Чтение онлайн

В Кремле сохранились и другие здания царской резиденции. Например, Теремной дворец 1635–1636 гг. постройки. У Акунина он напрямую не упоминается, но по внешнему виду здания можно составить представление о том, как выглядел царский Каменный терем.

Нас больше интересует притулившаяся к западной стене Теремов церковь Лазаря. «В 1891 году страсбургский исследователь Эдуард Тремер, получив высочайшее соизволение, разыскивал тайник близ церкви Святого Лазаря и в восточной части бывших царских теремов, белокаменные подвалы которых благополучно пережили самые лютые из московских пожаров», — рассказывает Акунин в «Алтын Толобас». Храм во имя Св. Лазаря и Рождества Пресвятой Богородицы, о которой идет речь, — один из самых древних в Кремле. Сначала примыкавший к великокняжескому дворцу храм Св. Лазаря был деревянным и служил домовой церковью. В 1393 г. вплотную к нему была построена церковь Рождества, и церковь Лазаря стала приделом нового храма. В 1514 г. все это было перестроено, и в результате сейчас перед нами предстает двухэтажная кирпичная церковь: собственно церковь Лазаря находится на первом этаже, а Рождественская — на втором. Росписи в обоих храмах интересны в художественном и историческом смысле, но имевшиеся когда-то фрески Феофана Грека не сохранились.

С Соборной площади идем к Троицким воротам Кремля. На пути — очередная московская достопримечательность, фигурирующая в «Алтын Толобас», — Царь-пушка. «Вот будете в Китай-городе, полюбуйтесь на их Царь-пушку. Стоит здоровенная дура, никогда в бою не бывала, потому как из нее стрелять нельзя. Царь-пушка у них не стреляет, царь не правит», — ехидно сообщает Корнелиусу фон Дорну полковник Либенау. Что касается репутации царя Алексея Михайловича как «Тишайшего» рохли, она по меньшей мере незаслуженна: реформы этого государя были провозвестниками преобразований его сына, великого Петра. А вот насчет того, что Царь-пушка никогда не стреляла, господин Либенау не ошибся. Сейчас это чудо литейного искусства стоит в Кремле, но когда-то она действительно находилась на специальном деревянном поворотном круге в черте Китай-города, охраняя Фроловские (Спасские) ворота Кремля. Однако было бы неверно считать ее чисто декоративным изделием. Настоящее имя Царь-пушки — Дробовик российский. Это самое большое по калибру орудие в мире было предназначено для стрельбы дробленым камнем — картечью, и, случись ей выполнить свою функцию, нанесла бы немалый ущерб врагу. Отлил Царь-пушку в 1586 г. Андрей Чохов, о чем свидетельствует и надпись на стволе. Длина орудия — 5,34 м, калибр — 890 мм, вес — 40 т. А вот лафет, на котором сейчас стоит Царь-пушка, — декоративный, он отлит в 1835 г., примерно тогда же были отлиты и декоративные ядра.

Та часть территории Кремля, которая открывается перед нами дальше, пожалуй, претерпела за прошедшие века больше всего изменений. Загоскин писал: «По всей закраине Кремлевского холма, начиная от дворца, почти до самой Константино-Еленовской башни, тянулось сплошное строение, в котором помещались все приказы, а впоследствии коллегии» («Москва и москвичи», орфография М. Н. Загоскина). Среди них были и Рейтарский, и Иноземный приказы, перечисляемые в «Алтын Толобас»: «…мне нужно сосканировать интересующий меня документ и еще просмотреть столбцы Иноземского, Рейтарского и нескольких других приказов…» О том, какую роль играли приказы в тогдашней общественной структуре, легко уяснить из того же романа: «Доедете с нами до Гостиного двора, а там и до Иноземского приказа рукой подать… Так называлось министерство, ведавшее иностранцами, — Inozemski Prikaz». Да, это были древние министерства. Занимаемые ими помещения были достаточно обширны, а некоторые из приказов даже вывели из Кремля — они разрослись настолько, что им требовались отдельные помещения. Так было, в частности, с Земским приказом, который также упоминает Акунин.

Наискосок от собора Двенадцати апостолов, возле которого стоит теперь Царь-пушка, — строгое здание постройки 30-х гг. XX в., в котором первоначально размещалась Школа красных командиров, а затем — Президиум СССР. Для нас интересна не сама постройка, а место, на котором она возведена. Здесь раньше располагался Чудов монастырь, который, к большому сожалению, не потрудились даже как следует описать, прежде чем уничтожить. Уместно напомнить историю возникновения этой утраченной святыни: в 1358 г. святитель Алексий был приглашен в Орду, чтобы излечить царицу Тайдуллу от поразившей ее слепоты. В благодарность за исцеление Тайдулла подарила русской православной церкви принадлежавший ей земельный участок в Москве. На нем и был возведен Чудов монастырь — овеществленное напоминание о подлинной, а не искусственно насаждавшейся «красной властью» дружбе между народами.

Обратимся к Акунину: Фандорин является в Кремль на высочайшую аудиенцию… «У стен Чудова монастыря статскому советнику повстречался поручик Смольянинов, тоже в парадном мундире, раскрасневшийся больше обычного.

— Здравствуйте, Эраст Петрович! — воскликнул он. — Представляться? Эк вас поздно-то. Не иначе повышение получите» («Статский советник»).

Чудов монастырь был основан в 1365 г. митрополитом Алексием, одним из вдохновителей белокаменного строительства в Кремле. Название монастырь получил от стоявшей рядом церкви во имя Чуда архистратига Михаила. Кстати, в Чудовом монастыре в период 1744–1833 гг. находилась консистория, о которой говорится в «Пиковом валете»: «Тут приписка полицеймейстера: «Сообщить в Консисторию, дабы приходские священники разъяснили пастве вред суетных верований». Консисторией называлась своеобразная «полиция нравов» под управлением духовенства. Спешу сразу же подчеркнуть, что в описываемое в «Пиковом валете» время консистория уже переехала из Кремля, по свидетельству Гиляровского, на угол Мясницкой и Лубянской площади. Оставляя слева построенный в годы советской власти стеклянный Дворец съездов, приближаемся к Троицким воротам. Слева от нас — здания Сената и, возле самой крепостной стены, Арсенала.

У Акунина Арсенал упоминается вскользь («Декоратор»): «Снова вечер. Иду по Протопоповскому к Каланчевке. Там стоит баба, крестьянка, торгуется с извозчиком. Не сторговалась, ванька укатил, а она стоит, растерянно топчется на месте. Смотрю — а у ней огромный, раздутый живот. Беременная, и месяце на седьмом, никак не меньше. Так в сердце и ударило: вот оно, само в руки идет. Заговариваю. Приехала из деревни проведать мужа. Он мастеровой в Арсенале», — рассказывает вышедший на охоту маньяк Соцкий — Потрошитель. Лично для меня описание последовавших за этим событий — один из самых жутких моментов фандоринской эпопеи… Гораздо приятнее обратиться к истории Арсенала. Место, где его возвели по приказу Петра I, до этого с XV в. занимал Житный двор — один из множества провиантских складов, в которых хранились запасы пищи для обитателей Кремля на случай осады. Этот Житный двор сгорел во время большого московского пожара 1701 г., и Корнелиус фон Дорн, несомненно, не раз видел его. По свидетельству М. Н. Загоскина, кроме того, на территории современного Арсенала «стоял Стрелецкий Лыков двор— гнездо неугомонных крамольников, столько раз посягавших на жизнь нашего великого Петра» (курсив Загоскина). Ясно, что об этом сооружении Петр I не пожалел.

Помимо основного назначения Арсенала — служить складом оружия и военного снаряжения, — он служил музеем трофеев.

Арсенал в том виде, который сохранился до наших дней, — плод усилий архитектора О. И. Бове, реставратора многих кремлевских строений.

Между Сенатом и Арсеналом, на Сенатской улице Кремля (по версии некоторых историков — на Арсенальной площади Кремля) 4 февраля 1905 г. террорист Каляев убил московского генерал-губернатора, великого князя Сергея Александровича (а не Симеона Александровича, как у Акунина), — дядю царя Николая II. Переодевшись в простонародную поддевку, Каляев подстерег генерал-губернатора и швырнул в его карету пронесенное с собой взрывное устройство. Сенат упоминается и в «Коронации»: Зюкин изучает «состав герольд-команды, ежедневно зачитывающей… послание на Сенатской площади Кремля».

Говоря о назначении Сергея Александровича генерал-губернатором, Акунин замечает: «Новый хозяин древнепрестольной счел ниже своего достоинства жить в генерал-губернаторской резиденции, поселился за высокими краснокирпичными стенами, в Малом Николаевском дворце» («Статский советник»). Так оно и было. Если мы встанем лицом к Троицким воротам, слева от нас будет Дворцовая улица Кремля (в советское время переименованная в Коммунистическую), В ее глубине и находится малый дворец, перестроенный в эпоху Николая I во вкусе того времени и поэтому называющийся Николаевским. Многих удивляет, зачем Фандорину понадобилось делать такой крюк — доходить до Чудова монастыря, затем возвращаться обратно по другой стороне. Еще раз напомню, что Кремль тогда был настоящим лабиринтом узких улиц, широкие пространства в нем — наследие реконструкции 30-х, никакой «другой стороны» просто не было.

Еще один интересующий нас объект — расположенный на Дворцовой улице между Троицкой и Комендантской башнями Потешный дворец. Это нарядное здание было построено в 1652 г. как резиденция боярина И. Д. Милославского, — фамилия знакома нам по «Алтын Толобас», но путать тестя царя Алексея Михайловича с описанным в романе «Иваном Михалычем князь Милославским» не следует. После смерти Милославского дворец перешел в казну, и в 1679 г. его переделали в театр для царской семьи. Отсюда и название — представления назывались тогда «потехи». «Необъятная держава жила постно и скучно, музыки не слушала, театров не ведала, а в царских покоях имелся и свой оркестр, и балет, и «смехотворное действо» со скоморохами, и лицедейская труппа» («Алтын Толобас»). И «…однажды, когда фон Дорн дежурил в галерее Потешного дворца, принцесса [царевна Софья Алексеевна] вдруг подошла и заговорила по-французски — спросила, слыхал ли он о комедиях парижского сочинителя Молиера и может ли добыть для нее в Немецкой слободе хоть какое из его писаний». Напомню кстати, что события в «Алтын Толобас» начинаются в 1675 г., и карьера фон Дорна разворачивается достаточно быстро. Так что тут у Акунина явная натяжка, встречи с Софьей в Потешном дворце быть просто не могло.

Путешествие внутри Кремля закончено. Мы покидаем его через Троицкие ворота. Троицкая (Богоявленская, Знаменская, Куретная) башня была построена в 1495 г. Свое нынешнее название она получила согласно царскому указу от 1658 г. по имени находившегося неподалеку от нее на территории Кремля подворью Троицкого монастыря. Кстати, с 1585 по 1812 г. на башне имелись часы (сгорели во время наполеоновского пожара). Традиционно через Троицкие ворота выходили торжественные процессии духовенства.

Ведущий из башни за пределы цитадели каменный мост через протекавшую под стенами Неглинную был построен в 1516 г., просуществовал без изменений до конца XIX в., а в 1901 г. был реконструирован. «Мне повезло. Близ Троицкого моста, что на Неглинной, увидал я моего начальника дьяка Голосова со стрельцами», — рассказывает об успешной развязке своего драматического приключения Корнелиусу фон Дорну Адам Вальзер («Алтын Толобас»). По преданию, мост был построен на месте другого — моста XIV в., который считается первым каменным мостом в Москве.