Чтение онлайн

кресле правого летчика я увидел полковника, начальника ПО дивизии, о

существовании которого мы все забыли, потому, что последние 3 дня тот из своего

персонального домика не выходил, общаясь только с официантками, которые его

кормили, и с планшетистками, с которыми, видимо, изучал расположение аэродромных

зон. Сидел этот начальник не очень усидчиво, и сразу потребовал у меня бортовой

журнал. Я подумал, что он сошел с ума, но тот совершенно логично объяснил, что

надо же куда-то пепел стряхивать. Выдал ему бортжурнал, плюнул, пошел в кабину.

Взлетели, 150 метров превратились в 100, идем в облаках, правак к штурвалу не

прикасается, командир пилотирует. Заходим. Первый заход с проходом, 100 метров,

бороды до земли. Командир заходит уверенно, ему погода не интересна, он все

равно без очков плохо видит. Прошли по кругу, идем на посадку. После четвертого

разворота полковник решил помочь командиру, взялся за штурвал, начал активно

вмешиваться в управление самолетом. Времени мало, высота 500, командир не стал

бороться с праваком, а просто треснул его кулаком в то место, которое у

нормальных людей называется лицом, тот от неожиданности и выпустил штурвал. Мы

благополучно произвели посадку, пока заруливали, полковник, надувшись, соображал,

как ему реагировать, потом принял грамотное решение. Когда вышли из самолета, он

похвалил командира за умелый заход в сложных условиях, признал, что был не прав,

и ушел в свой любимый домик. А я окончательно разозлился на все, пошел в комнату,

где и помог командиру лечиться от последствий солнечного удара. Полеты

закончились без приключений, что свидетельствовало о хорошей подготовке летного

состава.

Банный день.

Наконец выполнили план полетов по минимуму, пришла пора расслабиться. Пришел

транспортный самолет, разрешили отпустить часть людей к семьям, на субботу и

воскресенье. Первый залет на побывку возглавил сам командир полка, а за себя

оставил начальника штаба полка. Нормальный был начальник, откуда-то приблудился

в полк после академии, но уж очень суетной был, все пытался себя проявить.

Отчество у него было - Хабибулович, чтобы не ломать язык, мы превратили его в

Халабудыча. Вот и сказал командир Халабудычу, чтобы он оставшийся народ не томил,

а отпустил в баню по полной схеме, на отдых, так сказать. Все понял Халабудыч,

но недоброе задумал, гад. Отпустил он нас в баню, и расслабиться разрешил, и

вечернее построение отменил. Ну, мы и расслабились не по детски. То есть очень

даже по-взрослому. А баня и водка были в поселке Леонидово, все туда и рванули,

оставив в гарнизоне только охрану и оборону. Халабудыча никто в баню не

пригласил, человек он был новый, поэтому расслаблялся начальник штаба

самостоятельно. Расслабившись до потери сознания и совести, он зашел к

оперативному дежурному и объявил полку экстренный сбор. Опытный офицер сначала

попытался послать Халабудыча, ну хотя бы поспать, а после неудачной попытки

послал посыльных в Леонидово, в опорные точки, то есть в баню, в магазин, и на "графские

развалины", - это место, где после бани, по дороге домой, народ принимал допинг.

Нас посыльный застал в магазине, где мы покупали разную жидкость, чтобы

продолжить банкет в бараке. Командир дал команду продолжить закупку, а

лейтенанта послал на площадку у магазина с задачей добыть транспорт. Выскочил

лейтенант из магазина, а машин то и нет. Совсем все плохо. Но тут, на свою беду,

к магазину за водкой подъехал абориген на телеге, а в телегу ту была впряжена

одна лошадиная сила. Как только абориген зашел в магазин, лейтенант влез в

телегу, схватил вожжи, и дал команду лошади начать движение. Так как у нас "шары

были залиты выше ватерлинии", то мы без всяких сомнений попрыгали в телегу, и

начали свое продвижение к месту сбора. Ошарашенный владелец бежал за телегой,

что-то кричал на своем аборигенском языке, но мы понимали только непечатные

вставки, поэтому реагировали неадекватно.

А в это время начальник штаба выдвинулся к дороге в поселок, замаскировался в

кустах, и наблюдал, как народ выполняет его мудрое приказание. Тут он и увидел

эту телегу, выскочил из кустов и потребовал, чтобы телегу вернули законному

владельцу. Но надо было знать тех лейтенантов! Это про них в Монгохто говорили,

что страшнее пьяного лейтенанта зверя нет. Вот и этот лейтенант, прослуживший

уже 2 года, прошедший суровый курс подготовки молодого дальневосточного офицера

в полном объеме, сразу и послал Халабудыча по известному адресу, посоветовав

послужить на Востоке подольше, а потом уже мешать людям добираться к месту сбора.

Все-таки нас спешили, дальше мы пошли пешком. Владелец лошади был награжден

бутылкой водки, и даже предложил довезти нас до места построения, рассчитывая на

премию. На построение мы успели.

А потом был суд офицерской чести. И как только политруки не обзывали лейтенанта:

и мародером, и хулиганом, и даже пытались обвинить в воровстве. А вот простой

люд хорошо понял молодого офицера, сочувствовал ему, были высказывания типа: "

какой же русский не любит быстрой езды", пытались вспомнить о реквизиции во

время войны всего транспорта, включая гужевой. Но ничего не помогло, будущему

начальнику штаба 5-ти полков ВВС ТОФ был объявлен "выговор" за угон гужевого

транспорта.

Но и Халабудычу не простили этой выходки. Когда пришло время, Халабудычу полк не

дали, а задвинули на флот, где он потом и осуществлял взаимодействие между