Мой беглец. Стокгольм
Шрифт:
– Привет! Так ты и есть, тот загадочный Кристоф? – профессиональная улыбка уступила оскалу гиены.
– Привет, – пожал протянутую им руку. Его красивый рот изогнулся от боли, в тот момент, когда я чуть смял его пальцы. Рука смялась, как противное желе. Высокий, а силы совсем нет. Я не ответил тем же оскалом, хоть и мог. Не бью слабых, тем более, что я пока не выяснил, за что его бить. – Очень приятно, Кристоф Янссон, – сказал сдержанно.
Услышал одобрительный хмык Белова рядом со своим ухом.
– Так что вы сейчас, – чуть помолчав, продолжил старый знакомый Виктора, – в гостиницу? Может быть, я могу пригласить тебя к себе домой? В смысле, в дом, где я остановился. Он почти в самом центре, возле парка Хумлегарден. Квартирую у одного знакомого, у него, кстати, тоже фамилия Янссон. Вы шведы, – он подарил мне уничижительный взгляд, – все, наверное, под одной фамилией родились?
– Знакомый случайно не Леннарт Янссон? – Белов сказал это, и мгновенно его лапа легла мне на плечо.
Пальцы сжались на мне, будто бы опять пытались удержать. Да с чего он решил, что это меня хоть как-то расстроит? Мало ли у отца знакомых.
– Леннарт! А ты откуда знаешь? – удивился знакомый хозяина империи бургеров. – Только не говорите, ребята, что… О… Кристоф! – парень ударил себя ладонью по высокому лбу, демонстрируя притворное удивление. – Кристоф! Точно, а я как-то и не сопоставил, не подумал… Так ты его сын? Он же тебя ждет сегодня, вечеринку готовит по случаю возвращения сына из России! Ну, точно же! Парни! А что мы тогда стоим? Пересаживайтесь в мою машину, поедем вместе. Это же как здорово, Белов! Вот и поболтаем с тобой! А?
Через несколько минут мы отправились ко мне домой на машине моего отца. Одной из. Он одолжил своему гостю любимую белую Вольво. Приобрел автомобиль в прошлом году, по предзаказу, долго ждал, а потом дышать на нее боялся. Кожаный салон, максимальное наполнение, эксклюзивная техника. Именно поэтому я очень удивился, когда увидел, что именно ее он доверил своему гостю. У них настолько хорошие отношения?
Белов уселся на заднее сиденье рядом со мной, позволив Ивану выполнить роль нашего водителя.
– Вот как бывает, – стартуя, весело крикнул друг из прошлого Белова, – я ехал с тобой поздороваться, боялся не поймать, а в результате, ты будешь жить там же, где и я! Идеально! Судьба мне сделала подарок!
Я отвернулся к окну. Соскучился по родному городу, видам. Но не только это увлекло меня в задумчивость, а еще и те слова, что Виктор успел мне сказать, когда настиг меня укладывающим чемодан в багажник отцовской машины:
– Кристоф. Не психуй, я никогда и не говорил, что вел непорочный образ жизни. Но все это прошлое. Ты для меня – все!
На этом наш короткий разговор закончился, потому что к багажнику приблизился и его друг. На этом и на толпе мурашек, пробежавших по моей каменной спине, когда Виктор попытался ко мне прикоснуться, но я отпрянул от него. Я последние дни много тренировался, но даже не в этом было дело. Присутствие неожиданного человека, чья роль в жизни Белова пока для меня была непонятна, настолько напрягало, что даже физически не мог позволить себе хоть немного расслабиться. Почему-то все время казалось, что вот-вот дойдет до драки. Не нравится мне этот Ивантеев. Очень не нравится. И его знакомство с моим отцом тем более. А еще сообщение, про намечающуюся вечеринку.
Мои опасения подтвердились, как только мы оказались у входной двери в квартиру, которую открыла нам молоденькая девушка в коротком платье домашней обслуги. Совсем молодая, и совсем не похожа на человека, привыкшего быть тенью. Об этом красноречиво говорило ее декольте и крохотное черное платье. Длинные ногти, пухлые, ярко накрашенные губы – она больше похожа на танцовщицу из клуба, чем на человека, который готов заниматься уборкой и физическим трудом по дому.
– Господина Янссона нет дома, – сказала она по-шведски. – Но у меня есть распоряжение насчет вас! – девушка быстро произнесла обязательную речь и надула большой розовый пузырь из жвачки, что все это время демонстративно пережевывала во рту.
Мне кажется, или отец перегнул палку? Вскоре выяснились и еще некоторые подробности. Я, естественно, вернулся в свою комнату, а вот для Виктора была приготовлена отдельная гостевая спальня, которая располагалась в другом конце бесконечной отцовской квартиры. Там же, прямо за стеной от моего парня, устроился уже знакомый мне Иван.
– Мы будем соседями! Отлично! – Ивантеев не скрывал своей радости, откровенно сверкая огромными карими глазами, похожими на две чашки пережжённого кофе.
Я слышал это краем уха, в тот момент, когда направился в свою спальню. Не обернулся и не посмотрел на Белова. Дико раздражало присутствие Ивана, настолько, что мой кулак без перерыва сжимался и разжимался. Я знал, что уже на пределе и все это пустое, злость, основанная ни на чем – парень – гость в доме моего отца и пока не сделал ничего предосудительного. В конце концов, возможно у него с Виктором на самом деле были настолько тесные отношения в прошлом, что теперь он чувствует, что имеет право себя так вести.
Вкатил чемодан в комнату и толкнул ногой дверь, но не услышал за спиной ожидаемого щелчка закрывшегося замка. Точнее услышал, но с некоторой задержкой. И причиной этой задержки был неугомонный Белов, налетевший с объятиями на своего беглеца со спины:
– Прекрати! – тяжело дыша, как будто после длительной пробежки, прогрохотал ненормальный мне прямо в ухо, подобно огромным тискам, буквально сдавив мое тело в своих ручищах. – Кристоф, прекрати!
– Что прекратить? – отозвался, оставив чемодан, но и не вырываясь из его оков.
– Думать обо мне всякое. Я не знал и не мог знать, кто приедет нас встречать. Просто выслушай. До тебя, несколько лет назад я пересекался с Иваном. Но это все. Я не рассказывал потому, что все, что было до тебя – это не жизнь. Мне нечего оттуда вспоминать. Кристоф, – я улыбнулся и разомкнул кулаки, когда его жесткие губы напали на мою шею, – посмотри на меня!
– Я ничего не думаю, – лениво ответил своему любимому придурку, окунувшись в его возбужденный жар, – просто он меня бесит.
– Ну… – его горячий язык обжог мочку моего уха и скользнул выше, по чувствительной коже раковины и уже после этого на моем виске отпечатался его страстный поцелуй, – с этим я тебе могу помочь…
Ему не пришлось меня уговаривать. Достаточно было руке Белова опуститься на край моих брюк и подцепить пальцами пряжку ремня на них, поманив мою эрекцию проснуться и с жаждой отозваться на того, кто отлично умел с ней справляться. В этом он не преувеличивал и не врал. Я не спешил разворачиваться, позволил своему затылку опереться на внушительное плечо владельца «Блэкбургера» и погрузился в его одержимость собой. Сейчас, как никогда, мне это было необходимо.
Рука Виктора исполняла ласкающий танец в районе моего паха в то время, как его язык изучал мою шею. А я просто расслабился. Он не видел мою блаженную улыбку и был занят своим беглецом до тех пор, пока мое возбуждение не перелилось через край. В тот момент, когда он придвинул меня к себе и заставил почувствовать свою дикую эрекцию.