Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Шрифт:

«Закончишь техникум, отслужишь в армии, придешь на производство. Но запомни — люди нуждаются в твердой руке» — эти слова отца дополнялись поучениями Пескова.

Иван сравнивал студенческие годы с корабельной жизнью, видел себя в будущем начальником и невольно соглашался с наставниками. Никаких полутонов. А Борисов с подачи таких горлопанов, как матрос Иванов вытащил его на повторный суд к старшему помощнику командира. Никаких отступлений от установленных, считай, уставных правил. А Борисов снова идет на поводу у того, кого надо наказывать в первую очередь. Вот когда уволится он, старшина второй статьи Карнаухов, и наступит в команде анархия, тогда и поймет молодой мичман что всю военную жизнь надо делить только на два цвета, черный и белый. Так намного легче, проще. Отпадает необходимость сомневаться. Таким должен быть настоящий командир, начальник — жестким, не разменивающим основную цель на мелочи, готовым ради главного пожертвовать второстепенным.

В свое время, убедившись в том, что матрос Карнаухов крепко усвоил наставления, Песков ходатайствовал о его назначении на должность командира отделения и, признаться, горя не знал. Вскоре у наставника закончился договор, он уволился в запас. Старшина второй статьи продолжал неукоснительно придерживаться его линии. Служба шла легко и без особых трудностей. Но вот появился новый старшина команды мичман Борисов. Исполнительный до педантизма, Карнаухов стал испытывать затруднения.

Старшину несказанно удивило недовольство Борисова, вызванное его позицией в отношении Уразниязова. Любой старшина команды с радостью использовал бы шанс избавиться от слабого специалиста, а мичман Борисов настаивал на обратном. Правда, Уразниязова все же перевели в другую команду, но как это обернулось для него, командира отделения.

Иван почувствовал, что молодой мичман придерживается особого мнения и насчет проступка главного боцмана. Подобное не укладывалось в сознании. Понятно, они дружны, живут в одной каюте, но приятельство не должно отражаться на служебных делах. Справедливости ради Борисов просто обязан осудить товарища по службе, помочь ему выйти на правильный путь, иначе нарушалась логика военной жизни, запрограммированная в ее Уставах.

Ничего, подумал Карнаухов, придет время и этот начинающий мичманок удостоверится в его, Ивана, правоте. Вот скоро прочно встанет на ноги Конев. Уже весомый аргумент, а насчет главного боцмана дело решится намного быстрее.

Он не сомневался в том, что самоуправство выйдет старшему мичману Петрусенко боком. Скоро, очень скоро мичман, а вместе с ним и такие трепачи, как Иванов получат очень полезный урок. Интересно узнать, как отнесется к этому случаю лейтенант. Из училища он недавно, но мнит себя не ниже Макаренко… А что, если спросить?

— Товарищ лейтенант!

— Слушаю вас очень внимательно, товарищ Карнаухов.

— Нет, я серьезно. Говорят, что сегодня главный боцман ударил подчиненного. Как вы к этому относитесь?

— Командир корабля лично мне пока не докладывал, поэтому удовлетворить ваше любопытство я не в состоянии. Товарищ мичман позаботьтесь о том, чтобы люди занимались полезным делом.

Коломийцев поднялся, аккуратно сложив, водворил на место разножку, сухо кивнул Климу, внимательно посмотрел на каждого моряка и вышел.

Карнаухов понял, что командир дивизиона недоволен его вопросом. Значит, он в курсе. Мало того, получается, что лейтенант Коломийцев недалеко ушел от мичмана Борисова и матроса Конева. Но кому, как не офицеру в первую очередь добиваться порядка. Жаль, что мичман Песков уволился. Вот это был настоящий командир. Кто-кто, он толк в Уставах понимал и чтил их не в пример другим, некоторым. Сделав такой вывод, он сокрушенно покачал головой.

Борисов приказал выключить станцию, сделал короткий разбор проведенной тренировки. Вовремя. В динамике громкоговорящей связи щелкнуло, послышался голос командира корабля:

— Акустики, командир.

Клим четко, с готовностью ответил:

— Есть акустики.

Он выслушал сообщение о походе к району поиска, переключил кнопку на передачу и снова лихо, может, чересчур лихо заверил, что команда лодку найдет и будет удерживать ее на расстоянии вытянутой руки столько, сколько потребуется. Такой ответ командиру явно понравился. Он, давая понять, что оптимизм подчиненных ему по душе, хохотнул и отключил связь.

Загремели колокола громкого боя. Длинная их трель оповещала о начале работы. Клим хотел было сесть за экран. Первый этап, этап поиска — самый ответственный, лучше провести его самому. Если поиск затянется, то начнется нервотрепка, пропадет кураж у акустиков, плюнут и уйдут куда-нибудь в самый трудный для поиска район подводники. На удачу в дальнейшем можно не рассчитывать. От почина многое зависит, дело известное. Да еще черт дернул за язык, нахвалился командиру. Не надо бы. Он потянулся к спинке операторского кресла, потом решительно махнул рукой:

— Матрос Милованов! Садись! Будете править балом. Конев, а ну становись возле него, смотри, как Коля сейчас супостата потрошить станет.

Милованыч мгновенно вспотел. Ему еще ни разу не приходилось начинать поиск не то что на зачетном, а и на обычных, тренировочных выходах в море. Он заторопился, невнятно буркнул: «Есть». Хотел поправиться, откашлялся и таким петушком крикнул: «Понял, есть!», что все засмеялись.

Снова загудели преобразователи. Расчет мичмана удался. Каждому было интересно узнать, как сработает Милованов. В тесном, полутемном помещении установилась особая приподнятая обстановка, вызванная началом охоты большого противолодочного корабля за подлодкой, неожиданным решением мичмана и испуганно радостным воплем Коли.

— Открыть гидроакустическую вахту, режим работы эхо-пеленг!

С тонким звоном пошла первая посылка гидроакустической станции. Казалось, что под ее ударом запела толща чистой морской воды. На круглом поле экрана выросла и стала медленно угасать оранжевая роза. Еще не дотлели отраженные от каменистого дна отметки в виде ярких ее лепестков, как в центре экрана снова вспух и заспешил в стремительном росте новый огненный цветок, сопровождаемый чистым хрустальным звоном. Милованов, другие акустики, затаив дыхание искали среди сотен засветок-светлячков одну отметку, самую яркую, отраженную на фоне каменистого ли, другого дна металлическим телом подводной лодки. Каждый из моряков знал, что на первой минуте обнаружить ее не удастся, такого не бывает. Цель приходится искать иногда по часу, а то и более, но велико было стремление найти ее, желанную, крикнуть раньше всех и ощутить при этом ни с чем не сравнимую радость.

Свободные от вахты были здесь же. Над самым ухом Милованова громко сопел-стонал Петька. Он незаметно для себя оттиснул в сторону Конева и бедный Игорь был вынужден привстать на цыпочки, чтобы видеть мгновенное рождение цветка и скорую его смерть. Он знал, что луч гидролокатора торопливо обшаривает подводное пространство вокруг корабля. Расходящиеся концентрическими кругами черточки очень напоминали диковинную розу и среди ее лепестков то в одном, то в другом месте долго светились какие-то пятнышки и новичку страстно хотелось, чтобы одно из них было отражением от лодки. Карнаухов, благодаря своему опыту, видел сразу все пространство одновременно. Иногда ему казалось, что вот она, цель, но после очередного сигнала-посылки на месте горящего уголька оказывался затемненный участок. Иногда уголек продолжал гореть, но свечение его было иным, нехарактерным, что указывало — нет, не лодка это. Может быть торчал кусок скалы, гигантский валун, может, проходил косяк рыб, что угодно, даже могло затонувшее судно оказаться, так тоже бывает. Оператор докладывал:

— Гидроакустический горизонт чист!

Борисов напрягся, ему хотелось, чтобы посылки локатора шли чаще, казалось, что матрос Милованов вяло, чересчур медленно управляет визирным лучом и он невольно стал жалеть о своем решении.

— Гидроакустический горизонт чист…

Милованов весь ушел в работу. Он не слышал гула электромашин, не видел ничего, кроме светящейся поверхности экрана. Для него пропало ощущение времени. Он не знал сколько прошло: десять минут или час, когда вверху, чуть правее нулевого пеленга вдруг ясно засветилось и стало медленно, заметно медленнее других гаснуть пятнышко величиной с булавочную головку.

Поделиться с друзьями: