мне любопытна твоя реакция.

— Я? — Я притворяюсь невеждой и одариваю его небольшой улыбкой. И снова Адриан бросает на меня мрачный взгляд из другого конца комнаты. Что с ним не так?

— Ты была почти слишком спокойна, когда увидела Мартина… бессердечна, так сказать. А сегодня ты была хуже Марии на распятии Иисуса. Так кто же из них ты?

— Энцо, женщина всегда должна сохранять атмосферу таинственности.

— Действительно. Просто странно всё это. Мартин совершает самоубийство, прежде чем приспешник наркобарона вырезает ему сердце и ставит на лбу клеймо «Т»

— Учитывая, что Мартин был связан с тобой, думаю, неудивительно, что он воспользовался услугами картеля.

— Туше. — Энцо смеется. — Но мне интересно. Почему ты скрыла самоубийство?

— Все просто. Мартин хотел оказаться на вершине со своим трюком, а я позаботился о том, чтобы он оставлялся на своё месте — на дне, — говорю я это с безэмоциоеальным лицом, но глаза Энцо искрятся весельем. Он придвигается чуть ближе, и я слышу, как прочищается горло.

— Энцо. — Адриан встречает его смертельным взглядом, на что Энцо лишь улыбается. — Моя жена, должно быть, устала после стольких страданий. Думаю, ей пора отдохнуть. — Он обнимает меня за плечи и, не дожидаясь ответа ни от Энцо, ни от меня, направляет меня вверх по лестнице.

— А как же другие гости? — спрашиваю я, поворачиваясь к нему.

— Как-то сами найдут выход.

— Тебе не нужно было быть таким грубым. Энцо был вежлив, правда.

— Слишком близко для вежливости, — ворчит Адриан, и я вдруг понимаю, что это такое. Мои губы растягиваются в улыбку, и я позволяю ему повести себя за собой.

— Это…? — спрашиваю я, когда понимаю, что он остановился перед комнатой для гостей.

— Я помню, что ты рассказала мне о своей детской комнате. Возможно, ты предпочтешь отдохнуть здесь. — Я смотрю на него секунду, пытаясь расшифровать, что именно я сейчас чувствую. В моей груди тепло…

— Спасибо, — говорю я, внезапно застеснявшись. Открываю дверь и бросаюсь внутрь, закрывая ее за собой.

Что это было?

Я слегка обмахиваюсь ладонью как веером и иду в ванную комнату, чтобы посмотреть в зеркало.

У меня покраснели щеки.

Я включаю воду и умываю лицо, очищая от грязи и каплей для глаз.

Послушавшись совета Адриана отдохнуть, я раздеваюсь, вынимаю из сапога минипистолет и кладу его под подушку. Одного часа сна должно хватить, чтобы забыть об этом фиаско и об этих людях. Ведь, давайте посмотрим правде в глаза, никто, абсолютно никто, не оплакивает Мартина. Я сомневаюсь, что даже Аллегра испытывала к нему хоть каплю нежности. Он был ужасным и отвратительным человеком.

Через некоторое время я просыпаюсь и спускаюсь вниз. Похоже, большинство людей ушли. Только Марсель и Адриан стоят посреди коридора и разговаривают.

— Бьянка. — Марсель кивает мне, и я киваю в ответ.

— Все ушли?

— Да, недавно, — говорит мне Адриан, направляясь к бару и наливая себе напиток. — Я поговорил с большинством людей, и никто не показался мне подозрительным.

— А я-то думала, что его враги придут хотя бы позлорадствовать. — Я вздыхаю и скрещиваю руки. — Я просмотрела все файлы в его кабинете, и там нет ничего инкриминирующего. — Последние три дня после вечеринки у Энцо я обшаривала каждый сантиметр дома, пытаясь найти хоть какие-то доказательства связи Мартина и Хименеса.

— Мартин много кто, но не беспечный, — добавляет Адриан.

— Есть только одно место, куда мне не удалось заглянуть. — И Марсель, и Адриан выжидающе смотрят на меня. — Его сейф.

— Сейф? — Адриан хмурится.

— Не думаю, что кто-либо знал о сейфе. Я сама не знала, пока не пошарила вокруг. Он спрятан в его гардеробе.

— Ты пробовала его открыть? — спрашивает Марсель, и я качаю головой.

— Я не могла. Он высокотехнологичный с биометрией.

— Тогда как мы сможем его взломать? Нам нужно посмотреть, что внутри.

— Не волнуйся. Я не могла, до сих пор, то есть.

— Что ты имеешь в виду?

— Мне нужно было, чтобы похоронное бюро освободило тело Мартина для поминок, — говорю я и приглашаю их следовать за мной на кухню. Я открываю морозилку и достаю пакет с пальцами Мартина.

— Ты отрезала его пальцы? — Адриан в шоке разевает рот, наблюдая, как я беру тарелку и встряхиваю пакет, чтобы пальцы выпали на поверхность.

— Только большие и указательные.

— Господи Боже! — Адриан тянется ко лбу помассировать висок.

Марсель, в свою очередь, кажется, ничуть не затронут. Я слегка сужаю глаза.

Неважно. Одним человеком меньше, чтобы критиковать меня.

— Ладно! Давайте покончим с этим! — Адриан с отвращением качает головой. Интересно, почему? Они же не воняют…

— Мы не можем… пока. — Вмешивается Марсель, изучая пальцы. — Слишком замороженные. Нужно, чтобы они сначала оттаяли.

Я моршу нос, рассматривая их, и понимаю, что он прав.

— Давайте разогреем их в микроволновке, — предлагаю я, и Адриан в этот раз хлопает себя по лбу, испуская громкий вздох.