Чтение онлайн

Андрей сунул кольт за пояс и потянул на себя рукоятку газа. Катер сразу сбавил ход и опустил нос. Теперь сближение шло не так быстро. Андрей еще немного убавил скорость. Теперь в самый раз! Он уперся руками в грудь убитого боевика.

Двое в маленьком катере, наверное, думали, что их догоняют их же люди, точнее, один из них, кто еще оставался живым в катере. Главарь, наверное, жаждал допросить своего бойца о том, что тот видел во время боя. Кто стрелял с русского судна и все ли погибли на катерах?

Рывком Андрей приподнялся вместе с телом убитого, делая вид, что держит раненого. Он заметил, что брови главаря начали сходиться на переносице. Тот не совсем узнавал в этом европейце одного из своих людей. А присутствие в катере вместе с убитыми незнакомого человека представить себе было сложно. Для этого нужно нестандартное и образное мышление.

Мысль о мышлении Андрею понравилась. Он расплылся в улыбке, приветливо глядя на главаря, а потом уронил тело убитого и бросился вперед. Этот толчок он рассчитал заранее. Ноги босые и мокрые. Это значит, что можно поскользнуться на борту. Это значит, что ставить ступню придется очень точно и с максимальной площадью опоры. Правда, он немного подсушил свои ступни, пока лежал и вел катер. Он сделал это, используя одежду другого убитого бандита.

Реакция не подвела, скорость работы мышц тоже. Это было упоительно, чувствовать себя тренированным и готовым к любым действиям. Тело убитого бандита еще падало на пол катера, а Андрей уже опускался в своем коротком полете прямо на главаря. Он видел, как этот молодой мужчина лет тридцати с небольшим удивленно вытаращился и схватился рукой за пистолет, лежавший рядом на сиденье. Глазомер подсказал Андрею, что этот человек не успеет поднять оружие для точного выстрела. Времени у него на это не хватит, он опаздывает примерно на секунду.

Приземлился Андрей очень расчетливо: коленом главарю в бедро, пальцами правой руки в глаза, а левой ухватившись за кисть его руки с пистолетом. Удар мощного тела был так силен, что легкий катер завалился на левый борт, но тут же выпрямился. Главарь взвыл от боли, но Андрей уже стиснул его кисть и несколько раз с силой ударил ее о спинку сиденья, выбивая оружие.

Рулевой со страхом озирался, не понимая, что же такое произошло. Откуда и каким чудом тут взялся этот здоровяк в мокрой одежде? Наверняка в голову бандиту пришли мистические сравнения с русалками и наядами мужского пола. Не с русского же корабля спрыгнул этот ненормальный?

Пистолет отлетел на корму и стукнулся о кожух двигателя. Колено Андрея врезалось главарю снизу в подбородок, ребро ладони почти сразу нанесло рубящий удар пониже уха. Главарь мотнул головой и повалился между сиденьями. И тут же в сторону Андрея повернулся ствол пистолета, который держал в руках рулевой. Видимо, ступор прошел у него очень быстро, а может, инстинкт самосохранения отверг все мистические объяснения происходящего и подтолкнул его к привычным действиям.

Выстрел прозвучал одновременно с ударом ноги под локоть. Андрей упал на бок, уворачиваясь от направленного в его сторону выстрела, а ногой нанес удар в падении. Рука с пистолетом подскочила почти вертикально вверх. Андрей схватился руками за сиденье, используя его как опору, а сам подскочил и теперь уже двумя ногами нанес страшный удар рулевому в плечо и в бок. Бандита как ветром сдуло с сиденья, пистолет улетел в воду, а сам он ударился боком о борт, скорчился от боли в сломанных ребрах и повалился в воду. Катер, потеряв управление, несся вперед.

Первым делом Андрей убрал до отказа рычаг газа на пульте возле сиденья, а потом уже посмотрел на главаря. Тот валялся между сиденьями в неудобной позе. Андрей выволок его за ремень, потом этим же ремнем стянул главарю руки за спиной. Осмотр окружающего морского пространства показал, что от «Архангельска» катер отошел меньше чем на милю, а заодно и то, что голова рулевого виднелась на поверхности.

Пока Андрей вытирался полотенцем после короткого доклада командиру, двое спецназовцев проскочили вокруг сухогруза на катере и утопили все суденышки бандитов, пробивая днища и надувные борта очередями из автоматов. Потом они тщательно обыскали катер главаря и тоже отправили его на дно. Теперь лишь расползающиеся на поверхности воды пятна бензина напоминали о разыгравшейся трагедии. Из всех атаковавших русское судно бандитов в живых осталось двое – сам главарь и его рулевой.

Капитан Топилин посчитал своим долгом спуститься на палубу, где у основания грузового крана несколько спецназовцев со своим командиром окружили двоих пиратов. Николай Николаевич в форменной рубашке подошел к военным и хмуро посмотрел на пленников.

– Ну? – поинтересовался он у Ломашевского. – И что это за типы?

Командир спецназовцев оглянулся на капитана и, скрывая неудовольствие, ответил:

– Допросим – узнаем.

– Парень-то ваш каков, а? – с одобрением добавил Топилин, кивая на Истомина. – Надо же, подготовка у ваших ребят! Прямо с борта сиганул и догнал ведь. Впечатляет!

– Нормальная работа, – проворчал Ломашевский. – За то и зарплату получаем.

– А что теперь с этими делать? – снова спросил капитан, кивая головой в сторону пленников.

Ломашевский отошел от своих бойцов, взял капитана под руку и мягко отвел в сторону.

– Николай Николаевич, мы сейчас будем работать, – тихо сказал он. – Очень важно, чтобы никто из экипажа сюда не входил. А еще лучше, чтобы никто не знал, что у нас есть пленные.

– Вахтовая команда видела… наверное…

– Убедитесь, что она видела лишь захват и обыск пиратских катеров, но не более. Понимаете? Не было пленников, и быть не могло!

До капитана наконец дошло, что он пытается вникнуть в чужую специфику, влезть в сферу, куда влезать ему не стоит, хоть он и полноправный начальник на судне. Слишком необычен этот рейс. Напоминание, что он обязан во всем слушаться Ломашевского и в случае, когда этого потребует ситуация, даже подчиняться ему, снова всплыло в голове дисциплинированного капитана. Топилин согласно кивнул головой и оставил военных с их добычей.

– Ветер! – коротко бросил Ломашевский Сашке Ветрову. – Возобновить наблюдение за морем. Остальным отдыхать. Через пять часов быть готовыми укрывать оружие и снаряжение. До подхода к границе территориальных вод!

– Есть! – ответил Сашка и побежал распоряжаться.

– Рысь, Внук! – снова приказал командир. – Со мной, остальным по расписанию.

Спецназовцы разочарованно ушли, оставив командира с двумя своими товарищами. Главарь пиратов стоял со скрученными за спиной руками и ворочал шеей с болезненным выражением лица. Его рулевой, скорчившись на один бок, выглядел еще хуже. Его чуть-чуть помяли, когда поднимали на борт, да еще Андрей не очень щадил его, когда вылавливал в море. Сломанные ребра вещь неприятная, особенно если учесть, что обломок ребра может проткнуть какой-нибудь внутренний орган.

Андрей с Рыськиным понимающе переглянулись и поморщились. Оба отдавали себе отчет в том, что пленников придется после допроса ликвидировать. Брать с собой в Парагвай их нельзя, потому что они не члены экипажа. Говорить властям правду и передавать их полиции тоже бессмысленно. Их или выпустят оттуда, или там же прибьют. Те, кто стоит за второй уже попыткой уничтожения судна и груза, наверняка имеют тут огромное влияние и такую же неофициальную власть.

Оставить пленников в живых означает предоставить бандитам информацию о составе и подготовке группы спецназа. Это же будет и подсказкой, что русские знают о противостоянии, готовящихся и предполагаемых акциях. А раз они допрашивали пленников, то знают и кое-кого из тех, кто за этим стоит. Пока противник ничего не знает о силах российского спецназа, то действовать он будет бесхитростно, по-простому. Это значит, что судно можно попытаться довести до порта назначения в целости и сохранности. А уж там, хотите вы этого, господа, или не хотите, но местным властям придется обеспечивать безопасность имущества «Газпрома» и безопасность специалистов. Там уже пойдет иная игра, не такая откровенная, как в открытом море.