Чтение онлайн

–Разумно. У тебя, наверное уже и список есть? И кто в нем?

–Кузнецов Николай Герасимович. Доллежаль, Курчатов, Королев, Лавочкин, Ильюшин, Александров, Арцимович, Владимиров, Грабин, Перегудов, Малышев, Ермольева.

–А почему нет Яковлева?

–Потому что он, проталкивая свои самолеты в производство, вел себя, скажем так, не совсем порядочно. Ради успеха, оттеснить конкурента любой ценой. А в сорок третьем он окажется, вместе с Шахуриным, замешан в деле с массовым авиабраком - когда у истребителей, обшивка с крыла слетала. И доверять ему сохранение Тайны - результат непредсказуемый. Конструктор он хороший - вот пусть и занимается, с чужой подсказки. Лавочкин же показал себя гораздо достойнее.

–Ну если мерять по порядочности - тогда почему нет Дегтярева? Прочел тут, что когда в следующем году новый пулемет станковый будем принимать на вооружение, я буду склоняться к его авторитету, так он сам скажет, что Горюнов, из молодых, свой СГ-43 сделал лучше его ДС-улучшенного?

–Товарищ Сталин, при всем моем уважении к Василию Алексеевичу, его таланту и присвоенной без защиты докторской степени - он, мягко говоря, слаб как инженер! Даже чертежи не научился толком читать. Творил буквально руками: начинал с макета из дерева и бумаги, потом, подгоняя, замещал детали металлическими. Отсюда и его взлеты, и его провалы. Единственнная его абсолютная удача - ПТРД. Ну еще будет, РПД-46. И - все же, возраст… Тут нужен кто-то моложе, и что важно, великолепный организатор, досконально знающий производство! Владимиров подойдет - хотя я еще думаю о Березине. А может, даже - оба. Или еще кто-то.

–Тебе, Лаврентий, виднее. Но кого бы ты ни выбрал - найдешь и прикомандируешь к нему двух товарищей. Калашников Михаил Тимофеевич, сейчас после ранения на стрелковом полигоне МВО, свой пистолет-пулемет доводит, пока еще под тэтэшный патрон. И Драгунов Евгений, найди его обязательно, биография известна, со списком послужным. Пусть твой выбранный светило-оружейник этих самородков будущих отшлифует хорошо, опыт и знания свои передаст.

–Калашников - тот самый? Который - АК?

–Тот. Лучший автомат всех времен и народов. Но с ним мы торопиться нэ будем, поскольку патрон новый, это производство надо развернуть - а вот его же ПК, единый, надо срочно делать - а то тяжело пехоте с Максимом. Вот вам и первое задание, товарищ Берия - образец есть, готовый, сколько времени потребуется, при нашей технологии и материалах, наладить серийное производство? Выберите ответственного, Владимирова или кого еще, введите в курс дела, поставьте задачи. Общую - по всему материалу, касаемо стрелкового оружия потомков, что можно у нас ввести, перенять - и две конкретных, единый пулемет и обучение будущих наших гениев. Через три дня - доклад, что сделано, мне!

–Что делать с материалами? Я не про "железо" говорю - а про библиотеку? Разрешено ли мне будет, взять часть книг и один "ноутбук" - или привезти товарищей сюда?

–Хм, задачка. Я полагаю все ж, что не библиотека ездит пусть даже к очень уважаемому человеку - а этот человек приходит в библиотеку. Ладно, книги можешь взять - но не "компьютеры", это приборы нежные, мало ли что.

И еще обязательно надо включить Шапошникова Бориса Михайловича. И возможно - Мехлиса, хотя он в Крыму и обо… ся по полной! Но честный фанатично, и въедливый - так что, я подумаю. В общем, список будет расширяться - по мере работы.

–Я имею право предлагать кандидатуры, вы - утверждаете?

–Нет. Утверждаешь, ты, Лаврентий. Ну а мое слово - окончательное; уж если я лично подписываю назначение командиров особых авиаполков - то тем более должен сам видеть, кто допущен к Тайне. А предлагать кандидатов - я слышал, это уже делают, и твой Кириллов, и этот, Лазарев, командир наших гостей? Кстати, я хотел бы с ним встретиться - пригласи их сюда, в Москву! Да и награды надо людям вручить - сколько они для СССР сделали? Когда?

–Через пять дней.

Пять - это много. Три дня. Причем кроме командира здесь будут нужны - их спец по наземным, и главное, атомщик. Потому что время - не ждет. Какого-то декабря, в Чикаго запустят ядерный реактор - ты не забыл, Лаврентий? И начнется совсем другая эра - с другими правилами. Останавливать мировой прогресс мы не хотим - а вот изогнуть его под нас… Пока еще никто, даже там, не уверен в перспективе атома - об этом знаем лишь мы, ну и конечно, наши гости. Но после Чикагского эксперимента, их ядерная программа, проект "Манхеттен", получит резкий толчок - прежде всего, в плане финансирования. А вот сорвать это - в наших силах. Если Чикаго станет, как Чернобыль той истории - ни один их сенатор в здравом уме, не проголосует за ассигнования, а "яйцеголовых" станут бить прямо на улицах. Вызови Курчатова… и еще Зельдовича - вообще, думаю, при подборе списка ученых-атомщиков можно смотреть только на профессиональные качества, а не на анкеты, благонадежность и социальное происхождение - но и контроль обеспечить стопроцентный. Но ты уж постарайся, Лаврентий! Операция должна пройти так, что в любом случае, при любом исходе - к нам не вело никаких следов. Мы уже начали получать помощь по ленд-лизу, и нам крайне важно не потерять ее до конца войны, как и в истории наших потомков. Кого собираешься привлечь к операции?

–Судоплатов конечно же, и Кафтанов. Один неплохо поработал по американской теме и знаком с нашей резидентурой, другой частично с вопросом.

– Что они могут знать о наших э-э-э… гостях?

– Ничего. Первый только курировал Хейфица и Овакимяна - Берия похлопал рукой по пухлой папке - второй единственный, кто возражал против репатриации это немца-физика, и значит в теме далеко не дурак.

(Решением Особого совещания НКВД в апреле 1940 года из СССР был выслан известный немецкий физик Ф. Хоутерманс. Арестован в декабре 1937 года "как подозрительный иностранец, прикидывавшийся беженцем-антифашистом". Не сгинул из-за защиты Бора, Эйнштейна, Жолио-Кюри. Как удалось передать на запад информацию об его аресте для автора загадка, хотя физик дал согласие на сотрудничество с органами НКВД. Арестован гестапо, но по ходатайству немецких физиков выпущен из тюрьмы и включился в научную работу в Германии. Хоутерманс поручил своему другу Райхе, покинувшему Германию в 1941 году, проинформировать физиков о фактическом начале работ в рейхе по созданию атомного оружия. Наш резидент Овакимян проинформировал нас в апреле 1941 года о встрече беженца из фашистской Германии с виднейшими физиками западного мира. Однако накануне войны этим материалам не придавали существенного значения).

– Да, я читал - Сталин поднес трубку ко рту, но передумал - Маймуно-веришвило, ты то куда смотрел?

Берия встал.

– А-а-а… садись!
– Сталин досадливо махнул рукой - лишь тогда дорога покажется, когда арба перевернется.

Сталин постоял у щели задрапированного окна, вглядываясь в ночные силуэты Кремля и сказал - Есть мнение назначить товарища Судоплатова руководить операцией. Немедленно ознакомьте его со всеми имеющимися материалами. Со всеми - в голосе вождя вдруг отчетливо прорезался кавказский акцент - через два дня доложите мне предварительный план операции. Это еще не все…

Пройдя бесшумно взад и вперёд по кабинету, сжимая трубку сухой рукой, он с ехидцей продолжил - есть мнение, что товарищ Молотов не справится с должностью главноответственного за атомный проект. И гораздо лучше для дела будет, сразу поручить его - тут Сталин усмехнулся - "великому манагеру" товарищу Берии. Справился там - сумеешь и здесь. Тем более, имея информацию и фору по времени.

–Будет сделано, товарищ Сталин!

–Что с сырьем?

–Пока молчат. Но так и должно быть - выход на связь, лишь по завершению этапа.

–Что ж, подождем. Ведь ты, Лаврентий, за "Толстого" поручился? Оправдает ли твое высокое доверие. Да, а какое кодовое имя - у нашей главной Тайны?

–"Рассвет". По их песне - "серыми тучами небо затянуто". Вот чтоб в нашем будущем - там солнце было.

От Советского Информбюро 17 сентября 1942

В течение ночи на 17 сентября наши войска вели бои с противником на северо-западной окраине Сталинграда и в районе Моздок. На других фронтах существенных изменений не произошло.

На северо-западной окраине Сталинграда автоматчики противника при поддержке танков атаковали позиции, которые обороняет Н-ская стрелковая часть. Наши бойцы отбили атаку гитлеровцев. Огнём из противотанковых ружей, гранатами и бутылками с зажигательной смесью они подбили и сожгли 6 немецких танков. Отряд автоматчиков противника был окружён и уничтожен. На другом участке в результате упорных боёв, неоднократно переходивших в рукопашные схватки, уничтожено до 400 немецких солдат и офицеров.