Чтение онлайн

Лои уже не однажды первым замечал попавшую в кошелек сельдь. И обычно в крыльях невода.

Вот и теперь он пристально вглядывался в воду, пытаясь проникнуть взглядом как можно глубже. И вдруг возле одного из поплавков как будто что-то зашевелилось. Неужели… или у него просто разыгралась фантазия?..

Сердце, которое чуть было совсем не остановилось, внезапно забилось учащенно. Щеки Лои раскраснелись. Он хлопал глазами. Вот это да! Неужели сельдь все-таки не ускользнула?!

— Папочка, пожалуйста, сделай так, чтоб она не ушла… Только в этот раз… Пускай мы потом не поймаем ни одной рыбки, только бы сейчас она была в неводе. Папочка, дорогой, сделай это для меня… Если ты мне поможешь, я больше никогда не буду таскать чернослив у кока… Я буду молиться за всех несчастных, как мне велела перед смертью бабушка… Сделай, чтобы сельдь не ушла. Один-единственный раз… Чтоб набралось хотя бы бочек сто…

Не успел он договорить последние слова своей молитвы, как чудо свершилось. Из крыла невода выпрыгнула не одна, а целых две селедки.

Попалась! — завопил Лои, ударяя в ладоши. — Вон там, в неводе плеснули две рыбины!

Ребята в шлюпке расхохотались, а кок вынул трубку изо рта.

— Ну что ж, — сказал он Лои, — на этот раз бахилы остались при тебе.

Уже подняли на борт стяжные кольца, так что сельди было не ускользнуть. Внутри кошелька стало заметно копошение, вскоре сельдь забурлила и пошла… но пошла в пределах невода.

С шлюпки грянуло «ура».

— Все-таки наш кэп здорово провел замет, — чуть слышно проговорил Лои. — Пожалуй, это один из лучших заметов за всю путину…

Вот выбрали несколько саженей невода, и показались запутавшиеся в ячейках первые сельди. Невод как следует тряханули, и рыба ссыпалась обратно в сливную часть.

Снова отвернув голенища, Лои помчался на бак, где Йоун нанизывал на кронштейн кольца. Улов обещал быть богатым: сельдь кишела и в крыльях, и в середине невода.

Сливная часть постепенно делалась все тяжелее и тяжелее; ребята дружно налегали на невод, и шлюпка все больше кренилась на один борт. Лои, стоя на носу, следил за тем, чтобы сельдь не уходила возле поводков.

— Только бы кошель не перевернулся! — крикнул Лои Йоуну. — Как думаешь, сколько тут?

— Да трудно сказать… Бочек триста будет. Может, и больше…

Раз уж Йоун рассчитывал на триста бочек, стало быть, их было добрых шестьсот. А это значит — полный трюм. Это значит, будет и чешуя на бахилах, будет глубоко осевшее под тяжестью улова судно, будет жиротопня, а если повезет, и засолочная площадка.

Лои попросил матросов из шлюпки бросить ему следующую рыбу, которая запутается в неводе. Через мгновение на судно уже летела селедка. Лои поймал ее и прошел на корму, за рубку, где его никому не было видно. Там он содрал с селедки чешую и обмазал ею свои бахилы. Потом провел грязной рукой по волосам и по лицу.

Теперь у него снова появился вкус к жизни.

Еще не выбранная часть кошеля настолько отяжелела от лежавшей плотной массой сельди, что притопила невод, и поплавки скрылись под водой. На лицах команды мелькнула тревога: невод мог в любую минуту опрокинуться, и тогда сельдь поминай как звали. Кок тоже надел робу и поднялся на палубу. Оттуда он перелез в шлюпку и стал помогать вытаскивать верхнюю подбору.

И тут Лои пришлось опять призвать на помощь отца. На этот раз он просил не сельди, а его содействия в том, чтобы не упустить ее.

Мальчик всматривался в глубину, надеясь увидеть всплывающую подбору, но поплавки на поверхности не появлялись. Невод по-прежнему оставался притопленным. Правда, в том месте, где он должен был находиться, вода отливала темно-коричневым.

Когда была выбрана большая часть невода, стало очевидно, что улов им достался отменный, самый богатый за эту путину. Поплавки снова всплыли наверх, теперь невод уже не грозил перевернуться. Впрочем, сельдь еще могла порвать невод, а тогда все остальное будет уже неважно.

Матросы работали как одержимые.

— Раз-два — взяли! Еще — взяли! — по очереди громко кричали они, изо всех сил таща невод, в котором продолжала бурлить сельдь.

Окликнув Лои, Паульми велел ему занять место на палубе. Об этом ему можно было не напоминать.

С тех пор как Лои бросился к иллюминатору, он на время выливки всегда становился в проходе по левому борту. Это была его территория, на которую не должен был посягать никто другой.

Проверив, закрыт ли иллюминатор, он занял свое место в проходе. Выборка невода была уже закончена, за бортом оставалась только сливная часть. Сельдь в неводе сверкала и переливалась, вода вокруг всего судна блестела от чешуи.

Туман, как заметил теперь Лои, понемногу рассеялся, зато волнение на море усилилось. По небу наперегонки неслись тяжелые свинцовые тучи, они отпихивали одна другую, словно каждой во что бы то ни стало хотелось быть первой.

Нужно было поскорее, пока не собралась буря, приступать к выливке.

Когда закончили подсушку улова, в кишащую селедочную массу воткнули длинный багор, чтобы посмотреть, на сколько он уйдет в глубину. Багор не достал до дна невода. Такого в эту путину еще не бывало.

Значит, они будут с полным грузом!

Лои разрешили спуститься в шлюпку и вместе с другими матросами встать на край невода, чтобы не упустить его. Все были как нельзя более довольны уловом. Кто-то нюхал табак, кто-то полез под робу за пачкой сигарет.

Лои передал команде слышанный им разговор капитана с берегом (тот просил место под разгрузку в Эскифьордюре):

— Мы идем с полным грузом, сказал кэп!

Магнус бросил каплер в рыбную массу, и его подняли, до отказа заполненный бьющейся сельдью.

Какое это невыразимое блаженство — стоять в шлюпке бок о бок с заправскими рыбаками, в собственных бахилах, и смотреть, как оседает судно после каждого нового каплера сельди, и видеть, что рыба в неводе не убывает, сколько бы из него ни отливали, и знать, что очень скоро они войдут в порт на тяжело груженном судне! Чего еще можно желать?

Когда трюм заполнился, Лои помогли перелезть обратно на «Слейпнир» — началась выливка на палубу. Теперь нужно было занять свой пост и глядеть в оба.

Море тем временем разыгрывалось, ветер крепчал. Ауси с веревкой от каплера стоял возле рулевой рубки, а Паульми находился в самой рубке, стараясь держать судно в наиболее удобном для выливки положении.

Вот заполнилась средняя палуба, и сельдь пустили по проходам.

Наконец-то Лои мог хоть по уши вымазаться в своей ненаглядной чешуе. Он очень гордился своим поручением: следить за выливкой по левому борту. Сельди на этот раз загружали видимо-невидимо.

Лои уминал сельдяную массу, как сено на сеновале, в надежде освободить местечко для нескольких лишних селедок; он сплевывал за борт и проклинал разгулявшуюся непогоду.