Чтение онлайн

— Актриса, — беззлобно пошутил Тимур, тоже стоя.

— Умеет работать с людьми. Её за это и любят, — восхищенно сказала Кристина. Сегодня можно и повосхищаться своей сокомандницей. Сегодня они не соперницы.

Тамара Львовна встретила горячими объятиями, совсем ей несвойственными.

— Риттбергер срывать было необязательно, — единственное строгое, что она сказала. На это Аня улыбнулась и закивала как болванчик, чуть ли не подпрыгивая на месте. Дышала через раз, устала жутко, но энергия от аплодисментов просто переполняла её изнутри.

Пока они шли в КиК девушка ещё несколько раз оборачивалась и махала людям. А глаза так сияют от всего происходящего…

— Учись, — Яся пихнула Тимура бедром, — человек радуется аплодисментам. Не то что ты.

— А я что? — возмущенно спросил Панкратов.

Яся отвечать не стала, решила показать. Улыбка сошла с её лица и оно стало практически каменным.

Дима заржал.

— Да ну вас всех, — Тимур отвернулся от этих предателей, хлопая Ане.

— Да правда похож!

Аня сидела в КиК слишком нервно. Дергалась туда-сюда, но это больше от переизбытка эмоций. Не могла с собой совладеть. А Тамара Львовна её и не останавливала.

Стоит ли говорить о том, как было громко, когда высветились оценки?

ANNA KHROMOVA [RUS] FS [1]: 182.49.

Аня довольно подняла руки вверх, обнимая Тамару Львовну. А на лице такая широкая улыбка, что само счастье льется из неё.

Смогла!

— Всё-ё, я хочу помидорку! — весело сообщила она улыбающейся тренеру.

А та просто рассмеялась. Помидорку она хочет.

— Собрался. Сделал. Отдохнул. Такой план на сегодня, выполняй, — Анна Павловна никогда не была особо строгим тренером. Но, сегодняшний день был огромным исключением и она ясно дала понять, что сегодня не приемлет никаких несобранностей.

Это было необходимо. Иначе спортсмена было не собрать.

Александр Сурков выходил на лёд с температурой тридцать семь и шесть. Ему удалось её немного сбить, но кости всё ещё ломило. Он выходил сегодня чисто на силе воли и принципах. И советах Тимура. На прошлой Олимпиаде с температурой выступал он, и дал несколько ценных советов, которые позволят Саше не свалиться прямо на льду из-за слабости.

Он видел фурор Анны Хромовой. Девушка выдала хороший прокат, практически достав до мирового рекорда в произвольной программе.

Саша на подобные успехи не надеялся. Он просто хотел сделать так, чтобы не подвести команду. Меняться было поздно, да и как сказали в Федерации, особо не на кого. Разве они бы пошли страдать и в произвольной программе, если бы им разрешили сменить спортсмена?

Дима Панкратов был нестабильным. Он мог сорвать всё или сделать всё на мировой рекорд. Это неплохо, но в командных соревнованиях важна стабильность. Тимур… Тимура Саша сам даже не предлагал. Он видел как друг перевязывается каждое утро. Тейпы, бинты, иногда обезболивающие уколы. Его организм работал на износ и все силы пригодились бы ему в личном турнире. Кончились те прекрасные девятнадцать лет, когда он катал вообще везде. И даже двадцать три уже кончились.

— Давай, — Анна Павловна похлопала Сашу по плечам. Всё ещё единственная без маски. Денис Русланович стоял рядом в маске, ровно как и Роман. Анна Павловна же считала, что это только ломает связь спортсмена и тренера, поэтому отказалась от всех формальностей и сейчас.

Сурков кивнул, прикрывая глаза. Честное слово, он чуть не уснул. Усталость сковывала и руки и ноги. Он не тренировался два дня, только на полу, в номере. Скажется ли это сейчас? Не очень-то хотелось бы.

— Ему плохо, — очень грустно констатировала факт Яся, смотря на слабые движения на льду. Пока ставили оценки предыдущему парню, Саша пытался раскатать хоть что-то.

— Сколько температура? — Тимур был собраннее всех остальных. Понимал, что значит катать с температурой. Ты должен быть на максимуме возможностей, весь внутри себя. Контролировать тело, которое не хочет тебе подчиняться. Может сбить вообще всё что угодно.

— Когда я туда ходила, была тридцать восемь.

— М-да, — всё, что сказал Тимур.

Мимо него, на ряд спереди, проскочила тонкая фигура в олимпийских вещах. Аня пришла смотреть на произвольные программы парней.

— Привет, героиня, — Дима подставил руку, чтобы Аня отбила «пять». И она с радостью это сделала, улыбаясь. Всё ещё была в эйфории, это и понятно. Тебе шестнадцать, а тебе уже аплодирует весь мир на Олимпийских Играх.

Аню начали все поздравлять. Она кивала, улыбалась. Но, их разговоры и улыбки прервал голос диктора. Как гром среди ясного неба.

— Александр Сурков, Российская Федерация!

У лидера 201 балл. Сашин идеальный прокат на Чемпионате Европы оценили в 210.30 баллов. Но, сможет ли он повторить всё то же самое сейчас, с температурой? Гадать было бесполезно. Тимур стал Олимпийским Чемпионом с температурой. А Саша ни на грамм не уступал ему в упорстве. И, уж тем более, в форме.

Как только Саша отъехал, все заметили смену в лице Анны Павловны. Она побледнела, руки сцепились в замок. Она дико волновалась за спортсмена.

А Саша за себя не волновался. Не находил сил думать о плохом. Нужно начать делать, а там и посмотрят, что выйдет.

Кости ломило, всё размывалось перед глазами. А он всё равно вставал на позицию, смело смотря вперёд.

Вздох.

Саша услышал его словно в тишине. А затем свою музыку. И тело начало двигаться.

С трудом, с желанием всё бросить. Которое Сурков засунул куда подальше. Да пофиг, нужно сделать здесь и сейчас. Аня старалась, Яся старалась. Парники, танцоры. А он возьмет и всё похоронит тут?

Четверной флип.

В голову сильно отдало от приземления, но он это сделал. Выехал прыжок, и словил аплодисменты. Тимур неодобрительно посмотрел на трибуны. Ну видят же, что он слабый, куда аплодируют. Собьют!

Саша не думал ни о чём. Пустота. Только информация о том, что нужно сделать впереди. И она не пугала, не отталкивала. Просто была. Существовала. Как и Сурков сейчас.

Четверной лутц.

Тройной тулуп.

На приземлении с тулупа он понял, что всё. Дальше не будет ничего хорошего. Силы покидали тело, он отдал всё на эти два четверных. Нужно было забивать на следующие четверные и делать тройные. Так бы сделал любой, но не Саша. Ещё и с температурой. Он просто не мог думать и знал один способ работать не думая — напролом. Головой в стену.

— Боец, — похвалил его Денис Русланович. Эх, знал бы он, что Саша сейчас чувствует.

Четверной сальхов.

Падать было плохо. Голова кружилась, в какой-то момент его даже замутило. Черт возьми, да за что такая напасть? Саша едва встал, промедлив на несколько секунд. Анна Павловна уже успела подумать, что он и не встанет. А сам Сурков знал, что встанет. Не сомневался.

Он пытался собраться. Собрать мысли в кучу, добить программу хотя бы тем, что осталось. Ведь чтобы обойти первое место нужно не так уж и много?