Чтение онлайн

Он вспомнил всё. Нападение кандальников ночью, как Лиша, даже раненая, в очередной раз спасла его жизнь, как летела в слепой темноте кровь под ударами дубин. А затем явился двухвостый зверь.

Недоумевая, почему, а главное, зачем до сих пор жив, Рэй побрел вперед. Ужели чудище просто бросило его посреди леса? Дурак, с чего он решил, что оно уйдет или умрет после двух частей ритуала? Ведь ясно объяснили, что нужно прочесть все три! Даже там, в пещере, кто-то над ухом заставлял его читать, а он, никчемный герой, даже с такой задачей не справился.

Солнце согревало озябшее за ночь тело, но отчаяние и боль переполняли. Как же надоела эта беспомощность. Вспомнились слова Ярослава. Беги, сказал он, а тяжесть в кармане напомнила о подхваченной заточке. И в измученной душе опять нашлась воля. Он до боли сжал в кулаке железный осколок, решив поверить еще раз: «Это не конец моей истории».

Солнце вздымалось по чистому небу причудливого мятного оттенка. До омерзения погожий день разогревал душистый лесной воздух, пока герой пробирался сквозь чащу, не обращая внимания на паутину на лице, укусы насекомых и ноющие босые ноги.

Минула пара часов. Он не знал, в какую сторону движется, но исступленная решимость взыграла внутри, заставляя упорно шагать вперед. Страшился, что вот-вот, за следующей опушкой, за ближайшей елью, снова откроется знакомый простор лесоповала и бурый частокол рядом с рекой, и пристань с пришвартовавшейся шхуной. Не знал Рэй и о мерах, которые, после случившегося ночью, предприняли в поместье. Приходилось озираться, прислушиваться к окружению. Всё думал, коль поблизости окажутся преследователи из Бересты, ему, в таком-то состоянии, ни за что будет не оторваться. И накаркал. В стороне раздался шорох.

Герой пригнулся, затаившись в высоком ситнике. Не к месту припомнились и множественные предостережения о чудищах, что водятся в лесах. Плетни, шишкуны, лешие и кого только не встретишь в диком Северо-Восточном. Впрочем, кто бы знал, что чудище, которое давно уже идет за героем, окажется пострашнее всего, что обитает в этих лесах.

Несколько секунд герой скрывался. Вдыхая беззвучно, одним ртом; замер словно камень, даже сердце заставил биться приглушенно.

— И куда ж ты это держишь путь? — точно гром раздался подлинный человеческий голос.

Душа его замерла словно мышь, угодившая в кошачьи лапы!

Герой поднялся, понимая, что обнаружен, огляделся. Он должен быть уже в десятке верст от Бересты.

— Хм, даже забавно, что ты пытался спрятаться, — послышалось еще ближе, но трава, кустарники и ветви не позволяли увидеть источник.

Беглец нервно осматривался. Никого! Или он наконец-то спятил ото всего произошедшего? Нет, нельзя поддаваться оторопи. Волевым усилием он приказал страху отступить. Лучше ужасный конец, чем ужас без конца! Он сжал в кармане железную заточку, готовый ко всему.

— Да здесь я, — уж и утомленно прозвучало за спиной.

Беглец озирнулся. Ярко-карие глаза смотрели на него с расстояния в один локоть! Рэй отшагнул, затаив дыхание.

— Ну, пошто же тебя на север-то понесло, болезный? — участливо поинтересовалась незнакомка. Ее лицо таинственно прикрывал накинутый капюшон. Она склонила голову на бок, и густая прядь цвета горячей осени тронула бледную щеку.

Захваченный врасплох, беглец продолжал пятиться. Девушка же, скрывая руки, да и всё тело под бурой, бесформенной робой, сделала два ловких шага и снова оказалась близко, едва не нос к носу. Он неуклюже подался назад, и под напором незнакомки уставшие ноги потеряли равновесие — герой рухнул наземь.

Пару секунд они взирали друг на друга. Он — с земли, недоуменно; она — сверху, пожалуй, презрительно.

— Откуда, т-ты взялась? — сглотнув, спросил он.

Перед ним стояла девушка с нечесаными, спадающими до груди космами медного цвета. Крепкие, но не особо ухоженные волосы своевольно струились по коричневому балахону, который монашеской робой тянулся почти до земли. За спиной котомка — по виду пустая. Единственное украшение — выгоревшая от времен гарусная веревочка вокруг тонкой талии. Линия розовых губ выделялась на бледном лице, украшенном малость вздернутым носиком и скромным, едва заметным румянцем на щеках.

Проигнорировав вопрос, она присела перед беглецом, по-детски уперев локти в коленки, и принялась с тоской изучать его лицо.

— Кто бы мог подумать, — цыкнула она, — вот же невезение.

— Кто ты такая?!

Получив в ответ еще один пренебрежительный взгляд, он припомнил о железном осколке в кармане. Взмах лезвия заставил девушку отстраниться! Рэй перенес вес и вскочил на ноги. Пригнув колени, он сжал в ладони острый, обкусанный кусок железа. Незнакомка странным образом улыбнулась, наблюдая за этими действиями.

— Кто я? — спросила она, вскинув брови. — А мне было интересно, кто ты такой! Рэй из Падуба.

Рэй против воли всматривался в ее сочно-карие, глаза.

— Но сейчас уже неинтересно, — продолжила она, — поняла. Герой! — а после паузы на выдохе протянула: — Разумеется.

— От-ткуда тебе известно? Даже в лагере никто не знал.

— Да-а, и правда, откуда б мне знать? — усмехнулась она, склонив голову. — Уж с виду-то по тебе никак не определишь! Ты более похож на, — она снизила голос и опять одарила неприязненным взглядом, — на затравленного зверя, нежели на героя из сказок.

— Полгода назад, когда меня заперли в порубе, я перестал верить в сказки. И ты права — герой из меня прескверный.

— Какое самонаблюдение! — она весело улыбнулась, и в этой улыбке на миг сверкнули на удивление длинные клыки — точно звериные.

— Ты из Бересты? Но я тебя никогда не видел.

Незнакомка только пожала плечами в ответ, и понимай как хочешь.

— Знай, я не вернусь назад! — стараясь придать лицу суровое выражение, молвил Рэй.

— Не вернешься, стало быть? — с прищуром уточнила она. Девушка говорила с каким-то забавным просторечным акцентом. — А кабы нашлось пошто вернуться?

Рэй глядел непонимающе. Та подняла руку, продемонстрировав знакомую тетрадь в тёмно-зеленой обложке! Дыханье застряло в груди, когда он вспомнил, что драгоценного дневника-то при нём не было с пробуждения. Забыв об опасности, он подался вперед, выхватил предмет из ее руки и сразу же отступил обратно, трусливо приподняв заточку. Через секунду сам же себя укорил, поняв, что и правда ведет себя как звереныш.

Видно, по дневнику она и догадалась, что он герой. Как бы иначе?

Девушка беспечно огляделась по сторонам и спросила: