Чтение онлайн

Другая мистическая башня Кремля – вы не поверите – та самая площадка, через которую почти все посещающие Кремль ходят каждый день – белая и толстенькая Кутафья башня. В ХХ веке через нее шли делегаты, приехавшие со всех мест Советского Союза на разные заседания во Дворец съездов, сейчас народ по вечерам идет на концерты и спектакли. И между прочим, ступая по мощеному коротенькому мосту, мало кто знает, что идет прямо по давным-давно засыпанному ограждающему рву, по которому были в стародавние времена пущены воды реки. Да-да, эта красавица башня, толстая и, казалось бы, неуклюжая, на самом деле была одной из главных боевых башен, грозной преградой для осаждавших Боровицкий холм. Мост через реку поднимался, ворота наглухо закрывались – и Кремль становился неприступной крепостью. Ну а те резные навершия, что сейчас так живописно смотрятся на башне, на самом деле грозные бойницы, из-за которых осажденные могли вести прицельный огонь по нападавшим. Не подумайте, что в те времена были ружья, а тем паче винтовки. Нет – метали камни, зажженные факелы и горшки с горящей смесью. И что показательно – именно эта боевая башня-стрельница-барабан (как ее называли) и сохранилась единственная из предмостных башен Кремля, то есть тех, что служили для защиты мостов, ведущих в саму крепость. Строил ее в 1516 году опять же Фрязин (мы уже знаем, что это не фамилия, а прозвище, данное москвичами приезжим итальянцам-французам), но по имени Алевиз. Историки и архитекторы до сих пор спорят – был ли это Алевиз по прозвищу Старый, или уже приехавший в 1504 году в Москву Алевиз Новый. Спор идет, но одно ясно: Кутафья башня была создана на славу – до сих пор стоит в первозданной красе, не считая ажурной верхней декоративной надстройки, сделанной в 1865 году «для красы». И сейчас у боковых ворот башни можно увидеть щели-прорези для цепей подъемного моста и других подъемных механизмов. Ни цепей, ни моста давно нет, а прорези остались.

Кстати, откуда такое название? Москвичи давно уже забыли, что «кут» по-старинному – это укрытие, защищенный угол. И точно – боевая башня защищала воинов. Но есть и другая версия, согласно которой кутафья – это полнотелая, дородная женщина-хозяйка. Действительно, именно на такую особу похожа толстая, принаряженная башня с белокаменным верхом. Важно одно: Кутафья – башня с чисто женской энергетикой. Сама она мистикой практически не занимается, но весьма напористо и объемно отдает эту свою яркую женскую энергетику окружающим ее стенам и постройкам. Ну а рядом с ней что? Правильно – Александровский сад.

Туда как раз и выходит одна из сторон кремлевского треугольника. Не потому ли там, в Александровском саду, могут материализовываться самые невиданные и инфернальные силы. Но что удивительно – все эти силы, возникнув, не могут навредить – только помочь! Энергетика Александровского сада не умножает силы, как Красная площадь. Это энергетика более мягкая, скорее не мужская (ян Красной площади), а женская (инь). Интересно, что по прошествии времен Красный борок (так именовалось место) стал Красной площадью (то есть поменял род названия с мужского на женский), но его мужская энергетика осталась. А место, где позже был разбит Александровский сад, раньше именовалось Кутафьей мостицей. Мостица – это деревянная мостовая перед стоящей рядом Кутафьей башней. И так уж определилось, что энергетика здесь женская, защитная. Эта энергетика не привносит силу извне, а находит ее внутри самого человека. Вот почему даже самые мощные инферно-силы не властны навредить, ведь они не могут овладеть человеком без его внутреннего разрешения и согласия.

Однако вызвать эти самые инфернальные энергетические сущности Александровский сад может. Почему? Да потому, что в центре его – на ярусе Верхнего сада (а в нем существуют, между прочим, три яруса: Верхний, Средний и Нижний) – имеется невероятной силы портал, которому подвластно практически все: перенести во времени и пространстве, показать будущее и высветить прошлое.

Об этом странном и непостижимом месте писали в летописях, когда никакого Александровского сада еще и в помине не было. Так, в XVI веке сообщалось, что под северо-западной стеной Кремля сгинули несколько стражей, отправившихся осмотреть состояние стены. А в другое время на том же месте, напротив, появились люди, одетые в странную короткую одежду, говорящие вроде по-русски, но все ж таки не понятно.

В XVII веке летописи сообщали, что у северо-западной «Боровицкой кладки» в темные безлунные ночи регулярно появляются какие-то непонятные тени, сущности, «образины», которые, встряхнувшись, принимают облик горожан и исчезают в темноте улиц. Первые Романовы даже проводили расследования по этому «возникновению нелюдей», но ничего не добились – ни понимания, ни результата. «Образины» как шастали, так и продолжили это делать.

Но что показательно – никаких неприятностей после их появления на Москве не случалось. Значит, пройдя через портал на северо-западной стене, они теряли свою темную, отрицательную, злую сущность. А может, через этот портал могут проходить только доброжелательные «не люди». Или, может, силы Боровицкого холма охраняли людей, а силы будущего Александровского сада усмиряли и умиротворяли сущностей.

Трудно сказать точно. Но одно ясно – энергетика и портал Верхнего яруса Александровского сада не несут для города ничего плохого. А вот Нижний ярус сада, хоть и выстроенный когда-то, теперь закрыт для посетителей. Да о нем и не знает практически никто. На Верхний ведут тоненькие асфальтированные тропинки, на Среднем ярусе как раз и гуляет основная часть гостей сада. Ну а где Нижний ярус, лучше не интересоваться. Ведь кто знает, вдруг именно оттуда – снизу – может просочиться такая энергетика, которую люди не смогут воспринять. Недаром же Нижний ярус не функционирует. Сейчас он надежно зацементирован при постройке выхода из метро в ту сторону, где находятся кассы Кремлевского Дворца съездов.

А вот на Верхний ярус Александровского сада можно подняться. И я никогда не понимала, отчего практически никто из посетителей не делает этого? Оказалось, разгадка проста. Этот ярус не видно снизу – с тех дорожек, где гуляет основная масса народа. И если тоненькая тропка еще угадывается с основного пути Среднего яруса, то лужайки надежно скрыты. Да-да, там есть прелюбопытнейшие лужайки, о которых никто и не знает! Там можно просто сесть на траву, можно загорать хоть топлес, хоть голышом – никто и не увидит.

Невероятные, зачарованные лужайки, наводящие на фантазии об эльфах и феях, – в центре Москвы! Они примыкают прямо к старинной мощной кладке стены. Ее можно потрогать руками. На ощупь она… теплая и мягкая. А ведь это кирпич и камень. Точно – женская энергия.

Но разве только она царит в Москве? Нет, здесь имеется необходимый баланс. Ведь город полон и мужской энергетики. Недаром же все начиналось с треугольника – огненностойкого и алого. И самая сильная мужская энергетика вокруг Кремля концентрируется как раз на Красной площади. Недаром там не просто возникают мечты и стремления, как в Александровском саду, но и видятся результаты, подсказываются возможности осуществления. Энергия Красной площади настолько сильна, что, попав туда, человек чувствует, что становится всесильным, может сделать все и прямо сейчас. Ведь именно туда сливается Сила древнего Кремля, когда выходит в город. Вспомним – с другой стороны Кремлевской набережной энергию гасит вода Москвы-реки.

А вот на Красную площадь просто выплескивается временной и энергетический поток. Камни брусчатки, расположенные прямыми ячейками, не дают этой энергии растекаться на улицы Москвы, вот она и скапливается. Именно ее концентрат дает такие странные эффекты: кто-то испытывает на центральной площади России восторг и эйфорию, кто-то, впадая в некий транс, видит будущее. Но практически все получают огромный заряд силы. Недаром же наши космонавты перед полетом приходят на Красную площадь. И не одни они. Здесь можно встретить и новобрачных, и отправляющихся в дальние края, и студентов перед экзаменами. Словом, сюда интуитивно приходят люди, у которых впереди новые свершения, дела, испытания – те, кто хотят, чтобы все в их жизни сложилось удачно.

Однако вернемся к истории. Пришли времена, когда жителям стало тесно в стенах Московского Детинца, как тогда величали Кремль. Город разрастался. Территории Кремля уже явно оказалось недостаточно для всех жителей. И если изначально поселение на Бору (на Ведьминой горе или Боровицком холме – кому как больше нравится) защищалось природными ресурсами (с одной стороны – Москвой-рекой, с двух других – рвами под Бором), то расширившемуся городу понадобилась новая надежная охрана. И тогда древние фортификаторы-архитекторы возвели вторые стены безопасности.

Новые стены воздвигли в «новом» районе расселения жителей – в Китай-городе. На самом деле ни к какому Китаю название отношения не имеет. «Кита» – это плотная связка жердей, из которых и поставили новую городскую стену. Есть и вторая версия, исходящая из того, что строительство стены в 1530-х годах было поручено итальянскому зодчему и фортификатору, которого на Руси конечно же назвали по-своему – Петрок Малой, опять же – Фрязин. Возможно, он говорил о стене – «цитта», то есть стена цитадели-крепости. Но по-русски все одно выходило – «кита». Вот и угнездился Китай-город в нашей столице.