Морская тайна (ил. Л.Смехова)
Шрифт:
«Временный отвод флота США из Тихого океана, - утверждала «Ници-Ници», - предпринят, чтобы выяснить, сколько времени потребуется для быстрого перевода атлантического американского флота в Тихий океан. Поэтому происходящий отвод флота отнюдь не следует считать дружественным жестом. Флот, - с раздражением указывалось далее, - вернется в Тихий океан, имея в своем составе пять новых крейсеров водоизмещением в десять тысяч тонн каждый и много других судов, быстроходных нефте-танкеров и т. п.».
В Панаме иностранец с «Гайаваты» за один час объехал однообразные улицы, осмотрел дворец управления канала, памятники, колледж и соборы - словом, сделал все, что могло помочь ему убить время.
– Иностранцы обычно ездят к испанским развалинам, сэр, - предложил шофер.
– Три доллара, сэр. Развалинам двести пятьдесят лет, сэр.
Путешественник молчаливо согласился, и через двадцать минут автомобиль подвез его к берегу океана, где среди вековых деревьев чернели мрачные руины. Как раз напротив развалин находился придорожный ресторан. На веранде, под пестрым тентом, за столиком сидел коренастый американец. Видимо скучая, он с интересом взглянул на приехавшего иностранца. В следующую секунду американец вздрогнул, отстранил рукой бокал, точно тот мешал ему смотреть, и, пораженный, откинулся в кресле. Путешественник между тем, хотя и заметил странное впечатление, какое он произвел на незнакомого ему человека, направился к развалинам и по глухой тропинке вошел в прохладный, сырой тропический лес. Черные, задымленные арки, разбитые, осыпавшиеся стены соборов, покосившиеся башни замков заросли травой, и сухие лианы сплетались над мертвыми памятниками старинной славы Испании.
В тишине послышались грузные шаги. Из-под камней вспорхнула испуганная птица. Между деревьями промелькнула фигура американца. С нетерпеливым ворчанием он перелезал через камни, направляясь к нашему путешественнику, но тот, закончив осмотр, по другой тропинке вышел на шоссе к своему автомобилю.
– Постойте, - раздался крик из лесной чащи, - куда вы мчитесь? Я из-за вас изорвал свой лучший пиджак. Проклятые лианы!
Задыхаясь, обмахиваясь шляпой, незнакомец с трудом добрался до автомобиля и отрывисто, от бега или волнения, промолвил:
– Стойте! Обождите одну секунду! Скажите… Вы иностранец?
– Нетрудно угадать, - с улыбкой ответил путешественник, указывая на свой зимний костюм.
– Что вам угодно?
– Скорей, скорей отвечайте!.. Вы русский?
– Да… Я из СССР.
– Русский моряк!.. О-о, так всмотритесь же в меня. Не узнаете? Прощаю, прощаю, - радостно замахал руками американец.
– Обнимите же меня, черт вас возьми, дорогой мой!
– Очевидно, это ошибка… - попробовал протестовать путешественник, но незнакомец схватил его руки и ликующе топнул ногой.
– Нет, нет, не возражайте и скорей обнимите меня. Вы русский штурман Головин с погибшего советского парохода!
– Откуда вам это известно?
– поразился тот.
– Готов поклясться, что вижу вас в первый раз в жизни.
– Не смейте!
– в восторге захохотал незнакомец.
– О, как я рад видеть вас таким крепышом!
– Рад познакомиться…
– Какое там к дьяволу знакомство! Неужели вы не догадываетесь, кто я!
– Нет, - искренне признался Головин. Он в самом деле впервые видел этого человека.
– В таком случае вы через секунду раскаетесь.
Пораженный штурман продолжал недоумевать.
Удивительная встреча породила в нем беспокойство. Но не случись этой встречи на Панамском шоссе, вряд ли нам пришлось бы продолжать историю, которая, как в этом убедится читатель, полна поразительных приключений.
Глава двенадцатая.
СЧАСТЬЕ ФРЕДА ИРВИНГА
«- Неужели вам не рассказывали, кто вас спас, - спросил американец, - и не назвали имени?..
– Пароход «Президент». Штурман Ирвинг…
– Стоп. Достаточно. Штурман Фред Ирвинг - это я!
И через минуту мы, как старые друзья, хлопали друг друга по спине. Вечером, когда мы возвращались в Панаму, всю дорогу Ирвинг твердил:
– Мистер Головин, вы принесли мне счастье!
– Помилуйте, - протестовал я, - скорее я вам обязан…
– Молчите!
– с горячностью отвечал американец.
– Вы принесли мне счастье.
И я услышал следующий рассказ о «счастье» Фреда Ирвинга.
– Штурман, молчать, - шутя скомандовал он, начиная рассказывать.
– Перед вами капитан. Капитан «Юпитера», грузового парохода в семнадцать тысяч тонн водоизмещением. Да, да, вы принесли мне счастье. В тот день, когда «Президент» выгрузил вас в Гонолулу и без признаков жизни сдал в морской госпиталь, я, как драгоценный амулет, спрятал в каюте снятый с вас спасательный пояс. Надо мною смеялись, называли суеверным. Но про себя я думал: чем такой пояс хуже веревки повешенного? И что же? Я оказался прав. Не позже чем через месяц ваш пояс принес мне счастье. Молчать! Не возражать! Говорит капитан. Газеты Сан-Франциско напечатали мои радиограммы о сенсационной находке в океане, поместили мой портрет, и… газету прочел друг моего покойного отца мистер Голдинг. Он меня помнил ребенком, ему шестьдесят восемь лет, и он стоит двенадцать миллионов долларов. Мистер Голдинг - директор акционерного общества пароходной компании «Новая Англия». Мог ли я знать, что человек, который держал меня на коленях, сейчас - один из властителей судеб бедных моряков?! Мистер Голдинг прочел про меня, узнал, где я нахожусь, и по возвращении в Сан-Франциско вызвал меня к себе. Шесть лет я бесцельно хранил истершийся капитанский диплом. Мистер Голдинг сказал одно слово, и меня назначили капитаном «Юпитера». Отныне, покуда мистер Голдинг жив, я могу не заботиться о своей судьбе.
Так без умолку всю дорогу болтал добродушный американец. По приезде в Панаму я на ночь снял номер в отеле «Ричмонд». Ирвинг сообщил мне, что его пароход стоит в Панаме и завтра вечером отбывает в Сан-Франциско. Какая удача! Не задумываясь, я принял предложение Ирвинга плыть с ним на его «Юпитере». Мы протелефонировали в Колон, чтобы к утру мне доставили чемодан с «Гайаваты».
На следующий день, в девятом часу утра, я брился, когда в дверь номера постучался коридорный бой.
– В вестибюле, - сообщил он, - вас ожидает господин… Он просит принять его. Что ответить?
Думая, что это Ирвинг, я попросил немедленно провести его в номер. Послышались шаги. Я обернулся. Но это был не Ирвинг!»
В комнату Головина вошел японец в белом костюме. С низким поклоном пришедший извинился за ранний визит и предложил штурману, не стесняясь, продолжать свой туалет. Большим желтым шелковым платком гость вытер скуластое лицо, без приглашения сел за стол и бесцеремонно, с наглой пытливостью принялся разглядывать Головина. «Вероятно, местный комиссионер», - подумал штурман.
– Чем обязан?
– извинившись в свою очередь и спеша закончить бритье, спросил моряк.
– Чем могу служить?
– Не беспокойтесь, я задержу вас не более чем на пять минут, - предупредил гость.
– Можете продолжать бритье. Я корреспондент Ассошиэйтед Пресс. Я хочу узнать у вас некоторые детали вашего чудесного спасения и счастливой встречи с мистером Ирвингом.
– Откуда вам это известно?
– удивился Головин.
– Я только вчера приехал в Панаму.
– О да, вы еще не читали газет. В сегодняшней «Америкен» напечатан превосходный рассказ Ирвинга о вашей замечательной встрече. Итак, начнем.
– И, точно не замечая недоумения штурмана, корреспондент вынул блокнот.
– Расскажите, в каком состоянии вас нашел «Президент», а главное, что произошло с вами в последние дни перед тем, как пароход подобрал вас в океане. Припомните мельчайшие подробности - это очень, очень интересно.