Чтение онлайн

Веллиас обнаружился у стойки с напитками. На его плече все еще висела девушка. И да, вблизи она милой мне не показалась. Мы с Нешкой взяли по соку, я выдала ей ценные указания и она принялась изучать «объект».

Как только она кивнула — готова, мол — мы поставили так и не тронутые напитки обратно на стол и развернулись в сад.

Вылетели мы туда, видимо, как раз вовремя: Занир нетерпеливо переминался с ноги на ногу и недовольно смотрел по сторонам. Стоило нам приблизится, он сграбастал нас обеих за руки и дернул из сада.

Оказались мы в моей гостиной, меня мелко трясло.

— Это другой человек. — Вынесла свой вердикт Нешка. — Но определенно человек.

Теперь трясти меня стало крупно. Занир уволок Нешку обратно в работный дом, предупредив, что встретит нас уже там.

Нор смотрел на меня сочувствующе, но не было похоже, что он даст мне все бросить и идти добывать информацию.

— Сюда слушай. — Схватив меня за голову и разворачивая меня к себе, приказал мужчина. — Сейчас ты переоденешься и пойдешь устраивать своим воспитанникам потрясающий, первый в их жизни настоящий праздник, поняла? Ты сделаешь все, чтобы эта ночь была для них волшебной и изумительной. — Глаза мои тут же наполнились влагой. — Я, тем временем, пойду и выясню все, что смогу по поводу этой подмены. Я тоже не имею понятия о том, что происходит, но пахнет дурно. Вот если я не свяжусь с тобой к утру, тогда будешь голосить дурниной на всю столицу. Услышала?

Не дождавшись реакции, он схватил меня за подбородок и надавил на щеки, заставляя открыть рот. Он быстро влил из невесть откуда взятого флакона прозрачную безвкусную жидкость и просто не дал мне закрыть рот, пока я все не проглочу.

— Успокоительное. — Буркнул он и кликнул девушку, которая, как и условились, меня дожидалась. Как только она вышла к нам, он развернулся и покинул нас. Мне тут же стало плохо и страшно, потому как вообще никого знакомого рядом не осталось. Я чувствовала себя как никогда беззащитной и маленькой.

Девушка мне поведала, что провозились мы два с половиной часа, так что в работном доме, наверное, уже заждались. Пока она помогала мне надеть второе платье — пышное, снежно белое, из нежного шелка, аккуратно и без излишеств отделанное голубым кружевом по юбке, поправляла прическу, делая ее нежнее, заново делала макияж, превращая меня из развратной женщины в нежную мать зимы, на меня действовало успокоительное.

Из головы не уходили страшные и тревожные мысли — куда ж от них денешься, но они как будто подернулись пеленой и стали менее живыми и значительными. К моменту моей полной готовности я окончательно успокоилась.

— Мы можем ехать, госпожа… — Робко объявила девушка.

— Да, поехали.

Еще каких-то пол часа и мы на месте.

А там, на месте в смысле, во всю шел праздник. Двор изобиловал украшениями, которые по поверью должны были привлечь благосклонный взгляд Богов, даже на заборе были венки с сохраненными магией цветами и ягодами. Слышна была музыка, на которую пришли горожане, празднующие на улицах города. Справа от входа я заметила несколько бочек и столы из нашего ресторана, на которых появлялись закуски по мере исчезновения старых.

Территория казалась сказочным местом, будто вырванной из книжки картинкой. В самом доме все тоже было очень мило и по-домашнему. Готова спорить, всю последнюю неделю дети занимались тем, что готовили эти самые украшения и драили огромный дом.

В главном зале сияли огни, играла задорная музыка, танцевали и веселились дети. Я, нацепив на свое «успокоенное» лицо благостно-добродушную мину и царственно, аки мать зимы, вплыла в зал.

Музыка тут же стала потише, а дети насторожились. Шорох за моей спиной и шипение «Вперед иди, дура! Впереди подарки!» подсказал, что двигаться надо к той горе снега, под которую замаскированы подарки.

Для такого случая, как первый настоящий праздник в работном доме, среди прочего, были подготовлены браслеты-метки. Один стоил сущие медяки, а вот несколько сотен, да еще с заготовками влетели мне в кругленькую сумму. Но это важно для таких молодых людей как мои воспитанники. Это знак их принадлежности к особой касте существ, которых не так уж много.

План вечера был подготовлен и согласован заранее, все, что нужно было от меня — это не тупить, вовремя перемещаться по залу и толкать придуманные нами речи. Даже успокоительное не заставило мое сердце биться спокойно. Вот ведь шутка: перед несколькими сотнями детей я нервничала существенно больше, чем перед несколькими тысячами взрослых, которыми был набит королевский дворец.

Я дошла до нужной снежной кучи, мне ткнули в руку небольшую коробочку, в которую будут перемещаться браслеты для названных вслух детей, и зашипели: «Речь не забудь!». Очень жаль, что шепот и шипение не позволяют распознать говорящего. Устроила бы я потом кому-то.

— Доброго вечера, молодые господа и дамы! — Объявила я и музыка тут же смолкла, свет перестроился, а все присутствующие в зале притихли.

Я обвела взглядом собравшихся. Заметила ушастого Деню с отцом, неподалеку Эллу и даже мадам Трагрир нашла время присоединиться к нам.

— Как все знают, совсем недавно у этого места многое поменялось. И в судьбах тех, кто здесь оказался, разумеется, тоже. Волею Богов, мы поможем еще многим найти свой путь, но сегодня я счастлива объявить, что отныне это место является домом воспитания, а не работным домом. И все вы больше не рабы. Теперь вы воспитанники дома воспитания Алвы Красс. — Я старалась говорить максимально ровно и спокойно, не создавая из этого, безусловно важного объявления, шоу, но публика все равно взорвалась овацией.

Идея переквалифицировать работный дом в дом воспитания целиком и полностью принадлежала Нору. Во-первых, дома воспитания налогов платили меньше. Во-вторых, рекомендации из хорошего дома воспитания вполне могут дать молодому гражданину старт жизни. В-третьих, нашей обязанностью по-прежнему оставалось обеспечить детей, среди прочего, работой, так что в деньгах на их содержание мы не теряли. В общем, идея со всех сторон была хороша.

Когда мы уже все оформили и сообщили об этом Нешке, как будущему директору этого заведения, сперва мы узрели истинный и ничем не замутненный восторг. А потом такой же ужас. После того, как мы сообщили, что с начала учебного года она идет учиться, тем самым заставив причину ужаса потерять свою актуальность, ситуация повторилась. Теперь ее ужасала перспектива сразу двух вещей: «А если я не справлюсь с учебой?» и «А что здесь начнется, если я уеду учиться?». На первое я обещала ее уволить, то есть она нарушила бы условия нашей сделки и все сомнения тут же были отметены — справится. На второе пришлось ей сообщить, что жить она остается здесь и успевать она должна как нравится.

Дома воспитания — это улучшенные приюты для беспризорников. В таких заведениях не просто содержат за счет короны, чтобы по улицам не шлялись. В таких заведениях обязательно обучают и помогают понять что же станет наилучшим способом для развития каждого воспитанника. Ну так говорили про дома воспитания, но на деле их существовало всего четыре на весь континент, все они считались приютами для бастардов сиятельных особ. По идее нам предстояло наладить контакт, но с этим я совсем не торопилась.